Джеймс Дэшнер 
Смертоносная игра

Смертоносная игра – 1

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8723981
«Дэшнер, Джеймс. Смертоносная игра : [роман]»: АСТ; Москва; 2015
ISBN 978-5-17-082918-7
Аннотация

Майклу шестнадцать, и он – один из самых успешных геймеров в виртнете – совершенной игровой паутине с сотнями тысяч локаций. Здесь возможно все: поохотиться на драконов в средневековье, поучаствовать в войне за независимость США, полетать на звездолетах, испытать самые невероятные ощущения! Но новый уровень, обещающий небывалый адреналин, – не для слабаков. И здесь происходит что-то странное…
Что, если игра – смертельно опасна и, войдя в нее, посетитель может уже не проснуться?
Нечто захватывает людей, порабощает их мозг, стирает личность.
И только самому отважному и осторожному игроку под силу сразиться со злом, укрывшимся в виртуальном мире!

Джеймс Дэшнер
Смертоносная игра

Эта книга посвящается Майклу Бурре и Кристе Марино – за то, что помогли стать писателем, и за то, что они добрые друзья.

James Dashner
THE EYE OF MINDS
Печатаетс с разрешения автора и литературных агентств Dystel &amp; Goderich Literary Management и Andrew Nurnberg
© James Dashner, 2013
© Школа перевода Баканова, 2014
© Художник. В. Ненов, 2014
© Издание на русском языке AST Publishers, 2015

Глава 1
Гроб

1

– Я знаю, что внизу вода! – крикнул против ветра Майкл. Он обращался к девушке по имени Таня. – Но удариться о нее – все равно, что упасть на бетон. В лепешку расшибешься.
Н-да, так самоубийцу, решившего сигануть с моста Золотые Ворота, не утешишь… Зато это правда. Таня перелезла через ограду, мимо с воем проносились машины. Девушка стояла спиной к воде, держась за влажную от росы стойку. Даже если кто-нибудь – тот же Майкл – отговорит ее от безрассудного поступка, скользкий металл и дрожащие пальцы сделают свое дело. И тогда свет погаснет, упадет занавес. Какой-нибудь лопух-рыбак решит, что ему улыбнулась удача, а на деле его будет ждать неприятный сюрприз.
– Не смешно! – ответила Таня. Ее колотил озноб. – Это не игра… больше не игра.
Все это происходило в виртнете – или во сне, как его называли опытные геймеры. Майкл привык видеть испуганные лица игроков; всякий раз под маской страха он угадывал понимание – инстинктивное понимание того, что происходящее во сне нереально.
С Таней все было иначе. По крайней мере с ее аурой, компьютерной проекцией. На лице девушки застыло выражение чистого ужаса, Майкл аж вздрогнул. Ему показалось, будто это он стоит над бездной, перед лицом гибели. Смерть его никогда не прельщала, даже поддельная.
– Это все еще игра, сама знаешь! – Черт, не следует так кричать; Таня, чего доброго, испугается и прыгнет. Порыв холодного ветра подхватил слова Майкл и унес их в глубь бухты. – Залезай обратно, поговорим. Нам начислят очки опыта, исследуем город, познакомимся ближе. Попугаем ламеров. Может, хакнем магаз и стащим еды. Потусуемся. После найдем портал, и ты всплывешь назад. Отдохни от игры, хоть немного.
– «Бездна» тут не при чем! – прокричала Таня. Ветер трепал ее волосы, будто порванный флаг. – Уйди, не мешай. Не хочу видеть перед смертью твою смазливую мордашку.
«Бездна жизни», новый уровень, цель из целей. Там все в тысячу раз реальней, лучше и напряженнее, чем в обычном виртнете. Майклу до нее пахать еще года три. А сейчас он должен поговорить с этой упоротой девчонкой, уломать ее не прыгать, сорвать свидание с рыбами, иначе куковать ему неделю в штрафниках, и «Бездна» станет еще недоступнее.
– Ладно, послушай… – Майкл старался как можно аккуратнее подбирать слова, хотя и так понимал, что уже ошибся. Совершить нечто безумное, отговорить человека от самоубийства, используя для этого правила самой игры, – способ заработать кучу очков. Все дело в них, в баллах. Однако Майкл начинал бояться Тани. Ее лицо, бледное и худое, походило на маску смерти.
– Уйди! – прокричала Таня. – Ты не понимаешь! Я заперта здесь. Порталы-шмарталы… я в ловушке! Он не даст мне всплыть.
Майкл чуть не заорал на нее: мол, что за бред?! Темная половина его натуры говорила: забудь, пусть себе прыгает, искупается. Что за упрямица, в жизни-то таких не бывает. «Это все игра, игра», – напоминал себе Майкл.
Нет, нельзя все испортить. Очки нужны позарез.
– Ладно, хорошо, послушай. – Майкл отступил на шаг и поднял руки, словно пытаясь утихомирить испуганное животное. – Мы ведь только что встретились, давай не будем спешить. Обещаю, больше никаких глупостей. Хочешь прыгнуть – я не держу тебя. Но ты хотя бы скажи: зачем кончать с собой?
Из красных, опухших глаз Тани брызнули слезы.
– Просто уйди. Пожалуйста. – Ее голос звучал спокойнее. Таня уже смирилась с проигрышем. – Я тут больше не тусую, мне все обрыдло!
– Обрыдло? Ладно, будь по-твоему. Только зачем ломать кайф мне? – Все-таки не стыдно и об игре поговорить, раз уж сама Таня из-за нее хочет покончить с собой и навсегда выписаться из отеля «Виртуальные плоть и кровь». – Серьезно, идем со мной к порталу, вынырни, сделай все по науке. Ты устала от игры, выйдешь из нее живая и здоровая, а мне достанутся очки. Все счастливы и довольны.
– Козел! – брызжа слюной, ответила Таня. – Я тебя первый раз вижу и вот уже терпеть не могу. «Бездна» тут вообще не при чем!
– Тогда в чем дело? – как можно спокойнее спросил Майкл. – Прыгнуть ты всегда успеешь, удели мне пару минут. Поговори со мной, Таня.
Девушка опустила голову на сгиб локтя.
– Я больше не выдержу. – Она захныкала, ее трясло, и Майкл испугался, как бы она не отпустила столб. – Не выдержу.
«Бывают же слабаки», – подумал Майкл, хотя предусмотрительно не стал говорить этого вслух.
«Бездна» – сегодня самая популярная забава в виртнете, но попробуй доберись до нее. В общедоступном сне можно окунуться в самую кровавую баню на полях Гражданской войны или поохотиться на драконов, погонять на звездолетах, покувыркаться в нереальных и психоделических борделях. Павда, все это быстро надоедает, и в конечном итоге люди возвращаются к настоящему, к жизни такой, какая она есть, – к мясорубке, что превращает их в фарш. Таких, как Таня, она перерабатывает быстрее остальных. Зато у Майкла кишка не тонка, он поднялся в игре так же быстро, как легендарный Ганнер Скейл.
– Брось, Таня. Ну, поговоришь ты со мной, что в этом такого? Если хочешь выйти, зачем кончать последнюю игру страшным самоубийством?
Таня резко подняла голову и так пристально посмотрела на Майкла, что ее вновь затрясло.
– Меня преследует Каин, – сказала она. – Только ему не удастся запереть меня здесь и ставить на мне опыты, травить гончими. Я уничтожу свое ядро.
Вот это поворот! Майкл в ужасе смотрел, как Таня, покрепче ухватившись за столб одной рукой, другую погружает в свою плоть.

2

Майкл забыл об игре, забыл об очках. Забыл о гневе, когда речь зашла о жизни и смерти. За все годы в игре он ни разу не видел, чтобы кто-нибудь вынимал ядро – взламывал защитный код в программе гроба, что разграничивает виртуальный и реальный миры в разуме игрока.
– Стооой! – заорал Майкл, перекидывая ногу через ограду. – Стой!
Спрыгнув на мостки, он замер. До Тани оставалось всего несколько футов, и Майкл не хотел дергаться, лишь бы она не запаниковала. Он пошел к ней мелкими шажками.
– Не делай этого, – как можно тише попросил Майкл, борясь с кусачим ветром.
Таня почти расковыряла себе правый висок: она рвала скальп в клочья; руку и половину лица ей заливала кровь. На лице девушки застыло пугающее спокойствие; она как будто не понимала, что творит. Зато понимал Майкл: Таня ломает собственный код.
– Погоди, не хакай себя! – крикнул он. – Сначала объясни все, потом вынешь ядро. Знаешь ведь, что будет.
– Тебе-то что за беда? – ответила Таня вопросом на вопрос, так тихо, что Майклу пришлось читать по губам. Ладно, зато она остановилась.
Майкл смотрел на нее во все глаза. Таня больше не ковыряла висок, она запустила себе в череп большой и указательный пальцы.
– Тебе нужны только очки опыта, – сказала она и медленно вынула из головы крохотный металлический чип, покрытый кровью.
– Я их все потеряю, – сказал Майкл, пытаясь не выдать страха и отвращения. – Клянусь. Я понимаю, тебе здесь надоело, Таня. Засунь эту штуку назад себе в голову, восстанови код и пойдем со мной. Пока еще не поздно.
Таня восхищенно взглянула на виртуальное воплощение ядра.
– Понимаешь иронию происходящего? – спросила девушка. – Если бы не мои таланты в программировании, я бы и не узнала, кто такой Каин, о его гончих и видах на меня. Но я умелый хакер, и из-за этого… монстра мне пришлось вычленить из своего кода ядро.
– Это виртуальная голова, симуляция, Таня. Еще не поздно, мы в игре.
Майкла мутило.
Таня взглянула на него так пристально, что он невольно попятился.
– Я больше не могу. Не могу… с ним. Мертвую он меня использовать не сумеет. Все, довольно.
Щелчком большого пальца она бросила ядро в сторону моста. Чип пролетел мимо, играя бликами солнечного света и как будто подмигивая Майклу, говоря: «Фиговый из тебя спасатель». Деталька звякнула об асфальт на мосту. Пара секунд – и она сгинула под колесами автомобилей.
Невероятно! Пользователь сумел обойти код симуляции и разрушил собственное ядро, устройство, оберегающее мозг, пока геймер во сне. Без ядра мозг не способен фильтровать поступающие из виртнета сигналы. Если во сне погибнет ядро, ты сам погибнешь наяву. Майкл никогда о таком прежде не слышал. Еще часа два назад он в компании лучших друзей забурился в «Крутой чел» и угощался крадеными чипсами. Как же хотелось вернуться в этот момент, когда он слушал тупые шуточки Брайсона о нижнем белье пожилых дамочек или как Сара упрекает его за дурную стрижку.
– Если Каин придет за тобой, – сказала Таня, – передай ему: я его сделала. Расскажи, как я храбро держалась. Пусть запирает здесь кого хочет, крадет тела. Со мной этот номер не пройдет.
Майклу надоело болтать. Он больше не мог слышать ни единого слова, долетающего из перемазанного в крови рта девушки. Он подобрался и резко – как еще никогда в игре – прыгнул ей навстречу.
Напуганная внезапным движением, Таня завопила и разжала пальцы – нет, даже оттолкнулась от моста. Майкл еще в полете попытался левой рукой ухватиться за ограду, правой – поймать девушку, но ни того, ни другого не удалось. Он поскользнулся и почти синхронно с Таней полетел вниз.
С его губ сорвался дикий вопль, которого он – не грози девушке смерть – устыдился бы. Без ядра, умерев во сне, она умрет и наяву.
Майкл с Таней понеслись навстречу темно-серым водам залива. Ветер трепал на них одежду; сердце Майкла будто скользнуло по ребрам в самую глотку. Он снова заорал, хотя на неком уровне и понял, что ударится о воду, почувствует боль, потом всплывет и очнется – живой и здоровый – у себя дома, в гробу. Сейчас он испытывал всю мощь симуляции, в полной мере переживал страх.
Ауры Майкла и Тани наконец сцепились и дальше падали вместе, как два парашютиста в тандеме, лицом к лицу. Волнистая серая поверхность все приближалась; они обнялись, плотнее прижимаясь друг к другу. Майкл чуть не закричал третий раз, но, увидев безмятежность на лице Тани, стиснул зубы.
Она заглянула ему в глаза, будто видела в них нечто, и у него внутри что-то екнуло.
Они ударились о твердую, словно бетон, воду. Разбились насмерть.

3

Боль была недолгой, зато сильной. Она словно взорвала каждый нерв в теле Майкла. Он даже пикнуть не успел; не успела вскрикнуть и Таня. Майкл услышал отчетливый, страшный всплеск. Потом все исчезло, перед глазами стало темно.
Майкл очнулся у себя в симуляторе – именуемом попросту гробом, – пробудившись ото сна.
Чего не скажешь о девушке. Майкла вдруг накрыло волной грусти и недоумения. У него на глазах пользователь перекодировал себя, вынул из собственной виртуальной плоти ядро и отбросил предохранитель в сторону – будто мусор. Убив себя во сне, Таня покончила с собой наяву. И Майкл стал этому свидетелем. Внутренности скрутило тугим узлом. Ничего подобного он прежде не видел.
Майкл поморгал несколько раз, пока не отсоединился от сети окончательно. Еще никогда он не был так рад выйти из виртнета, чтобы вдохнуть загрязненный воздух реального мира.
Зажегся голубоватый свет, обозначая крышку гроба в нескольких дюймах перед лицом. Проводящий гель схлынул, отошли дыхательная маска и шланги; оставался последний этап, который Майкл ненавидел, хотя проходил через него бесчисленное множество раз. Вот-вот из шеи, спины и рук выдернут тонкие льдистые нити нейропроводов; они сползут по телу змейками и спрячутся в гнездах, где пройдут дезинфекцию и станут дожидаться следующего подключения. Родители поражались: как можно добровольно впускать в свое тело эти штуковины?! Майкл понимал их: было что-то зловещее в этом процессе.
Громко щелкнуло, потом лязгнуло и зашипело. Люк гроба приподнялся, будто крышка укромного обиталища Дракулы. Майклу стало смешно. Стать жестоким кровопийцей и дамским угодником – лишь одна из миллиарда возможностей, доступных во сне. Одна из миллиарда.
Он аккуратно поднялся – его всегда слегка мутило от подъема, особенно после многочасовой игры, – голый и вспотевший. Одежда убивала все прелести нервной стимуляции.
Майкл перекинул ноги через край капсулы и встал на ковер. Слава богу! Мягкий ковер помогал лучше пережить возвращение в реальность, заземлиться. Майкл подобрал с пола трусы и надел их. Приличия предписывали надеть и штаны с майкой, но в тот момент Майкл приличным себя не считал. Игра всего лишь требовала отговорить девушку от самоубийства, а он не только провалил задание, он еще и помог ей убиться по-настоящему. По-настоящему.
Таня – где бы ни лежало ее тело – умерла. Перед гибелью она вынула собственное ядро, этот шедевр программирования, защищенный паролями, известными ей одной. Понарошку извлечь ядро в виртнете не выйдет. Подлинный процесс опасен, но так и задумано: иначе люди начнут притворяться направо и налево, прикола ради, смотреть, как реагируют прочие геймеры. Нет, Таня и правда вытащила ядро, защитный барьер в мозгу, разделяющий виртуальность и реальность, сожгла имплантат. Намеренно. Таня, симпатичная девушка с грустными глазами, пораженная манией преследования. Мертвая.
Эта новость уже, наверное, облетела сеть. СБВ – Служба безопасности виртнета – узнает, что Майкл был с Таней в последние мгновения ее жизни, и придет к нему потолковать. Несомненно.
Таня мертва. Погибла. Сдулась, как проколотый спальный матрас.
До Майкла внезапно дошел весь смысл произошедшего. Его будто камнем оглушило.
Он едва успел добежать до ванной и там сблевал в унитаз. Потом рухнул на пол и собрался в комочек. Он не заплакал – он вообще был не из плаксивых, – но пролежал так очень долго.

Глава 2
Предложение

1

Почти любой, когда думает, будто мир его невзлюбил, будто он на дне темной ямы, идет к маме с папой. Или к брату, сестре. Или стучится в дверь к тетушке, деду или двоюродной бабке.
Но только не Майкл. Он решил отправиться к Брайсону и Саре, друзьям, лучше которых не пожелаешь. Они знали его как облупленного, им было плевать, что он говорит, как поступает, что носит или что ест. Он – когда мог – отплачивал им той же монетой. Правда, имелся в их дружбе один неловкий момент.
Майкл еще ни разу с ними не пересекался.
Вживую, в реале – ни разу. Пока. Они были виртуальными френдами, преданными и неразлучными. Майкл познакомился с Брайсоном и Сарой в самом начале, когда только вступил в игру, на ранних уровнях. И чем выше они поднимались, тем ближе становились. Втроем они практически сразу объединили усилия в прохождении Игры из Игр. Стали Ужасной троицей, Трайфектой потрошителей, Трилогией разбойников и разорителей. Прозвища не добавили очков к положительной репутации: кто-то считал ребят задирами, кто-то – придурками, но они развлекались как могли, и им было плевать.
Больше на жестком полу в ванной Майкл лежать не мог и потому, поднявшись, отправился в самое любимое место на земле.
В Свое Кресло.
Это был не простой предмет мебели, а самое удобное кресло. Сидя в нем, Майкл будто погружался в рукотворное облако. Сейчас он хотел подумать, и еще надо было забить стрелку друзьям. Плюхнувшись в Кресло, он посмотрел в окно – на печального вида серый фасад жилого комплекса через дорогу. Выглядел дом, словно застывшая стена ливня.
Единственное, что нарушало блеклость постройки, так это вывеска с рекламой «Бездны»: кроваво-красные буквы на черном фоне. Видно, дизайнеры решили, что одного названия игры достаточно. Все ее знали, все хотели погрузиться в нее, заслужить это право. И Майкл ничем не отличался от толпы остальных геймеров.
Ганнер Скейл. Поговаривали, будто он, величайший в «Бездне» игрок, недавно выпал из системы, исчез. Ходил слух, что его поглотила сама «Бездна», игра, которую он так любил. Скейл был легендой, один за другим геймеры отправлялись искать его, но затеи не увенчались успехом. Майкл ничего больше так не желал, как достичь его уровня, стать новым Ганнером Скейлом. Теперь он чувствовал, что обязан вырасти, опередить этого… Каина.
Майкл сдавил пальцами серьгу – металлический чип, вживленный в мочку уха, – и перед ним прямо в воздухе возникли голографические экран и клава. В списке контактов Брайсон был онлайн, а Сара вышла из сети, пообещав скоро вернуться.
Пальцы Майкла запорхали над светящимися клавишами.

Майкерспайкер:  Даро́в, Брайсон, хорош глазеть на гнезда горгозонов, поговорить надо. Я сейчас такое видел!..

Ответ пришел почти мгновенно. Брайсон проводил в сети и в гробу времени куда больше самого Майкла и печатать умел, как секретарь, заправленный тремя чашками кофе.

Брайстоппер:  Что, правда? Опять нарвался на копов в «Дюнах»? Запомни, они каждые тринадцать минут респаняться!
Майкерспайкер:  Я же говорил, чем занят. Пытался спасти ту девку. Прошло не очень гладко.
Брайстоппер:  А что? Она спикировала?
Майкерспайкер:  В чате о таком лучше не трепаться. Давай пересечемся во сне.
Брайстоппер:  Во тебя припекло, чувак! Мы же только пару часов как разбежались. Давай завтра?
Майкерспайкер:  Жди меня в «Крутом челе». Через час. Сару тоже приводи. Я пока в душ, воняю, как портянки.
Брайстоппер:  Рад, что мы в реале не встречаемся. Я не большой любитель пот нюхать.
Майкерспайкер:  Кстати, о птичках – надо бы нам в реале пересечься. Не так уж и далеко друг от друга живем.
Брайстоппер:  Зачем? Наяву скукотища.
Майкерспайкер:  Затем, что мы люди, а люди встречаются вживую и контактируют.
Брайстоппер:  Я бы лучше тебя на Марсе обнял.
Майкерспайкер:  НИКАКИХ «обнял». Встречаемся через час. Приведи Сару!
Брайстоппер:  Заметано. Иди стирай портянки.
Майкерспайкер:  Я сказал, что от меня ВОНЯЕТ портянками, а не… ладно, проехали. Потом поговорим.
Брайстоппер:  Выхожу.

Майкл стиснул серьгу, и изображение клавиатуры и экрана рассеялись, будто туман под напором ветра. Из головы все не шли имена Ганнера Скейла и Каина. Майкл последний раз взглянул на рекламу «Бездны» – красно-черный дизайн словно дразнил его – и отправился в душ.

2

Забавная вещь – виртнет. Он настолько реален, что Майкл порой жалел об уровне его проработки. Особенно потея в жару, спотыкаясь или царапаясь, или получая оплеухи. Гроб позволял прочувствовать все, до последней мелочи; при желании Майкл мог снизить мощь передачи, но какой тогда смысл играть?
Впрочем, тот же реализм, позволяющий чувствовать боль, имел плюсы: угощения. Особенно если деньги закончились, а ты умеешь хорошо программировать. Закрыл глаза, вошел в кодовый массив, переписал пару строчек – и вуаля, пир на халяву.
Трое друзей устроились за обычным летним столиком в «Крутом челе», отдавая должное большому блюду начос, тогда как в реале гроб внутривенно закачивал им здоровые питательные вещества. Они, конечно, не могли заменить полноценную пищу – месяц, например, геймер не протянет, но на пару дней хватало за глаза. А самое классное – то, что неважно, сколько ты ешь, внутри гроба растолстеешь, только если на это себя запрограммируешь.
Даже за вкусной едой беседа быстро приобрела негативный окрас.
– Как только Брайсон мне рассказал, я все прочла в выпуске новостей, – сказала Сара. В виртнете она намеренно строила из себя простушку: милое вытянутое личико, длинные каштановые волосы, смуглая кожа, почти никакой косметики. – За последнюю неделю уже несколько геймеров перекодировали свои ядра. Крышеснос! Ходит слух, будто некто по имени Каин запирает людей во сне. Некоторым удается убить себя. Представляешь? В игре завелся кибертеррорист.
Брайсон кивнул. Он выглядел как переломанный футболист: здоровый, накачанный, слегка странноватый. Оправдывался, будто в реале он секси-шмекси и что в игре не желает внимания дамочек.
– Крышеснос? – эхом повторил Брайсон за Сарой. – Да-а, умеешь ты подобрать комментарий.
– Ладно, пожалуй, нужно слово покрепче, – ответила Сара. – Фишка в том, что люди кончают с собой и в этом винят одного геймера. Кто-нибудь в игре убивал себя прежде? Служба безопасности никогда с таким не сталкивалась.
– Может, и сталкивалась, просто скрывает факты, – заметил Брайсон.
– Да кому в голову придет вынуть ядро и спрыгнуть с моста? – пробормотал себе под нос Майкл. В игре он шарил прилично и знал: суициды во сне – большая редкость. Настоящие суициды. – Кого-то заводит самоубийство в игре, без последствий, не настоящее, но… такого я прежде не видел. Надо же уметь перекодировать себя, вынуть ядро… Я бы так не смог. Говоришь, это уже не первый случай?
– Как насчет Каина? – спросил Брайсон. – Крутой ты геймер или нет, разве можно запереть другого геймера во сне? Что-то не верится.
Посетители за соседними столиками притихли, и имя Каина прозвучало неожиданно громко. Люди уставились на Брайсона, и понятно почему: Каин был известен далеко не с лучшей стороны. При одном упоминании о нем люди бледнели. Последние несколько месяцев он проникал всюду: и в игры, и в частные дела, травил жертв видениями или охотился на них. До встречи с Таней Майкл и не знал, что Каин способен запереть во сне. Всюду, где бы ты ни находился в виртнете, этот террорист преследовал тебя, словно тень.
Пожав плечами, Майкл снова посмотрел на друзей.
– Та девчонка во всем винила Каина. Говорила, будто он запер ее во сне и что она так больше не может, что он ворует тела. О гончих обмолвилась… Честное слово, она еще не начала себя перекодировать, как я понял: она не врет. Таня определенно пересеклась с Каином.
– Мы почти ничего не знаем о том, кто такой Каин в реале, – напомнила Сара. – Я прочла все статьи о нем; кроме сплетен, ничего нет. На самого геймера никакой информации: ни фоток, ни видео, ни аудио… Полный ноль. Он как фантом.
– Это же виртнет, – сказал Брайсон. – Тут все выдумки становятся настоящими. В том-то и смысл.
– Нет, – покачала головой Сара. – Каин – геймер, живой человек, заходит в виртнет через гроб. Слухи, новости… ему не скрыться от общественности. Рано или поздно Служба безопасности выяснит, кто такой Каин.
– Эй, ребята, вы обо мне не забыли? – произнес Майкл. – Это мне тут плохо, и это обо мне вы должны заботиться. Хватит лажать. Проявите внимание!
Брайсон посмотрел на него с искренним беспокойством.
– Чувак, мы не забыли. И да, прости, я рад, что это случилось не со мной, а с тобой. Я понимаю, отговорить самоубийцу от прыжка в воду – это квест, да только кто ж знал, что тебе предстоит отговаривать от прыжка настоящего самоубийцу?!
– Мне ни фига не лучше, – пожал плечами Майкл. На самом деле ему уже стало легче в компании лучших друзей, просто его грызло изнутри нехорошее чувство. Очень нехорошее, прилипчивое.
Сара подалась к Майклу через стол и взяла его за руку.
– Мы понятия не имеем, каково тебе пришлось, – тихо произнесла она, – глупо было бы утверждать обратное. Однако мне правда жаль, что так вышло.
Майкл покраснел и уставился в пол. Спасибо Брайсону, вернул их к реальности.
– Мне надо отлить, – объявил он, вставая из-за столика. Даже такие мелочи были предусмотрены: пока тело в гробу избавлялось от лишнего, геймер виртуально тоже ходил по нужде. Все в виртнете соответствовало действительности. Абсолютно все.
– Мило, – вздохнув, произнесла Сара и отпустила руку Майкла. – Ничего не скажешь.

3

Они проговорили еще где-то с час, потом условились встретиться наяву. Брайсон дал слово, что если до конца месяца они не сдержат своего обещания, он начнет отрезать в день по пальцу… правда, не у себя, а у Майкла. Троица рассмеялась. Юмор и незатейливые шутки – вот чего им так не хватало.
Когда они распрощались у портала, Майкл вынырнул и прошел привычные процедуры отсоединения от гроба. По пути к Креслу он машинально взглянул на рекламу «Бездны» за окном; в который раз проникся жгучей завистью и едва не захлебнулся слюной. Он почти уже сел в Кресло, но в последний миг передумал: усталый и разбитый, он уснул бы, а спать в Кресле – не дело. Потом тело хрустит в тех местах, в которых ему хрустеть не положено.
Майкл вздохнул и, пытаясь не думать о самоубийце по имени Таня, из последних сил доплелся до кровати. Рухнул на нее и погрузился в забытье без сновидений.

4

Просыпаясь утром, Майкл будто вылуплялся из кокона. Умная сторона его мозга целых двадцать минут уговаривала глупую сторону, дескать, прогулять школу по мнимой болезни – плохая идея. За эту четверть Майкл и так семь раз сказывался больным. Еще раз или два, и администрация за него возьмется.
Ночью ему стало только хуже, и от воспоминаний о падении в бухту вместе с Таней крутило в животе. Впрочем, Майкл кое-как усадил себя за стол позавтракать – няня Хельга приготовила яйца и бекон. За нее – такое услужливое и полезное домашнее приложение – Майклу следовало благодарить богатых родителей. Те часто разъезжали по миру, и конкретно сейчас Майкл даже не мог вспомнить, когда они уехали или когда собираются домой. Впрочем, вину они заглаживали щедрыми дарами. Майкл просто не успевал скучать по родителям.
– Доброе утро, Майкл, – поздоровалась Хельга, говорившая с легким немецким акцентом. – Смотрю, ты хорошо выспался.
Он что-то пробормотал в ответ, и Хельга улыбнулась. Вот за это она Майклу и нравилась: ты поутру рычишь как животное, а она и не думает обижаться. Ей просто все равно.
А еще она вкусно готовит, почти как в виртнете. Майкл умял завтрак, все до последней крошки, и поспешил из дому – чтобы не опоздать на поезд.

5

На улице бурлили толпы народу: всюду – костюмы, юбки, стаканчики кофе. Людей было так много, что казалось, будто они, подобно раковым клеткам, множатся прямо на глазах! Глядя на лица прохожих, Майкл всюду видел одно и то же скучающее, усталое – и очень знакомое – выражение. Все эти люди еле-еле проводили положенное время на скучной работе или в школе за партой, а после спешили домой, в виртнет.
Майкл шел через поток горожан, ныряя то в одну сторону, то в другую, вниз по проспекту. Потом свернул направо, чтобы срезать, как обычно, дорогу – через узкий замусоренный переулок. Глядя на горы отходов и пустые контейнеры, Майкл мысленно задавался вопросом: неужели так трудно сбрасывать мусор в большие металлические приемники? Правда, в такое утро, как это, видеть пустые пакетики из-под чипсов и банановую кожуру было куда приятнее, чем угрюмые серые массы людей.
Майкл уже почти прошел переулок, когда за спиной взвизгнули покрышки, и заурчал автомобильный движок. Майкл резко обернулся. Едва увидев серую машину, что ехала прямо на него, он моментально сообразил – это за ним. Цель водителя – он, Майкл, и добром это не кончится.
Майкл сорвался на бег. Чутье подсказывало: его хотят зажать в переулке. Выход внезапно сделался очень далеким. Черт, не успеть! Движок ревел все ближе и громче. Майкл во сне многое повидал и всякого натерпелся, однако сейчас он испытывал ужас, самый натуральный ужас. Глупо будет вот так умереть, если его, как жука, размажут по асфальту среди отходов.
Он не смел обернуться, но чувствовал, что машина настигает, что ему не сбежать. Тогда он просто нырнул за ближайшую кучу мусора. Скрежетнули покрышки. Майкл перекатился и вскочил на ноги, готовый стартовать в другую сторону. В этот момент открылась задняя дверца седана, и наружу выскочил одетый с иголочки мужчина в лыжной маске. Глаза сквозь прорези смотрели прямо на Майкла. Майкл застыл всего на мгновение, но и этого мужчине хватило – он схватил парня и прижал его к асфальту.
Майкл хотел было заорать, но холодная ладонь зажала ему рот. Паника пронзила сердце, будто острие меча. Кровь забурлила, в голову ударил адреналин, и Майкл попытался отбиться. Не вышло, противник был слишком силен и, прижав Майкла к земле, заломил ему руки за спину.
– Не рыпайся, – велел незнакомец. – Мы не причиним тебе вреда. Просто нет времени на возню. Полезай в тачку.
Майкла щекой вдавили в асфальт.
– Правда, что ли? Меня и пальцем не тронут? Я так и подумал.
– Закрой варежку, пацан. Давай в машину, живо.
Незнакомец оторвал Майкла от земли и потащил его к дверце авто.
– Падай, – велел он и для пущей убедительности выдержал небольшую паузу. – В тачку.
Майкл последний раз попробовал вырваться, но похититель держал его железной хваткой. Выбора не оставалось, и Майкл подчинился. Позволил отвести себя к машине, где его принял второй человек в маске. Дверь закрылась, машина рванула вперед, и визг покрышек эхом отозвался от стен бетонного каньона.

6

Едва машина вырвалась из переулка на главную дорогу, Майкл принялся лихорадочно соображать: кто эти люди? куда его везут? Накатила вторая волна паники, и Майкл решил действовать. Локтем врезал в пах мужику слева и метнулся к двери. Похититель согнулся пополам и выругался так, что и Брайсон бы покраснел. Стоило взяться за ручку дверцы, как первый человек в маске обхватил Майкла рукой за горло и принялся душить.
– Перестань, пацан, – очень спокойно произнес похититель.
Не это хотел слышать Майкл. В его груди кипел гнев, и он попытался освободиться из захвата.
– Брось! – повысил голос незнакомец. – Хватит ребячиться, успокойся. Мы не причиним тебе вреда.
– Вы уже причиняете мне вред, – задыхаясь, прохрипел Майкл.
Незнакомец ослабил хатку.
– Веди себя хорошо, и я не сделаю тебе больно. Договорились?
– Договорились, – прокашлял Майкл. А что оставалось? Просить время на размышление?
Незнакомец расслабился.
– Отлично. Теперь сядь и молчи. Хотя нет, сначала извинись перед моим другом. Зря ты так с ним.
Майкл взглянул на мужчину слева и, пожав плечами, произнес:
– Извините. Надеюсь, детей еще делать сможете.
Человек метнул в него свирепый взгляд, и Майкл поспешил отвернуться. Действие адреналина закончилось, и Майкл чувствовал себя истощенным. Четверо мужчин в черных масках везли его в неизвестном направлении. Ничего хорошего это не предвещало.

7

Дорога прошла в полном молчании, хотя сердце Майкла билось в груди, словно в ритме барабанов в хэви-метал композиции. Он-то думал, что уже познал страх: в виртнете его бесконечно помещали в разнообразные ужасные ситуации, и он переживал их как настоящие. Однако подлинный страх Майкл испытал только сейчас – ничего подобного он прежде не чувствовал. Так и сердечный приступ схлопотать недолго, в зрелом-то возрасте шестнадцати лет.
Будто назло, всякий раз, когда Майкл смотрел наружу, на глаза ему попадалась реклама «Бездны жизни». И хотя крохотная часть его разума твердила, что еще удастся выпутаться, Майкл знал: когда тебя похищают люди в масках, добром это не заканчивается. Красные на черном надписи лишний раз напоминали, что мечта попасть в «Бездну» так никогда и не сбудется.
Наконец они достигли окраины города и въехали на большую стоянку у домашнего стадиона команды «Фэлконз». Больше ни одной машины здесь видно не было; водитель остановился в самом переднем ряду, в тени гигантской чаши. Табличка у забора предупреждала: «СТОЯНКА ЗАПРЕЩЕНА. НАРУШИТЕЛЕЙ ЭВАКУИРУЮТ».
Водитель просигналил, в ответ раздался треск, загудел невидимый механизм. Машина стала опускаться под землю, и сердце Майкла ушло в пятки. Дневной свет постепенно сливался с искусственным внутренним освещением.
Наконец платформа с глухим стуком остановилась, и Майкл огляделся. Они оказались в просторном подземном гараже, где вдоль стены стояло еще с дюжину автомобилей. Водитель тем временем проехал на свободное парковочное место и заглушил мотор.
– Вот мы и на месте, – сообщил он.
Ха, мог бы и не говорить, и так все понятно.

8

Майклу предложили выбирать из двух вариантов: либо его волокут за ноги, лицом по бетонному полу, либо он идет сам, добровольно. Майкл выбрал второе, и пока его вели неизвестно куда, сердце по-прежнему бешено колотилось, словно пытаясь вырваться из грудной клетки.
Четверо похитителей провели Майкла через дверь в коридор и дальше – ко второй двери, за которой скрывался конференц-зал, самый обыкновенный: длинный стол вишневого дерева, роскошные кожаные кресла и подсвеченный бар в углу. Как ни странно, ждал их всего один человек – высокая длинноволосая брюнетка с широко посаженными необычными глазами. Майклу она показалась одновременно обворожительной и пугающей.
– Оставьте нас, – тихо велела женщина, и четверо мужчин поспешили удалиться в благоговейном страхе.
Женщина обратила взгляд своих поразительных глаз на Майкла.
– Меня зовут Диана Вебер. Однако ты будешь обращаться ко мне агент Вебер. Прошу, присаживайся.
Она указала на ближайшее к Майклу кресло. Майкл огромным усилием воли заставил себя не присесть сразу. Мысленно, глядя на агента Вебер, он сосчитал до пяти и лишь затем опустился в кресло.
Присев рядом, агент Вебер скрестила красивые длинные ноги.
– Прости за способ, которым мы тебя доставили на встречу, однако дело срочное и конфиденциальное. Я не хотела тратить время на… приглашения.
– Я из-за вас уроки пропущу. Приглашение было бы в самый раз. – Присутствие агента Вебер успокаивало, и от этого Майкл злился. Ведь ясно же: эта женщина умеет манипулировать мужчинами, пользуясь собственной красотой как оружием. – Интересно, чего ради я вам понадобился?
Она улыбнулась, обнажив идеальные зубы.
– Ты геймер, Майкл, и еще обладатель недюжинного таланта к программированию.
– Это вопрос?
– Констатация факта. Я скажу, почему ты здесь. И я знаю о тебе больше, чем ты сам о себе знаешь. Понял?
Майкл закашлялся. Неужто вскрылись все его махинации?
– Вы притащили меня сюда только потому, что я геймер? – как можно спокойнее спросил он. – Потому, что я люблю ошиваться во сне и немного баловаться с кодами? Что я такого натворил? Обошел вас в чем-то? Обокрал ваш виртуальный ресторан?
– Ты здесь потому, что нужен нам.
Майкл внезапно приободрился.
– Вряд ли моя мама одобрит роман с женщиной старше меня. Вы виртуальные любовные гнездышки не пробовали? Уверен, такая красотка, как вы, запросто подыщет себе…
Лицо агента Вебер исказила мимолетная гримаса гнева, и Майкл невольно замолчал.
– Я работаю на СБВ, – успокоившись, сказала женщина. – В сети серьезная проблема, и нам нужна помощь. Мы в курсе твоих хакерских делишек и о друзьях твоих знаем. Правда, если ты не перестанешь вести себя как десятилетний сопляк, я обращусь к другому кандидату.
Сказав эти простые три предложения, она заставила Майкла ощутить себя полным идиотом. Ему вдруг захотелось узнать, в чем дело.
– Ладно-ладно, извините. Когда тебя крадут прямо с улицы, это, знаете ли, выбивает из колеи. Впредь обещаю быть паинькой.
– Так-то лучше. – Агент Вебер закинула ногу на ногу по новой. – А сейчас я скажу тебе два слова, и если ты без нашего прямого указания повторишь их в присутствии кого-либо еще, то в самом лучшем случае остаток дней своих проведешь в тюрьме, о существовании которой бо́льшая часть населения Земли даже не знает.
Майкл сгорал от любопытства, однако предупреждение заставило его задуматься.
– То есть вы не убьете меня?
– Есть кое-что похуже смерти, Майкл, – нахмурилась агент Вебер.
Майкл уставился на нее. Какая-то часть его не желала больше ничего слышать, но любопытство победило.
– Ладно, никому ни слова… Говорите.
Нижняя губа агента Вебер слегка дрогнула, будто слова потрясли ее саму до глубины души:
– Доктрина смертности.

9

В тишине – полной, непроницаемой – агент Вебер смотрела на Майкла.
Доктрина смертности… В чем здесь опасность, если Майклу грозят пожизненным сроком в тюрьме?
– Я что-то не догоняю, – сказал он наконец. – Доктрина смертности? Что это значит?
Агент Вебер подалась вперед, и лицо ее сделалось еще напряженнее.
– Услышав эти два слова, ты присоединился к нам.
Майкл пожал плечами – хоть это-то он мог сделать спокойно.
– Однако ты должен подтвердить получение приговора, – сказала женщина. – Скажи, что ты теперь с нами. Нам нужен твой талант к работе в виртнете.
Испытав легкий приступ гордости, Майкл опомнился.
– Вы не сказали, что это значит.
– Так-то лучше. – Агент Вебер откинулась на спинку кресла. Напряжение в комнате еще немного повысилось. – Доктрина смертности. Мы сами еще толком не знаем, что она собой представляет. Это – тайна, укрытая где-то в виртнете, за пределами системы.
– Звучит многообещающе, – пробормотал Майкл и тут же пожалел об этом. К счастью, агент Вебер не стала придираться. Майкл же, едва услыхав о тайной части виртнета, воспрял духом и немедленно захотел узнать о ней подробнее.
– Эта… доктрина может уничтожить человечество и привычный мир. Скажи, Майкл, ты слышал о геймере, называющем себя Каин?
У Майкла екнуло в груди. Перед мысленным взором возникло лицо Тани. Он вспомнил ее слова о том, как Каин пытал ее. Майкл вспомнил, как падал с моста, и вцепился в подлокотники кресла. Может, все это как-то связано?
– Да, про Каина слышал, – признался он. – У меня на глазах одна девушка покончила с собой… так вот, она о нем упоминала.
– Знаем, – подтвердила агент Вебер. – Это далеко не единственная причина, по которой ты здесь. Ты стал свидетелем того, как далеко зашел Каин. Мы сумели привязать его имя к Доктрине смертности, к случаям, вроде самоубийства Тани. Каин запирает людей в виртнете и доводит их до того, что они сами ломают код своего ядра. Хуже формы кибертерроризма мы не встречали.
– А я-то вам зачем? – ломким, хриплым голосом, до тошноты неуверенно поинтересовался Майкл. – Как я могу помочь?
Агент Вебер немного помедлила с ответом.
– Людей находят в виртнет-гробах в состоянии комы. Компьютерная томография показывает, что мозг поврежден: как будто на бедолагах ставили зверские эксперименты. Превратили их в овощи. – Женщина снова сделала паузу. – Есть доказательства причастности Каина, его связи с Доктриной смертности, скрытой где-то в глубине виртнета. Надо отыскать Каина и разоблачить Доктрину. Поможешь нам?
Она как будто просила Майкла сгонять в магазин за молоком и хлебушком, и ему захотелось бежать отсюда. Вообще, он много чего хотел в тот момент – и больше всего перенестись назад во времени, – однако рациональная часть сознания требовала вернуться домой, залезть в гроб и погрузиться в незатейливые спортивные игры на уровне новичка, забуриться в «Крутой чел», поесть чипсов, поболтать с Брайсоном и Сарой, посмотреть киношку, почитать книгу, встретить маму и папу из путешествия и больше никогда не слышать ни о какой Доктрине.
Однако Майкл сам не заметил, как с его губ сорвалось одно-единственное слово, которое он вроде даже не собирался произносить.
– Да.

Глава 3
Темное место

1

Не успел Майкл закрыть рот, как агент Вебер вскочила на ноги, толкнув назад кресло.
Майкл даже подпрыгнул от неожиданности.
– Я что, должен был отказать?
Агент, не взглянув на него, прижала палец к уху, в которое ей, видимо, был вживлен микрофон.
– Что-то не так, – сказала она. – За тобой следили.
Женщина больше не выглядела пугающей. Она выглядела напуганной. Пораженный такой сменой настроения, Майкл вылез из кресла.
– Следил? Кто?
– Лучше тебе не знать, Майкл. Идем.
Она не стала дожидаться его ответа и сразу кинулась к двери. Майкл бросился следом. Они выбежали в коридор и оказались в окружении вооруженных охранников – на сей раз без дурацких лыжных масок.
– Отвезите его домой, – прежним властным тоном приказала агент Вебер. – Убедитесь, что за вами никто не следит.
Майкла взяли под руки двое – мужчина и женщина – и повели дальше по коридору.
– Стойте! – прокричал он, пытаясь сориентироваться. – Стойте! Вы толком ничего не рассказали!
Цокая каблуками по полу, агент Вебер поравнялась с ним.
– Можешь поделиться новостями с приятелями: Брайсоном и Сарой. Больше никому ни слова. Проболтаешься родителям – и мы их сотрем. Понял?
Услышав угрозу в адрес родителей, Майкл ощутил, как все в нем переворачивается.
– Как это сотрете их?
– Мне нужны вы трое, Майкл, – продолжала тем временем агент Вебер. – Предлагаю начать поиски с самых мрачных и злачных мест виртнета. Расспросите других геймеров, проверьте слухи. Отыщите, где скрывается Каин. Иначе нам не выяснить всей истины о Доктрине смертности, как он планирует ее использовать. Сделайте все, что потребуется. Используйте таланты. Мы запеленгуем вас, и как только отыщите Каина – придем. Помогите нам, и мы дадим все, о чем ни попросите. Мы уже запустили другие поисковые отряды. Опередите их – и награда ваша.
Майкл раскрыл было рот, хотел сказать, что ничего так и не понял, но агент Вебер развернулась и пошла в противоположную сторону.
– Двигай, – сказал один из охранников, и Майкла потащили в противоположную сторону.

2

Его повели не к машине. Охранники, молчавшие весь путь, сопроводили Майкла вниз по бесчисленным коридорам и переходам, пока наконец не вышли на улицу из подъезда заброшенного здания возле спуска в метро. Там его и оставили. Вокруг Майкла бурлила людская толпа, сквозь прорехи в облаках светило солнце; ветер подхватил с земли и гнал по воздуху конфетную обертку. Жизнь Майкла коренным образом переменилась, тогда как мир продолжал существовать как ни в чем не бывало.
О школе Майкл думал в последнюю очередь. Сбитый с толку и напуганный, он зашел в ближайшую кофейню и заказал самую большую чашку кофе. Потом на поезде отправился домой. Первым делом забил стрелку Брайсону и Саре, на завтра. Он лишь слегка заинтриговал друзей, решив не вываливать на них всю информацию сразу – иначе они попросту не уснули бы, а отдых им очень пригодится.

3

Майкл сглупил, решив тем же вечером просмотреть новости.
Он был дома один – родители еще не вернулись, и он не знал, когда их ждать, – сидел, свернувшись калачиком в Кресле. Хельга обычно ложилась спать на закате. Майкл вызвал экран и просматривал жуткие новости о случившемся за день: убийства, банкротства, природные катаклизмы. М-да, не лучшие впечатления на сон грядущий… Как правило, страшные события кажутся далекими, они происходят не с тобой, а с другими. Однако после разговора с агентом Вебер Майкл стал воспринимать новости о катастрофах как личные.
Он уже хотел выключить экран, но в последний миг остановился: женщина-диктор рассказывала о недавней сенсации, взорвавшей виртнет: в сети объявился кибертеррорист, известный как Каин.
Щелчком пальцев Майкл прибавил громкости и подался вперед, вслушиваясь в известия так, будто от них зависела его жизнь.
– …причиной суицида, если верить словам свидетелей и предсмертным сообщениям жертв, – вещала диктор. – Каин сумел проникнуть во все известные игры и социальные сети, не говоря уже о том, что он запугивает множество людей напрямую. Еще ни одному пользователю со времен исчезновения Ганнера Скейла не удавалось так взбудоражить виртуальную общественность. Никто пока не знает, какие цели преследует Каин. Служба безопасности виртнета заявила, что задействует все свои немалые ресурсы, дабы вычислить злоумышленника и перекрыть ему доступ в сеть.
Майкл слушал как завороженный: Каин виртуально похищал людей, пленил их, пытал, а жертвы не могли сбежать, вынырнуть в явь. Каин стирал целые игры и социальные сети, оставляя после себя лишь строчку кода, послание типа: «Здесь был я». Геймеров же находили в гробах в состоянии мозговой смерти.
Майклу стало тошно слушать о творимых Каином ужасах. Зачем он это делает? Неужто ради забавы?
Каин.
Доктрина смертности.
Люди, запертые во сне. Геймеры, превращенные в овощи. Геймеры, что убивают себя, лишь бы сбежать из виртуальной тюрьмы.
М-да, веселые мысли, ничего не скажешь…
Майкл тяжело вздохнул.
Он перебрался в кровать и постарался заснуть. Странно, но ему приснилось, как он с родителями загорает на пляже, куда они все вместе ездили отдыхать давным-давно.

4

Слава богу, на следующий день была суббота. Хельга приготовила отвратительные вафли, сдобрив их всем, от чего толстеют: маслом, взбитыми сливками, сиропом. Дабы загладить вину, она положила сверху несколько ягод клубники. Майкл молча позавтракал. Неужто и Хельга смотрит те же новости, что и он. Такие веселые, забавные… Ладно, скоро он увидится с друзьями.
Спустя пару часов физическое тело Майкла уже лежало в гробу, тогда как освобожденное виртуальное присело на лавку в дальней части нью-йоркского Центрального парка, еще одного излюбленного места встречи друзей Майкла. Во сне здорово, можно поесть на природе, которую дома, в задымленных бетонных джунглях не так часто видишь.
Брайсон и Сара уже заждались его.
– Надеюсь, новости хорошие? – сказал Брайсон. – Чтобы я прямо кипятком описался.
– Кстати, да, – заметила Сара. – Чего-то ты темнил вчера.
Страх после вчерашнего похищения почти прошел. Майкл, опасаясь, что их могут подслушивать, начал рассказ шепотом, однако вскоре его понесло – он тараторил с пулеметной скоростью, не заботясь о связности и последовательности.
Сара и Брайсон явно растерялись.
– Э-э… – протянул Брайсон. – Может, все заново?
Сара кивнула.
– С начала. С чувством, толком, расстановкой.
– А-а… ладно. – Майкл набрал полные легкие виртуального свежего воздуха. – Иду я, значит, себе на станцию, чтобы сесть на поезд и поехать в школу. И тут смотрю: за мной погоня, на машине. Чуть меня не задавили. Догнали, из тачки выпрыгивают чуваки в черных масках, ловят меня и сажают на заднее сиденье.
– Майкл, погоди, – перебил его Брайсон. – Ты ничего веселого не принимал?
Майкл закатал глаза.
– Нет, я… Короче, слушай дальше. – Майкл не винил друзей за сомнения; просто его бесило, что ему не дают спокойно закончить рассказ.
Он сделал еще один глубокий вдох и продолжил. К тому времени, как он дошел до момента, когда агент Вебер узнала о слежке и велела охранникам вернуть его домой, Брайсон и Сара поняли: их друг говорит совершенно серьезно. Под конец Майкл пересказал жуткие новости, большинство из которых Сара и Брайсон уже слышали.
Где-то с минуту они сидели в полном молчании, украдкой поглядывая по сторонам – не подслушивает ли кто из кустов или из-за деревьев.
Первым тишину нарушил Брайсон.
– Оба-на!.. А чего это она просит помощи у трех подростков?
– Сам удивляюсь, – ответил Майкл. – Агент Вебер упоминала и другие поисковые отряды. Может, они нанимают лучших геймеров и кодеров, чтобы те попытались найти и взломать тайное прибежище Каина? Она знала, например, что мы умеем хакать и переписывать коды. Без балды.
– Если их собственные агенты не справились, то какие у нас шансы? – спросила Сара. – Это ведь их работа, и меня, если честно, пугает то, как они пытаются спихнуть ее на нас, детей.
Брайсон фыркнул.
– Старые перцы понимают, что новое поколение умнее их. В смысле, мы ведь постоянно тремся в сети и мы реально знаем ее лучше других. Мы справимся, потому что это не работа для нас, а хобби.
– Дело не просто в программировании, – добавил Майкл, довольный, что Брайсон привел такой весомый довод. – Им нужны не производители программ, а пользователи. Кто лучше нас умеет пользоваться сетью?
– Ты уверен? – спросила Сара. – Или просто ищешь повод поиграть?
– Ты сама разве не хочешь поиграть?
– Ну, да, – пожала она плечами, улыбнувшись.
– Кстати, что там говорилось про вознаграждение? – припомнил Брайсон. – Дадут все, чего ни пожелаем? Лучше этой дамочке и правда рассчитывать на нас троих сразу.
– Не сомневаюсь, она говорила о всех нас, – ответил Майкл, хотя сам точно не знал. – Мы разбогатеем, поработаем на СБВ – главное, никому ничего не говорить.
Он не сумел заставить себя рассказать о неприкрытых угрозах агента Вебер. Хотя… может, они не касаются его друзей?
– Согласна, это круто… настоящий вызов, – сказала Сара.
Она была права. Игра переставала быть игрой. Точнее, становилась чем-то бо́льшим. Майклу не терпелось приступить к поискам. Он чуть не вскочил на ноги, готовый отправиться в путь.
Должно быть, Брайсон прочел выражение у него на лице.
– Эй, смотри из штанов не выпрыгни, бро. Надо определиться, готовы ли мы.
– Знаю, – ответил Майкл. – Но я для себя решил.
Он и правда решил.
Потом вдруг что-то произошло. Нечто странное поразило все вокруг, наполнив душу Майкла страхом. Время будто замедлилось, застыло, как муха в янтаре.
Сара потянулась убрать прядку за ухо. Брайсон кривил губы в ухмылке – в проказливой улыбке, какой он сообщает всем, что уговорился и согласен участвовать в затее. У них над головами лениво покачивались ветви деревьев. Когда мимо пролетела птичка, Майкл сумел разглядеть каждое движение ее крыльев. Воздух сгустился, стал удушливо влажным.
Все пропало во вспышке света; вокруг вращались звезды, и звучал безумный смех.

5

Виртуальное тело Майкл успел прогнать через все экстремальные развлечения, доступные в виртнете: американские горки, «штопор» на самолете, полет со скоростью света на ракете в другую вселенную, бесчисленные прыжки и падения – и всякий раз гроб позволял прочувствовать перегрузки как наяву. Однако сейчас казалось, будто тело разрывают на тысячи кусков: желудок крутило, мозг пронзало целых десять оттенков боли. И все это время вокруг вращались звезды; Майкл не знал, открыты у него глаза или нет. Он не мог сориентироваться.
Выдержит ли гроб такое напряжение?
Потом безумие прекратилось, и Майкла согнуло в сухом рвотном позыве. Он медленно отдышался и посмотрел по сторонам. Все вокруг тонуло во тьме, только мерцали вдали огоньки.
Рядом он заметил две тени – два смутных силуэта во тьме, едва различимых, – однако в них Майкл быстро узнал Брайсона и Сару.
Огоньки тем временем начали кружиться и сливаться, двигаясь с каждой секундой все быстрее, собираясь в стремительно растущий шар. Свет больно резал глаза. Шар вращался подобно небесному телу, от которого исходит пульсирующее сияние.
Майкл и его друзья – застывшие, парящие в воздухе – ждали. Майкл не мог ни говорить, ни шевелиться. Каждую клеточку его естества пронзило страхом. А потом сияющий шар заговорил вибрирующим голосом:
– Меня зовут Каин, и я вижу все.

6

Что бы ни парализовало Майкла, оно никак не желало его отпускать.
– Думаешь, я не знаю, что СБВ пытается остановить меня? – продолжал леденящий душу голос. – Все в виртнете происходит по моей воле и для моей выгоды. Теперь это мой мир, и служить мне будут смелейшие, сильнейшие, умнейшие. СБВ и игроки, вроде тебя, не будут значить вообще ничего.
Майкл попытался освободиться от невидимых пут.
– Ты не представляешь, какая у меня власть и сила, – говорил голос Каина. – Всякого, кто хочет остановить меня, я предупреждаю. Лишь один раз. Второго предупреждения не будет. – Каин немного помолчал. – Смотри, что тебя ждет, если не послушаешься.
Шар исчез, уступив место большому прямоугольнику, похожему на экран старинного телевизора: по нему проносились образы, и сам экран рос, становился выше и шире, пока не заслонил собой все.
Майкла будто поместили в разум лунатика: он видел выцветший город в руинах; в канавах лежали люди.
Люди, раззявив рты, ждали в задымленной комнате, когда их пожрет пламя, что рвалось внутрь из-за двери.
Старушка в кресле-качалке медленно подняла пистолет.
Двое подростков со смехом сталкивали с обрыва маленьких детишек и смотрели, как те падают.
Полуживые пациенты лежали в больнице, запертой снаружи на замок и цепи. Изможденные люди обливали стены больницы бензином; один из них достал зажигалку.
Ужасающие сцены сменяли друг друга, становясь все страшней и страшней. Майкл дрожал, пытаясь высвободиться, побороть сковывающую его силу. Это было хуже любого кошмара.
Снова заговорил Каин; его голос доносился одновременно отовсюду.
– Ты ведь совсем ничего не знаешь. Вы дети, во всех смыслах этого слова. Вот что – и многое другое – ожидает ваш разум, если вы не отступитесь.
И вдруг все прекратилось, исчезло. Майкл очнулся у себя в гробу. Горло болело. Должно быть, он орал во всю мочь.

Глава 4
Выбора нет

1

И это суицид Тани подкосил Майкла?! Сейчас он еле выбрался из гроба. Он даже трусы не надел: дрожа и потея, на негнущихся ногах отправился в кровать. Часть его до сих парила в театре ужасов Каина посреди открытого космоса. В окружении страшных картин того, что обещал Каин…
Мурашки побежали по коже. Майкл всю жизнь искал острых ощущений и вот – угодив в две переделки – очень захотел, чтобы вернулись старые деньки. Старые спокойные деньки. Плевать, что там предлагает – или чем грозит – СБВ. Увидев, как люди вырывают у себя из головы ядро и какую тюрьму для разума врагов изобрел Каин, Майкл принял решение. Что если Каин достанет его и наяву? Еще никогда – ни в сети, ни в жизни – Майкла не сковывал такой парализующий страх.
Как вообще выполнить задание СБВ?! Вот расстреливать пришельцев, спасать принцесс из лап гоблинов… в общем, заниматься обычными для «Бездны» делами, а после выныривать в реальность и делать домашку – вот это пожалуйста. Брайсон с Сарой всегда будут рядом. Надо вернуться к обычной скучной жизни и никогда больше не пересекаться с Каином.
Убедив себя в этом, Майкл наконец-то заснул.

2

Утро воскресенья выдалось серым и унылым, под стать настроению Майкла. Хельга заставила его съесть на завтрак кукурузные хлопья, заявив в свое оправдание, что у нее болит голова. Майкл хотел сказать: ты, мол, не знаешь, что значит головная боль. Поведать ей в мельчайших деталях о вчерашнем забавном опыте пребывания во владениях Каина и спросить: может, теперь общество метелок, тряпок и корзин для белья кажется ей привлекательней?
Майкл устыдился таких мыслей. Все-таки Хельга ему нравилась.
Он просто извинился и слопал все три миски сухого завтрака, что оставила для него на кухонной стойке гувернантка. Отмокнув под обжигающе горячим душем, Майкл почувствовал себя немного лучше. Мало-помалу воспоминания о столкновении с кибертеррористом начали меркнуть, словно все это приключилось в кошмаре.
Остаток дня Майкл пытался вообще забыть о вчерашних неприятностях: пробежал несколько миль, поспал хорошенько, а после знатно перекусил: бутерброды, чипсы и пикули. Потом устроился в Кресле и приготовился к неизбежному разговору с Брайсоном и Сарой – о вчерашней выходке Каина. Когда он включил виртуальный экран, на нем высветились сообщения от обоих друзей.
Похоже, все трое сошлись во мнении: игры играми, но сталкиваться с психопатом, который терроризирует игровую общественность и на которого не может найти управу даже такая могущественная организация, как СБВ, – совсем другая история. Да, предложение поступило заманчивое, но… увольте. Каин чересчур опасен, и угрозы СБВ по сравнению с его предупреждением – просто детский лепет. То, что он вчера показал трем друзьям, не укладывалось в голове.
Когда речь зашла о том, что надо бы известить СБВ об их совместном решении, Майкл подумал: ну нет. Не хочет он говорить с этими людьми. Они скорее всего блефуют. То есть они, может, и наняли тучу геймеров отыскать Каина и теперь смотрят – удастся ли хоть кому-то выполнить поручение, однако сам Майкл пас. Ему теперь в сон погружаться-то страшно. Впрочем, если перестать вынюхивать о Каине и внять предупреждению, то он, наверное, отстанет от Майкла и его друзей.
В конце концов договорились позднее встретиться в «Бездне» и поиграть, забыв и предложение об охоте, и столкновение с Каином.
Однако планам не суждено было осуществиться. Когда Майкл чуть позднее залез в гроб и подключился к сети, вместо виртнета он увидел перед собой крупную надпись:

ДОСТУП ЗАБЛОКИРОВАН СБВ. 

3

Его отрезали от сети.
Майкл вылез из гроба и побежал к Креслу, активировал серьгу – ничего. Перебрался к дивану перед настенным телевизором, потыкал в кнопки – ничего. Хельга, пыхтя и сопя, ходила по дому, пытаясь звонить, но сотовая связь тоже пропала. Майкл вернулся в кресло и битый час провозился с кодами, пытаясь вернуть себе доступ к сети.
Тщетно. Доступ ему перекрыли везде.
Оставалось пойти и лечь в кровать. Майкл смотрел в потолок, и с каждой минутой ему становилось все хуже. Как он вляпался в такую передрягу? Всего каких-то два дня, а его успела похитить СБВ и запугал какой-то псих. Где те деньки, когда самым страшным в жизни были школа да боль в животе?
Однако любой, кто хоть чуть-чуть знал Майкла, догадался бы, о чем он подумает дальше. Да, ему показали вещи, хуже которых он не видел ни в жизни, ни в виртуальности; пригрозили, что такое вот будущее ждет его, если он не откажется помогать СБВ. Майкл ни капли не сомневался, что Каин может превратить для него виртнет в ад. Если умеешь изменять виртуальный мир, как тебе надо, если можешь заставить других пользователей переживать то, что ты им уготовил, – то смерть им покажется избавлением. Перед Майклом разверзлась бездонная пропасть.
Теперь у него отобрали доступ в виртнет, и с этим он уж никак смириться не мог.
Угрозы агента Вебер внезапно перестали казаться пустой болтовней. Агент грозила Майклу, грозила расправой над родителями, а отказ в доступе – лишь начало, цветочки. Пора все прояснить. Наверное, Майкл поспешил вывесить белый флаг.
Он вылез из кровати.
Так, хватит себя жалеть! СБВ еще даст ему шанс, ведь Майкл лицом к лицу столкнулся с врагом. Раз уж к Майклу обратились за помощью, значит, в нем отчаянно нуждаются. Впечатления от пережитых ужасов немного угасли; спокойная и рациональная часть разума говорила: шоу Каина – не более чем очередной виртнетовский трюк. Оно не реально. Надо лишь соблюдать осторожность, тогда все получится. За годы игры в виртнете Майкл еще ни разу не встречал кодера лучше себя, никто не подбирался к «Бездне жизни» так близко и так скоро. Каин, безусловно, хорош, но ведь он – тоже геймер.
Майкл снова был готов принять вызов и даже устыдился собственной трусости. Как мог он забыть об угрозах родителям?!
У миссис Перкинс чуть не случился разрыв сердца, когда Майкл забарабанил к ней в дверь. Хватаясь за грудь, она открыла. Половину лица ее покрывал жирный крем.
– Уф, Майкл, – облегченно закатила она глаза. – Боже правый, в чем дело? Ты чуть не…
– …напугал вас до смерти, знаю-знаю. Не окажете одну услугу?
Уперев руки в боки, соседка сказала:
– Для начала не мешало бы проявить немного вежливости.
Миссис Перкинс нравилась Майклу. Нет, правда, очень нравилась. От нее пахло детской присыпкой и ментоловым гелем; это была милейшая дама, однако прямо сейчас Майкл с трудом удерживался, чтобы не отпихнуть ее в сторону и пробиться к телефону.
Заставив себя успокоиться, он произнес:
– Простите, пожалуйста, дело срочное.
– Извинения приняты, дорогуша. Чем могу помочь?
Майкл сам не заметил, как улыбнулся.
– Можете позвонить в местное отделение СБВ? Передайте: ваш сосед Майкл снова в деле. Он найдет то, что нужно.

4

Доступ в сеть вернули немедленно. Из сообщений от Брайсона и Сары Майкл узнал, что они прошли через то же и восприняли временные ограничения так же серьезно. Занятия в школе на следующий день тянулись как никогда долго, однако вечером Майкл встретился с друзьями. Расследование решили начать завтра днем.
Договорились соблюдать повышенную осторожность и на всю катушку использовать умения хакать и переписывать коды. СБВ неспроста наняла Майкла и Брайсона с Сарой; и хорошо, что им напомнили, какой долгий и трудный предстоит путь.
Майкл не уставал напоминать себе: они справятся.

Глава 5
Старик

1

– Пока вы, ребята, млели, – сказал Брайсон, – я запеленговал ауру Каина. Стоит ему снова приблизиться, и мы узнаем.
Он, Майкл и Сара засели в домике на дереве – на задворках задворок «Бездны», в месте, которое они перекодировали – или точнее создали – под себя. Находилось оно в лесочке, о котором, наверное, даже создатели игры не догадывались.
– Ты и для нас пеленгатор закачал? – спросила Сара. Она постоянно думала за всех.
– Ага.
– Отлично. Если еще применим мою программу «Кошки-мышки» и программу Майкла «Плащ и кинжал», то сможем какое-то время держать этого гада на расстоянии.
– Или хотя бы опережать его на шаг-два, – добавил Майкл. Они с Сарой на пару создали две маскирующие проги, которые не раз их выручали.
Ребята притихли и, закрыв глаза, сосредоточились, вошли в окружающий их массив голого кода. Майкл выставил щиты и связался с друзьями; затем они обменялись кодами и установили программы, проверили, все ли связано и работает как надо. Да, о безопасности нужно было заботиться в самом начале, но кто же знал, что так все обернется? Предстоящее дело казалось невинной забавой. Ребята сильно сглупили.
Закончив с кодировкой, Майкл открыл глаза и потер их – после работы с кодом в чистом виде зрение всегда чуть затуманивалось. Затем припал на колени и выглянул в окошко, осмотрел ту часть леса, что прилегала к границе «Бездны». Тут все скрывалось в тумане, ибо прописано местечко было на скорую руку, однако Майклу оно нравилось. Созданный, можно сказать, своими хакерскими руками, уютный домик на дереве был надежно скрыт; здесь Майкл чувствовал себя в безопасности. Только шерстяных носков и вязаной шапочки не хватало – для завершенного образа пенсионера. Подумав так, он смущенно улыбнулся. Некая часть его – и не самая маленькая – все еще боялась предстоящих поисков.
– Ну? – спросил Брайсон. Все сразу поняли, о чем он.
– Старожилы, – сказала Сара. – С них и начнем.
Усилием воли Майкл заставил себя взбодриться. Впереди приключения!
– Правильно, так и поступим, – заметил он, отходя от окна и присаживаясь. – Если кто что и знает, то это ребята из торгового квартала в Старом граде. Подкинем пару кредитов для Казино, и они разговорятся – не заткнешь.
Сара кивнула. Она смотрела в то же окно, в которое только что выглядывал Майкл. Если она задумается, то на тебя и не взглянет.
– Как там звали парикмахера? Этого тысячелетнего…
– Знаю я этого динозавра, – скал Брайсон. – Мы ходили к нему, когда нужны были пароли к миссии на Плутон. Ему, пожалуй, стоит загнать прогу – освежитель дыхания. Я, когда с ним общался, дышал через рот. Воняет от него…
Майкл хохотнул.
– Если бы к тебе за советом обращался каждый первый геймер, ты бы и сам не стал никому облегчать задачу. Кстати, старика зовут Каттер.
– Вот к нему и отправимся, – заключила Сара. – Побеспокоим малость.

2

Старый град был самым посещаемым местом виртнета, этаким местным Нью-Йорком, а в торговом квартале всегда гудели толпы народа. Поначалу Майкл опасался заходить в столь оживленное место, но потом сообразил: в толпе куда легче затеряться и уйти от наблюдателей, особенно если ты под прикрытием пары включенных на полную катушку маскировочных программ.
Гигантскую площадь протяженностью в мили обрамляли два торговых центра, где найдется все, что душе угодно: магазины, аркады, рестораны, загрузочные кабинки, бары с шоу-программами… На самой площади журчали фонтаны, покачивались на симулированном ветру надувные куклы; тут же имелись американские горки. И до всего этого Майкл был падок, ведь он ничем не отличался от других. Место построили с двумя целями: обеспечить пользователю веселое времяпрепровождение и вытянуть из него сбережения. Во сне деньги тратятся так же, как наяву, разве что здесь возможностей больше. Особенно если ты хороший кодер.
Прежде чем ребята дошли до длинного узкого переулка, который искали, Саре пришлось раз пять дернуть Брайсона за ухо. Переулок ответвлялся от площади и уводил в район под названием Тенеград; там вдоль булыжной мостовой – идущей, казалось, в прошлое (Майкл даже лошадь заметил) – расположились менее популярные заведения, вроде салонов цифровой татуировки или ломбардов.
– Вон там лавочка Каттера, – указала направление Сара.
Покинув площадь, ребята почти не разговаривали. Оно и понятно: в переулке народу меньше, и отыскать там Майкла и его друзей было намного проще. Майкл всецело положился на пеленгатор Брайсона – если Каин обойдет их маскировочные проги, ребята успеют добежать до портала и вынырнуть, пока их не погрузили в черную бездну.
Заведение Каттера имело меткое название: цирюльня «У дедули». Не надо быть гением, чтобы догадаться: в виртуальном мире стричься не обязательно, но ведь так не интересно. Людям нравилось, когда виртуальность максимально приближена к реальности. Восемьдесят процентов пользователей виртнета запрограммировали свои виртуальные волосы на рост. Умеешь переписывать коды и хочешь носить «хвост» – ради бога, заходи в кодовый массив и программируй себя.
– Что делать будем? – спросил Брайсон, когда они остановились перед дверью Каттера. – Вломимся к старику и закидаем его вопросами?
Майкл пожал плечами.
– Спорю, он азартный игрок. Напишем ему вступительный взнос для следующего турнира по покеру, и он будет болтать, пока не сбежим.
– А кому он бреет голову?
Сара демонстративно накрыла волосы руками.
– Только не мне. Все равно он не женский мастер.
– Давай, облохмачивайся, – велел Майкл Брайсону. – Не будем тратить время зря.

3

Последний раз Майкл выпытывал информацию у Каттера – вроде бы чит-код к файтингу – с год назад. Он уже и забыл, какой Каттер старый. Если кто-нибудь сподобится создать ауру по образу и подобию сказочного тролля, то выглядеть она будет в точности как старый парикмахер. Майкл с друзьями терпеливо ждали, когда придет их очередь подставляться под ножницы.
Шевелюра самого Каттера представляла собой пучок седых волос, обнажающих красную в пятнах проплешину. Куда больше волос у него росло в ушах, чем на голове. Приземистый, квадратный, Каттер был такой древний, что с каждым произнесенным словом он, казалось, готов упасть замертво. Как ни странно, большинство пользователей предпочитало подбирать себе ауру в соответствии с реальным обликом. Оставалось гадать, какой из себя Каттер наяву. Должно быть, само обаяние.
– Чего, малышня, на нас глазеете, как стервятники на дохлую крысу? – Пальцы у Каттера двигались невероятно быстро. Должно быть, он не любил, когда на него пристально смотрят.
– Хотим не просто осыпать вам полы волосами, – ответила Сара удивительно твердым голосом.
– Да неужели? – хрипло спросил Каттер. Слизи у него в горле, наверное, скопилось больше, чем у простуженного младенца в пазухах носа. – Ну так просветите нас, барышня.
Сара посмотрела на Майкла, подав таким образом условный сигнал. Майкл наклонился к Катеру и прошептал:
– Нам нужно узнать о геймере по имени Каин. Говорят, он затеял нечто крупное. – Тут Майкл запоздало сообразил, что со стариком надо бы вести себя поуважительней. – Э-э… пожалуйста, сэр.
– Свои красивые словечки прибереги для других, – отрезал Каттер. Уловив запах у него изо рта, Майкл отшатнулся и зажал нос рукой.
Он уже думал, что Каттер вот-вот выдаст нужные сведения, но старик спокойно продолжал стричь Брайсона. Тот на глазах становился привлекательней.
Попытать счастья решила Сара.
– Ну же, мы знаем: все слухи рано или поздно проходят через вашу лавочку. Расскажите, что знаете о Каине и где он прячет свои тайны.
– Или где мы сможем сами все выяснить, – добавил Брайсон.
Катер издал лающий смех.
– Если вы такие умники, то знаете цену сведениям. Нам пока что ничего, кроме головной боли и прядей волос на полу, не перепало.
Услышав последнюю фразу, Майкл не удержался и хохотнул. В голове у него что-то щелкнуло.
Каттер обратил на него сердитый взгляд.
– Смейся, смейся. Нам от вас ничего не надо. Это вы пришли просить, если память нам не изменяет.
Сара укоризненно – как только девчонки умеют – взглянула на Майкла.
– Простите, сэр. Мы просто не знаем, как быть. Раньше с таким дел не имели.
Майкл поморщился: Каттер, может, и старик, но их компанию точно помнит. Он вскочил на ноги, желая подыграть Саре.
– Мы готовы заплатить за ответ. Даем вступительный взнос для покерного турнира на этой неделе.
Оставалось надеяться, что родители не заметят небольшой недостачи на семейном счету.
Каттер невероятно ясным взглядом посмотрел в глаза Майклу, и тот понял: победа за ним.
– Плюс напитки, – добавил старик. – Бездонный кубок, не меньше.
– По рукам, – согласился Майкл. – А теперь выкладывайте.
– Вам может не понравиться то, что есть, но другого просто нет. И еще: придется вам поверить, что мы наставим вас на путь истинный в поисках того, что вам нужно.
– Хорошо, – сказала Сара. – Мы слушаем.
Майкл даже не заметил, как старик перестал стричь Брайсона. Каттер смахнул волосы с накидки на плечах парнишки, и тот, пробормотав что-то в благодарность, присоединился к друзьям. Ему тоже не терпелось услышать про Каина.
– Через нашу лавочку много слухов проходит, – начал старик. – Но вы просите поделиться теми, страшнее которых я за свои восемьдесят лет не слыхал.
Этими словами он лишь подогрел интерес Майкла.
– И?
– Да, ты прав, об этом Каине только и разговоров. Он затеял недоброе. Крадет людей, вскрывает им череп… Говорят еще, будто есть одно место, где он запрятал нечто. Что – не знаем, где – тоже неведомо. Однако прячет он нечто большое.
– Это мы и сами успели выяснить, – сказала Сара. – Где искать тайник? С чего начинать?
Губы Каттера скривились в подобие усмешки, больше похожей на обезьянью ужимку.
– Не дай бог, ночь покера не окупится, ребятки… О том месте, которое мы вам сейчас назовем, от нас узнало людей еще меньше, чем у нас пальцев на правой ноге. Один, кстати, нам отхватила бешеная собака в Де-Мойне.
– Куда идти? – напрягшись всем телом, поторопил Майкл.
Каттер подался к ребятам, и вонь у него изо рта омыла их еще прежде, чем он заговорил.
– Ступайте в клуб «Синяк», найдите Ронику. Только эта старая ведьма знает, как отыскать… это.
– Это – это что? – в унисон спросили все трое.
– То, что приведет вас к Каину. – Каттер вновь изобразил загадочную улыбку-ужимку и шепотом произнес: – Путь.
Майкл нахмурился. Казалось бы, одно простое слово, но от того, как старик произнес его, у Майкла внутри все похолодело.

Глава 6
Сквозь пол

1

Про клуб Майкл слышал. Все в виртнете о нем слышали, однако ни разу Майкл не встречал никого, кто бы в «Синяке» побывал. Доступ туда был открыт исключительно богатым и знаменитым… или криминальным боссам. Ну, или политикам, которые соответствуют всем трем категориям.
Мало того, что Майкл с друзьями не обладали ни одним из нужных качеств, так они еще и были подростками. Они, конечно, могли перекодировать внешность, чтобы выглядеть чуточку взрослее, подделать документы, однако охрану «Синяка» не проведешь – они видят клиента насквозь.
Майкл, Брайсон и Сара стояли через дорогу от клуба и глазели на очередь клиентов перед входом. Драгоценности и дизайнерские шмотки на этих людях стоили, наверное, больше, чем нормальные люди зарабатывают за год. В «Бездне» не всякий мог позволить себе какой угодно имидж. Только богачи, которые и в жизни привыкли сорить деньгами. Или те, кто умеет распространять сплетни, флиртовать, мошенничать. Или превосходно манипулирует кодом.
– Какой у нас план? – спросил Брайсон. – Я в бар Джеки Суэйди «Ногодрыж» с трудом могу проникнуть. Про «Синяк» и говорить нечего.
Майкл напряг извилины.
– Не может же эта Роника круглыми сутками торчать в клубе. Подкараулим ее снаружи?
Сара изобразила страдальческий стон.
– Пипец… Мы ведь даже не знаем, как она выглядит. И потом, это виртуальный мир: вдруг Роника больше никуда не ходит? Вдруг у нее в подсобке портал, и она ныряет через него в сон и обратно, в явь? Особенно если она такая популярная, какой расписал ее Каттер. К тому же с ее-то статусом, она вряд ли из утилит. Управленцы все люди.
Брайсон картинно вздохнул.
– Дайте мне пять минут наедине с ней, и я этой Ронике своими чарами так мозги запудрю, что она все выложит и даже ничего не заподозрит.
– Гм, без комментариев, – произнес Майкл.
Сара вновь застонала, на сей раз по-настоящему.
– Угораздило меня с вами подружиться.
– Слушайте, – поспешил вклиниться Майкл, – мне неприятно говорить, но шанс у нас только один.
Брайсон и Сара озадаченно взглянули на него, однако Майкл знал: они полностью разделяют его мнение. Если ничего больше не помогает, остается последнее средство – откровенно нарушить правила.
Проказливо улыбнувшись, Майкл сказал:
– Придется нам прошмыгнуть внутрь.

2

Для себя Майкл не различал проникновение на закрытую территорию во сне и наяву: и там и там требовалось спланировать взлом, причем спланировать с умом. Как и наяву, во сне нельзя ошибиться: стоит попасться, и тебя упекут в тюрьму работники СБВ.
– Так, всем надеть маски невинности, – скомандовал Майкл. – Следуйте за мной.
– Зачем ты это сказал, чувак? – пожаловался Брайсон. – У меня на лице теперь точно будет написано: я взломщик.
К клубу решили зайти сзади. Попетляли по окрестным кварталам, надеясь сбить со следа всех, кто бы за ними ни следил. Повисло неприятное молчание, и Майкл пытался придумать тему для разговора: нужно же было создать видимость невинной компании на прогулке.
– Без обид, но мне разговоры о стряпне твоей няни уже поперек горла, – сказал наконец Брайсон, когда они огибали последний угол. До клуба оставалось футов сто. – Особенно если учесть, что я никогда Хельгу не видел и вряд ли когда-нибудь увижу.
Сара шла впереди, похоже, не сомневаясь в успехе предстоящего взлома.
– Может, нам стоит собраться у Майкла, – предложила она. – И Хельга состряпает что-нибудь из того, о чем Майкл без продыху нам трындит.
– А эта Хельга горяченькая? – спросил Брайсон.
Майкла аж передернуло.
– Ей лет шестьдесят, чувак. Если не семьдесят.
– И? Ты на вопрос не ответил.
Сара резко остановилась, и Майкл чуть не налетел на нее. До клуба оставалось пройти всего несколько зданий. Майкл сразу приметил маленькую черную дверь запасного выхода; даже без таблички было ясно, что это – дверь в «Синяк», потому как перед ней дежурили два амбала: головы здоровенные, под стать плечам, почти никакой шеи. На прохожих они смотрели так, будто не ели несколько дней и вообще им нравится запах сырой человечины. В каждом клубе есть вышибалы, но эти напоминали чудовищ.
– Легкотня, – заносчиво сказал Брайсон.
Сара, обернувшись, предупредила друзей, чтобы перестали глазеть на клуб.
Видя выражение у нее на лице, Майкл понял: лучше не спорить.
– Что ты задумала?
– Даже не представляю, какими файрволлами защищено это заведение. Хакнуть их – это, в принципе, нам по силам, но когда мы вошли на эту улицу, мне в голову пришла одна мысль. – Она украдкой глянула на охранников. – Думаю, попасть внутрь можно и без взлома.
Майкл пришел в полное недоумение. Те же эмоции отразились и на лице Брайсона.
– Правда? – спросил Майкл. – Как ты думаешь миновать вон тех маньяков?
Сара закатила глаза.
– Я серьезно говорю. Не надо взламывать сам клуб, надо лишь ломануть вышибал. Вскрыть их личные файлы и в темпе вальса войти внутрь.
Она принялась объяснять детали плана, и Майкл вспомнил, за что Сара ему так нравится – умнее ее девчонки на свете нет.

3

На все про все ушло сорок три минуты.
Втроем друзья сели, прислонившись спиной к стене, и соединили сознания, чтобы внедриться в кодовый массив. Майкл обожал этот процесс: закрываешь глаза, отстраняешься от происходящего, мысленно возвращаясь в гроб, и читаешь голые элементы структуры самого виртнета, исходный шифр всего, что вокруг. Тут требуются чутье и опыт совместной работы; Майкл и его друзья сильно поднаторели в групповом хакерстве. Отчасти поэтому они так хорошо ладили.
Стоило вычленить из общего кода процессы, отвечающие за вышибал, и ребята скачали в свои системы личные файлы качков, затем снова нырнули в сон и воссоединились с аурами. Они собирались блефовать и по-крупному, однако этот путь – короче, нежели взлом клубных файрволлов, которых может быть множество. Когда Майкл вновь открыл глаза, со лба его симулированного тела струился пот. Ребята уже перешагнули порог легальных манипуляций с кодом и собирались пойти дальше. Риск попасться был куда выше привычного.
Сара вскочила на ноги.
– Пошли, пока никто ничего не заметил.
Майкл с Брайсоном тяжело встали. Когда они приближались к двум бегемотам на страже черного хода, в голове у Майкла пронеслась утешительная мысль: они на службе СБВ, может, это слегка расширяет для них рамки закона.
Вышибала слева заметил ребят и искренне улыбнулся. Качок, наверное, предвкушал веселье – возможность отмутузить незадачливых нарушителей. Он хрустнул пальцами и, ткнув напарника локтем в бок, басовито хохотнул.
– Давай ты, – шепнул Саре Майкл, теряя самообладание. – Это была твоя идея.
– Аминь, – поддакнул Брайсон.
Они остановились в нескольких шагах от охранников. Тот, что справа, теперь тоже глазел на ребят.
– Сейчас угадаю, – сказал левый. (Вообще, парочка напоминала идентичных близнецов.) – Вы дадите нам леденец и попросите впустить вас? Или предложите сахарных зайчиков?
Его напарник раскатисто хохотнул.
– Не тратьте время, детки. Идите в аркаду и постреляйте пришельцев. Или в клуб для хипстеров в конце улицы. Только нам глаза не мозольте.
Майкл жутко нервничал. Невероятно, они ведь столько раз проделывали сумасшедшие трюки… а теперь, когда ставки так высоки, у него подгибались коленки. Сара, казалось, вошла в свою стихию.
– Мы украли ваш код, – пугающе спокойным тоном произнесла она. – Сейчас я перешлю вам доказательства.
Она на мгновение прикрыла глаза, переслав украденные у амбалов файлы, и зловеще улыбнулась. Игра началась.
Левый качок замер, выпучив глаза; его напарник пошатнулся, будто ему дали под дых.
– Вас за это в тюрягу упрячут, – прорычал он. – Пока мы тут болтаем, к вам домой уже ломится СБВ.
– Это наши проблемы, – ответила Сара. – Я начинаю отсчет. Когда дойду до пяти, мы начнем рассылать интересные… моменты, добытые из выгребной ямы вашей памяти, всем, кто в списке ваших контактов. Когда дойду до десяти, начнем… стирать то, что вы бы стирать не хотели.
– Гонишь! – сказал правый качок. – Давайте-ка я сам посчитаю. Когда дойду до двух, то начну колотить вас. Или, может, сам хакну ваш код.
– Один, – тихо произнесла Сара. – Два.
Левый качок заметно терял выдержку.
– Вы не посмеете. Нельзя красть личную информацию!
– Три. Четыре. – Сара обернулась к Майклу – тот молча и с удовольствием наблюдал представление. – Готовь рассылочный список.
– Есть, – ответил Майкл, едва сдерживая улыбку.
Сара снова обернулась к амбалам.
– Пя…
– Стой! – крикнул правый. – Погоди!
– Мы вас впустим, – сказал его напарник. – Кому какое дело, в конце-то концов? Вы только измените внешность, состарьтесь немного, чтобы нам не влетело.
– Договорились, – ответила Сара. – Идемте, мальчики.
– Чувак, – сказал Брайсону одному из охранников. – Я у тебя такооое в файлах прочел… Надеюсь, детей ты заводить не намерен?

4

Внутри клуб «Синяк» оказался именно таким, каким его воображал себе Майкл. Только чуть шумнее, душнее, и заполняло его куда больше красивых тел, каких в реальном мире ни за что не увидишь. Оглушительно громкая музыка вырывалась из гигантских колонок на потолке; мерцал и резал глаз стробосвет. Всюду проникало красноватое свечение, окутывая людей, что танцевали, крутились и скакали на танцполе. Было жарко и душно. Всюду вокруг Майкл видел совершенство: идеальные волосы, идеальные наряды, мускулы, идеальные ноги.
«Не мое», – подумал он с улыбкой. Сам он предпочитал девчонок-замарашек, у которых на голове бардак, а на футболке – крошки от чипсов.
– Надо осмотреться, найти эту женщину! – прокричал Майкл друзьям.
Должно быть, завсегдатаи этого клуба чаще остальных пользователей скачивают патчи для чтения по губам: Майкл себя самого не расслышал.
Брайсон и Сара в ответ просто кивнули и отправились искать Ронику среди стада идеальных и красивых клиентов.
Грохотали басы. Майклу чудилось, будто череп его – наковальня, по которой лупит молотом кузнец. Он уже и не помнил, вошел он в клуб с головной болью или та появилась только недавно. Майкл всюду натыкался на людей, терся о потные тела. Он невольно начал приплясывать, и Сара закатила глаза, увидев, какой он неуклюжий. Правда, одними губами она произнесла: «А ты милый».
Море людей. Непроницаемая стена чистого звука. Слепящий свет, от которого голова идет кругом. И постоянная долбежка. Майкла замутило, но он продолжал искать. Он должен был найти женщину по имени Роника, ту, которая знает все обо всем. Вот только как отыскать человека в таком месте?
Оглянувшись, Майкл не увидел рядом ни Сары, ни Брайсона. Охваченный паникой, он стал крутиться на месте и без толку выкрикивать их имена. Он был на грани – они ведь проникли сюда нелегально, и друзья пропали так неожиданно и бесследно. Не к добру это. Майкл остановился, и тут его толкнули в спину, ударили локтем по шее. Сквозь оглушительную музыку он услышал женский смех.
А потом провалился сквозь пол.

5

Под ним не открылся люк, и сам пол не обрушился. Напротив, действо вокруг продолжалось как ни в чем не бывало, это сам Майкл начал проваливаться под пол. Танцующие вдруг взмыли вверх, и он, словно призрак, просочился сквозь глянцевую черную поверхность.
Когда через пол прошла голова, Майкл машинально закрыл глаза, а когда снова открыл, он уже попал в комнату, заставленную самой обыкновенной мебелью: стеганые диваны, на стенах панели красного дерева; кругом – лампы в причудливых абажурах. Ноги Майкла плавно опустились на ворсистый восточный ковер. Тут же стояли Брайсон и Сара с таким видом, будто Майкл опоздал на вечеринку. Больше никого в комнате он не заметил.
– Э-э… что случилось? – спросил Майкл. Хоть его и засосало вниз прямо через пол, при виде друзей стало легче.
– Нас сюда затянуло, вот что, – ответил Брайсон. – Выходит, кто-то понял, что мы проникли в клуб незаконно.
– Эгей! – позвала Сара. – Кто затащил нас сюда?
Тут позади них открылась дверь, и на пол легла полоса света. В комнату вошла женщина, при виде которой Майкл только и смог подумать: ух ты! Она была ни красива, ни сексуальна, ни молода и ни стара. Он вообще не мог на глаз определить ее возраст; не мог даже сказать, красива она или страшна. Однако все в ее облике: от элегантного черного платья до седых волос и мудрого лица – выдавало натуру властную.
Только бы Брайсон не ляпнул какую-нибудь глупость.
– Присаживайтесь, – сказала, приближаясь, женщина. – Должна признать, ваш фокус у черного хода впечатлил меня. Те два болвана уже уволены. – Опустившись в роскошное кожаное кресло, она закинула ногу на ногу. – Повторяю: присаживайтесь.
Майкл только тут заметил, что он и его друзья пялятся на женщину, разинув рты. Смущенный, он поспешил присесть на диван справа от нее, тогда как Брайсон и Сара опустились на диван слева.
– Полагаю, вы знаете, кто я, – сказала она. Непонятно было, злится женщина или нет. Такого безразличия в голосе Майкл еще ни разу не слышал.
– Роника, – благоговейно прошептала Сара.
– Да, меня зовут Роника. – Женщина по очереди пронзила каждого из троих ледяным взором. Майкла зачаровал ее взгляд. – Вы сидите здесь, в этой комнате по одной лишь причине: мне любопытно. Ваш возраст и биографии ни о чем не говорят. Судя по тому, сколько вы топтались на танцполе, я полагаю, вы не отрываться пришли.
– Как вы… – Майкл вовремя одернул себя. Он чуть было не задал глупейший в жизни вопрос. Уж эта-то дама умеет выяснить о человеке совершенно все, ее способности хакера раз в десять превосходят способности Майкла. Владельцем клуба – особенно такого, как «Синяк» – не станешь, если ты не суперкодер и у тебя нет кучи денег.
Роника в ответ выгнула бровь.
– Хочу сразу предупредить: репутация у моего клуба в виртнете заслуженная. Все, кто прежде пытался провернуть трюк вроде вашего, оказывались в больницах, психушках и тому подобных местах. Отвечайте на мои вопросы, отвечайте откровенно, и я вам ничего не сделаю. Кстати, ненавижу сарказм.
Майкл и Сара переглянулись. Сара провела их в клуб, значит, теперь выход Майкла. А Брайсон, как всегда, отделается легче всех.
– Зачем пришли? – спросила Роника.
Майкл мысленно поклялся себе, что не покажет, как сильно напуган.
– Кхм-кхм… Нам сказали, что здесь можно раздобыть информацию.
– Кто сказал?
– Старый цирюльник из Тенеграда.
– Каттер.
– Да, он самый. – Майкл вовремя удержался, чтобы не пошутить про скверное дыхание старика.
Помолчав немного, Роника спросила:
– По-моему, я уже знаю ответ на вопрос, но все равно спрошу: что вы ищете?
– Нам нужен геймер по имени Каин. – Этого, наверное, было достаточно, однако Майкл решил пояснить: – Каттер упоминал некий «Путь».
Внезапно Брайсон вскочил на ноги, схватился за голову и крепко зажмурился.
– Вот черт! Черт-черт-черт!
Сердце Майкла ухнуло в пятки. Что-то пошло не так.
– В чем дело? – спросила Сара.
Открыв глаза и опустив руки, Брайсон посмотрел на Ронику.
– Мой пеленгатор сработал. Каин знает, что мы здесь. Он близко.
– Ну еще бы, – совершенно невозмутимо произнесла Роника.

Глава 7
Клуб «Синяк»

1

Все трое уставились на хозяйку в ожидании объяснений. Хотелось вскочить и бежать, но Майкл знал: если сейчас уйти, другого шанса получить ответ не будет.
– Он уже был здесь, – сказала Роника. – Не сомневайтесь, мои файрволлы надежны. Каин не станет пересекаться со мной, особенно если учесть, что я… спасла от распада одну из его обожаемых… утилит.
Необычные паузы в ее речи заставили Майкла забыть, что он в опасности. Рано или поздно распад поражает все утилиты: искусственный интеллект такой сложности и настолько похожий на человеческий просто не может функционировать вечно, собственное его существование в конце концов начинает противоречить его же инстинктам. Исследования показали: распад начинается всегда одинаково, стираются основные элементы жизни утилиты; искусственная память не в силах больше «заполнять пробелы». Затем идут странности с «физическим телом»; у каждой утилиты они проявляются по-разному, но как только перемены становятся заметны пользователям, программисты выключают программу. Убивают ее.
Голос Роники выдернул его из задумчивости.
– …она бы тут не задержалась, если бы я не подчистила ей код, практически возродив это сокровище Каина. Это почти нереально выполнить, не стерев утилите память. Я уж не говорю о том, что весь процесс нелегален. Каин передо мной в долгу. На эту программу он потратил несколько лет. Тогда я не знала, как сложатся наши отношения в будущем, но, думаю, все равно помогла бы ему. Всегда полезно иметь должников среди друзей и… врагов.
– Каин не производит впечатление человека, верного старой дружбе, – заметил Майкл. – А еще он запирает пользователей во сне. Он подлый и беспощадный; вряд ли нам стоит торчать здесь и ждать, что он предпримет.
Роника пристально посмотрела на Майкла.
– Вас никто здесь не держит.
– Все равно она с Каином дружит и нам не поможет, – сказал Брайсон.
– Дружу? – переспросила Роника таким тоном, будто произнесла иностранное слово. – Каин заплатил баснословную сумму денег за услугу. Ни один геймер мне не друг. Разве что партнер. Я лишь говорю, что Каину однажды пригодился мой редкий талант и он не станет угрожать мне – из страха, что мои способности могут пригодиться ему в будущем.
Безопаснее от этого не становилось, однако пришла пора просить о том, чего ради Майкл с друзьями явились к Ронике. Сара, похоже, думала так же.
– Послушайте, – сказала она. – Нам нужна информация. Заплатить мы не сможем, но есть, наверное, другой способ рассчитаться?
Роника изобразила вялую улыбку.
– Есть вещи куда ценнее денег. Тот факт, что вы сидите здесь передо мной, уже говорит о многом. Я отвечу на ваши вопросы в обмен на одну услугу.
Слишком все гладко. Майкл давно играл и потому догадывался, что Роника может потребовать от них всякое – и далеко не хорошее.
– Что за услуга? – нерешительно спросил он.
Улыбка так и не сошла с лица Роники.
– О, пока не скажу. Вот когда мне, и правда, от вас что-то понадобится – узнаете.
Поразительно, как угрожающе звучали столь простые слова из уст этой женщины. И в то же время Майкл не мог ею не восхищаться.
– По рукам! – воскликнул Брайсон, даже не договариваясь с друзьями. Правда, жаловаться Майкл не решился: выбора у них не было.
– Вы, двое, что скажете? – взглянула на Майкла и Сару Роника.
Оба кивнули.
– Только давайте быстрее, – поторопил Ронику Брайсон. – Мой пеленгатор с ума сходит, я хочу отсюда убраться.
Спорить Майкл даже не думал.
– Отлично, – удовлетворенно произнесла Роника. – Спрашивайте.

2

Майкл втянул друзей в эту авантюру и потому решил, что задавать вопросы – ему. Хотя больше всего на свете хотелось бежать отсюда, и поскорее. Нет, они зашли чересчур далеко и не могли уйти с пустыми руками. Надо лишь говорить коротко и по существу. Узнать они собирались только про Путь, однако сейчас он решил выдоить Ронику досуха.
– Каин, – начал он. – Вы не знаете, может, он прячет в глубине виртнета нечто личное, тайное?
– Знаю.
Майкл с трудом сдерживал возбуждение.
– А если подробнее?
Лицо Роники оставалось непроницаемым.
– Подробностей почти нет. Я лишь знаю, что затевается нечто крупное.
Хладнокровие хозяйки начинало выводить из себя. Майкл не мог определить, все ли она говорит или что-то утаивает.
– Каттер упоминал некий Путь.
Роника кивнула.
– Да, Путь. С большой буквы П. Понятия не имею, правда, как этот старик все узнает.
– Что такое Путь? – спросила Сара.
Ответила Роника сразу, значит, говорила правду.
– Это единственная дорога в Освещенную Долину. В место, запрятанное глубоко во сне, как и сам Каин, и Путь. Опять-таки, Освещенная Долина – с большой буквы. Говорят, там-то Каин и занимается своими делами. В Долину попасть практически невозможно, ее окружает несколько слоев непроницаемых файрволлов, но, как вы сами убедились, всегда есть способ проникнуть куда угодно. Всегда.
– Путь, – догадался Майкл.
– Путь, – кивнула Роника.
Майкл заметил, как нервно притопывает ногой Брайсон.
– Он ближе? – спросил Майкл.
– Можно сказать, за дверью, чувак, – обеспокоенно посмотрел на потолок Брайсон. – Надо уходить.
– Здесь вам ничего не грозит. – Первый раз в голосе Роники проскользнула нотка неуверенности. – Могу лишь сказать, откуда начинать поиски. Сама я на Путь не ставала и становиться не собираюсь.
Возбужденный – наконец-то хоть какая-то информация! – Майкл подался вперед.
– Ну, и куда нам дальше?
– Играли в «Дьяволы разрушения»?
Майкл покачал головой. «Дьяволы разрушения» – кривой военный симулятор, для старичков.
– Даже не думал.
– Игрушка – отстой, – вставил Брайсон. – Неудивительно, что Путь начинается с нее, в «Дьяволы» играть никто не станет. Разве что помирающий с тоски.
Выражение на лице Роники сделалось чуть напряженнее. Напряжение слышалось и в ее голосе.
– В сердце поля боя есть траншея, там – брешь в кодировке. Сумеете пробиться через нее – откроется портал, который перенесет вас на Путь. Большего я не знаю. – Роника встала. – Разговор окончен. Не забывайте: вы передо мной в долгу, и однажды я с вас спрошу.
– В чем дело? – поднимаясь на ноги, спросил Майкл.
– Похоже, я переоценила нашу защищенность, – прищурившись, ответила Роника.
Не успела она договорить, как раздался звук, страшнее которого Майкл в жизни не слышал.

3

Звук был какой-то сверхъестественный: нечто среднее между воем и высокочастотным скрежетом. Похожий на крик, резкий, нестройный и грубый. Майкл зажал ладонями уши и зажмурился.
Поскорее бы этот звук смолк. Пронзительный, он не стихал с минуту.
Майкл открыл глаза и осторожно отнял руки от ушей. Сара и Брайсон стояли бледные, будто их вот-вот стошнит. Даже Роника больше не походила на образец хладнокровия.
– Что это было? – выдохнул Брайсон.
– Твой пеленгатор засек не Каина, – ответила Роника. – Каин прислал… нечто.
Раздался низкий рокочущий звук. Исходил он, казалось, отовсюду. Комната задрожала. Когда вновь наступила тишина, все четверо замерли. Майкл, к стыду своему, ждал, что скажет Роника.
Опять заскрежетало и завизжало. Майкл рухнул на диван, зажав уши руками. На сей раз противный звук смолк быстрее. Майкл с трудом поднялся на ноги, не желая больше полагаться на хозяйку заведения.
– Идемте, – позвал он, указав на дверь, через которую вошла Роника. – Уходим отсю…
Очередной взрыв кошмарного визга заглушил его слова, однако Сара и Брайсон все поняли. Майкл обернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как сквозь стену, пробив деревянную обшивку, в комнату влетает темный кулак размером с двух взрослых людей. Майкл чудом успел уклониться от здоровенных пальцев, подсвеченных изнутри желтоватой вспышкой.
Он упал на колени, обхватил руками голову и услышал: щелк-щелк-щелк! – когда исполинские ногти впились в противоположную стену. Великан запыхтел.
– За мной, быстрее! – спохватилась Роника.
Не теряя ни секунды, Майкл побежал за ней. Женщина направилась было к двери, когда снаружи в нее что-то ударило, потом еще раз. Дверь затрещала. Тогда Роника метнулась в угол комнаты. Майкл думал, что она упала, и хотел помочь, но тут заметил, как хозяйка снимает со стены панель – та скрывала потайной лаз. Роника заползла в узкий темный отсек, Майкл – припав на четвереньки – следом за ней. Сзади уже напирали Брайсон и Сара.
– Закройте крышку, – шепотом велела Роника. – Быстро.
Брайсон вернул на место деревянную панель.
Места в тайнике хватило, чтобы все четверо могли сесть вдоль стены. Майкл упирался головой в потолок. Не успел никто и слова вымолвить, как Роника крепко зажмурилась и перед ней в воздухе возник экран; потом он отлетел к стене. На дисплее была видна комната, из которой они только что сбежали.
Сквозь пролом в комнату впрыгнула серая тень, размытыми очертаниями напоминающая волка. Следом за ней в комнату проникли еще три тени. Сверкая желтыми глазами, все они разошлись по углам. С нарастающим ужасом следил Майкл, как тени растворяются во мгле тускло освещенного салона и только поблескивают в углах пары желтых глаз.
Портала поблизости не было, и Майкл с друзьями не мог вынырнуть из сна. Таких тварей он прежде не видел. Кто они? Что они? Почему затаились и ждут?
Роника обернулась к ребятам – те ждали, что она скажет. Она ведь говорила, дескать, Каин прислал в ее клуб нечто. Пора бы ей все объяснить.
– Ну? – очень тихо прошептал Брайсон.
Роника пригвоздила его к месту взглядом, потом ответила на незаданный вопрос.
– Это гончие. Мы попали в крутой переплет.

4

Майкл прежде не слышал о гончих, разве что Таня упомянула их – казалось, в прошлой жизни, – и сейчас, при звуке этого слова, у него кожа покрылась мурашками.
– Что они такое? – спросил он.
– Твари Каина. Слухи о них появились только недавно. – Роника взглянула на экран. Монстры по-прежнему сидели в тени, сверкая глазами. – Это сгустки антивещества для виртнета. Или точнее, сгустки антикода. Если гончая на тебя накинется и укусит, она в буквальном смысле высосет из тебя виртуальную жизнь и перекачает ее в цифровую бездну, бог знает куда. Ты выныриваешь из сна, назад в гроб, а твоя аура погибает. Приходится все начинать заново. Гончая может и мозг повредить. Должно быть, люди, которых ты упоминал, как раз с гончими и столкнулись.
По коже снова побежали мурашки. Майкл вздрогнул, когда по ту сторону потайной двери зарычали. Впрочем, гончие не двигались. Рык же не походил ни на один звук, какой издают звери в природе. Он больше напоминал треск статики, электронные шумы. Майкл приготовился, что страшный звук повторится, но гончие молчали.
– Почему они не нападают? – прошептала Сара. – Знают ведь, что мы укрылись тут.
– Пусть сидят, я не против, – пробормотал Брайсон.
Роника заговорила так тихо, что Майклу пришлось податься к ней, иначе бы ничего не расслышал.
– По-моему, Каин хотел загнать нас в ловушку. Мы подыграли ему. Сейчас он, наверное, взламывает мою защиту, намерен пожаловать сюда лично.
– Как отбиться от этих тварей? – спросил Брайсон. – Знаете о них что-нибудь?
Не успел он договорить, как воздух снова пронзил электронный вой.
Подождав, пока тварь снаружи умолкнет, Роника ответила безнадежным голосом:
– Понятия не имею.
Майклу пришлось взять дело в свои руки.
– Послушайте, Роника, эти твари пришли за нами, но отсидеться тут не выйдет. Мы просто дождемся, что Каин пожалует сюда собственной персоной. Вы сидите здесь, а мы попытаемся прорваться к двери.
– Нет, – сказала она. – Пока мы целы, я вас не брошу.
Чего это она взялась защищать их?
– Ладно, но вы не хуже нас знаете: если Каин объявится, все только усложнится.
– И как ты думаешь отбиваться от этих тварюг, когда они на нас накинутся? – поинтересовался Брайсон.
– Не дай себя укусить, – напомнила Сара.
Роника указала на экран.
– Надо пробиться вот к этой лестнице за дверью. Каин каким-то образом отрезал меня от охраны, не могу с ней связаться. Впрочем, стоит нам подняться наверх, в главный зал, и налетят вышибалы – их слишком много, даже для гончих.
– Понял. Значит, пробиваемся к двери, – решил Майкл. – Дальше по лестнице и наверх. Нет проблем.
Проще сказать, чем сделать. Майкла сковал такой страх, что было трудно дышать.
– Держимся вместе, – добавила Сара. – Кучкой.
Майкл опустился на четвереньки и развернулся к потайной двери.
– Брайсон, ты ближе всех к выходу. Иди первым.
– Как обычно, – ответил друг.
Да, он шутил, но в то же время был прав: не дело Брайсону идти первым. Майкл протиснулся мимо друзей к люку.
– Ладно, я нас втянул в эту передрягу, – сказал он, – мне первому и выходить.
– Если ты умрешь, меня совесть заест, – проныл Брайсон.
Хорошо, хотя бы чувство юмора не утратил.
– Придется тебе с этим жить.

5

Когда все выстроились гуськом позади Майкла, он чуть приоткрыл деревянную панель.
Сумрачную комнату наполняло свечение, будто где-то рядом горела свеча, и от этого создавалось ощущение теплоты и присутствия чего-то божественного. Впрочем, Майкл не дал обмануть себя чувству умиротворенности, он знал: опасность таится в каждой тени.
Он присмотрелся к стене напротив, однако никаких конкретных очертаний не разглядел, только сгустки теней да горящие желтым глаза. Стоило взглянуть прямо на пару светящихся глаз, как те вдруг погасли. Стоило же отвернуться, как страшные буркалы вновь появились – Майкл увидел их краем глаза. Похоже, твари и впрямь ждали Каина.
Стараясь не смотреть на желтые огоньки, Майкл потихоньку вылез из тайника и вдоль стены пополз к двери. Ковер уступил место плитке, о которую больно терлись колени. Внезапно раздался цифровой звериный вопль, и в проломе – всего в каких-то двадцати футах от Майкла – полыхнуло желтым. Майкл замер.
В зад ему уперся Брайсон.
– Чего встал?! – громко шепнул он.
Майкл украдкой обернулся.
– Поползем слишком быстро – и они могут напасть.
– А если не поползем – могут убить!
На несколько секунд установилась тишина, потом вновь раздался цифровой рык. От искусственного рокота в теле Майкла задрожала каждая виртуальная косточка. Казалось, рычание исходит отовсюду.
Втянув сквозь зубы полные легкие воздуха, Майкл пополз дальше.
Когда до двери оставалось футов десять, Майкл поднялся на корточки, готовый бежать. Заметив справа какое-то движение, он обернулся: пятно тьмы растеклось по полу и снова собралось в волкоподобную тень, сверкающую огненными желтыми глазами. Майкл заглянул прямо в них, и они исчезли; почти сразу раздался ужасающий вой. Не успел Майкл зажать уши ладонями, как он прекратился. Вместо него послышался странный рык, похожий на предсмертное кряхтение старого школьного компьютера.
Вот и доказательство, что догадка верна: эти твари сторожат людей, не дают им бежать. Ждут, пока придет Каин.
Вот только Майкл ждать его не собирался.

6

Он отвел взгляд, потом встал и медленно, впритирку к стене, пошел к двери. Машинально выставил перед собой руки, словно желая успокоить цифровую зверюгу, хотя и знал: этот жест ровным счетом ничего не значит для антипрограммы.
– Я открою дверь, – шепнул остальным Майкл. – Выбегайте.
Только договорив, Майкл сообразил: он останется в комнате последним – и первым, на кого нападут.
– Давай уже, – ответил Брайсон.
Майкл кивнул.
– Пошли.
Взявшись за ручку, он заметил, как гончая запрокинула голову. Что-то подсказывало Майклу: Каин следит за ними глазами тварей и сильно поразился, увидев, что жертвы не сидят на месте и не дрожат от страха. Майкл как раз успел распахнуть дверь, когда мимо пролетел Брайсон. Комнату сотрясли ужасные вопли, тени заметались во тьме – мимо Майкла в дверь выбежала Сара, а за ней Роника.
Майкл вылетел прямо за ними. Он уже хотел захлопнуть за собой дверь, но тут ее просто сорвало с петель.
Майкл метнулся к лестнице, тогда как Брайсон одолел уже полпути наверх.
– Ходу-ходу! – прокричал Майкл.
Что-то острое и тяжелое упало ему на плечо и повалило на ступени, вышибло дух. Хватая ртом воздух, Майкл кое-как перевернулся на спину и увидел пару горящих желтым глаз посреди сгустка тьмы, который менял форму, становясь то плотным, то парообразным. Послышались шаги, Сара выкрикнула его имя. Потом через Майкла, издавая жуткий цифровой лай, перемахнули другие тени. Почти сразу же закричали люди.
Засада!
Гончая принялась мутузить Майкла четырьмя огромными кулаками. Она будто сменила форму, из волка стала человеком. На один краткий миг Майкл вообразил, как его настоящее тело дергается сейчас в гробу, тогда как всевозможные пневмотрубки, гель и нейропроводы заставляют его ощущать боль по полной. Вот он дурак, выбрал самый навороченный из доступных гробов.
В крови бурлил адреналин. Майкл уперся ногами в живот гончей и со всей силы оттолкнул ее от себя. Тварь отлетела и ударилась о стену коридора между дверным проемом и лестницей.
Она подобралась, готовая снова кинуться на Майкла, и он отполз назад. С трудом встал, а когда гончая на него прыгнула, ушел влево и нырнул вниз к ступеням. Тварь с грохотом врезалась в стену. Обернувшись, Майкл увидел, что чудовище, оглушенное, едва стоит на призрачных лапах.
Вокруг царило безумие: гончие атаковали его друзей и Ронику; люди отчаянно отбивались. Сара ногой ударила монстра по морде, и тот скатился вниз по ступеням. Брайсон, отмахиваясь и царапаясь, почти добрался до двери. Хуже всех пришлось Ронике: гончая пригвоздила ее к полу, прижав и руки, и ноги; волчья пасть растянулась до невероятных размеров, словно тварь хотела в один присест откусить Ронике голову.
Майкл бросился на выручку, но тут сзади прыгнула еще одна тварь. Швырнула его вправо, разодрав ему левое плечо. Майкл ударился головой и упал, оглушенный. Не успел он опомниться, как его прижала к полу гончая, схватив за руки. По большей части бесформенная, она наклонила к лицу Майкла волчью морду и зарычала все тем же механическим голосом.
Майкл не мог пошевелиться. Мышцы, казалось, превратились в желе. Он лихорадочно соображал, пытаясь сосредоточиться на кодировке и протащить сюда какое-нибудь оружие или скил из другой игры. Думать не получалось. Гончая тем временем все шире разевала пасть, в которой не было ни зубов, ни языка – лишь чистая тьма. Над Майклом будто разверзлась черная дыра, готовая засосать его в космос. Где-то рядом кричала Роника; Сара и Брайсон пыхтели, отбиваясь; падали, стукаясь от стены и пол, тела тварей. Майкл пытался освободиться и перевернуться на живот… ничего не получалось. Пасть твари тем временем раскрывалась все шире, заслоняя собой все вокруг.
Раздался громкий треск, будто лопнуло стекло. Тьма смыкалась.
– Глаза! – сдавленно прокричал Брайсон. – Глаза ему выдави!
Боль в голове сменилась чем-то другим – неким болезненным гулом, словно в череп залетел рой пчел. Майкл больше не понимал, открыты у него глаза или закрыты; он не чувствовал, как тварь прижимает его к полу, да и сами ступеньки как будто перестали упираться в спину. Майкл парил, парил посреди темной бездны внутри пасти гончей, наполненной глубокой болью и гулом. Где-то вдалеке последний раз завопила Роника; Сара кричала что-то, но Майкл не разобрал ни слова.
Откуда перед мысленным взором возникла реклама «Бездны жизни» за окном квартиры; лица родителей, которых носит черт знает где. Вспомнилось детство: баскетбол, мороженое, игровые площадки.
Майкл совершенно утратил чувство пространства и времени. Окутанный тьмой, он плотно зажмурился и сосредоточился, бросив все умственные силы на то, чтобы собрать внимание и волю в кулак. Что там говорил Брайсон? Выдавить глаза… Сара где-то рядом. Наверное, пытается помочь.
Эти двое что-то поняли, сообразили.
Надо сражаться.
Иначе тварь его убьет.
Майкл заорал и рванулся. Высвободил руки и слепо принялся шарить ими в воздухе. Наткнулся на голову монстра и ощупью отыскал глаза. Гончая попыталась вновь прижать Майкла к полу, но тот уворачивался, не давая себя схватить. Наконец он нащупал две теплые, почти что горячие сферы. Сомкнул на них пальцы. Похоже, вот они, глаза гончей.
Из последних сил Майкл стиснул их в кулаках. Плотные и гладкие, будто стеклянные, глаза тем не менее поддались, как гель. Когда собственное зрение Майкла прояснилось, он увидел, что глаза гончей стекают у него между пальцев. Издав мучительный вопль, тварь принялась отбиваться от Майкла.
И тут глаза у нее лопнули.

7

В ладонях будто взорвались два яйца, а потом через руки в грудь ударил разряд электричества. Майкл закричал от боли и оттолкнул от себя гончую; та упала на ступени мертвой тушей. В глазах снова посветлело; живот скрутило так, будто Майкла ударили под дых.
Мысли еще путались, туман в голове не прошел. Гончая валялась мешком у ног Майкла, вновь обретя четкие очертания. Она точно ужалась и напоминала теперь обыкновенного черного пса, которому выдавили буркалы.
– Знать бы с самого начала… – произнес Брайсон.
Майкл резко перевел взгляд с мертвой туши на друга, и череп шипом пронзила острая боль.
Брайсон и Сара припали на колени подле Роники; рядом лежала убитая гончая. Еще две валялись у подножья лестницы и на полпути вверх. Друзья тяжело дышали, а руки у них были сильно обожжены. Майкл взглянул на ладони – та же картина. Только тут он ощутил, как саднит пальцы.
Роника. Почему она не двигается?
Майкл шагнул в ее сторону и хотел уже спросить, в чем дело, как вдруг у Роники во лбу стрельнул разряд. Майкл замер. Воздух наполнился треском, и тело Роники начало меняться.
По лбу у нее пробегали огоньки, они становились все ярче и интенсивней, пока наконец не стало видно ее лица. Змейки молний удлинялись, переползали на другие участки тела: перекинулись на скальп, на глаза, на нос и скулы. Постепенно искорки по контурам ауры приобрели очертания сине-зеленых бабочек: трепеща, их крылья пощелкивали как электрические разряды.
Ронику будто поразила страшная кожная болезнь: голова преобразилась; виртуальная плоть сменилась трепещущими сине-зелеными плоскостями света. Этот шар постепенно сполз вниз, растекаясь по плечам, по груди, оставляя после себя след из странных бабочек. Майклу оставалось только беспомощно взирать на то, что происходит с Роникой.
Наконец заговорила Сара. На фоне треска, с которым исчезало тело Роники, ее голос звучал необычно.
– Должно быть, мы опоздали. Тварь высосала из нее цифровую жизнь. Как сама Роника и предупреждала.
– То же ждало и тебя, – добавил Брайсон и посмотрел на Майкла, как бы сообщая взглядом: еще бы чуть-чуть, и – каюк нам всем.
Не говоря ни слова, Майкл снова посмотрел на Ронику. Половину ее тела уже пожрали бабочки, а те, что облепили ее голову, разлетались. Стоило им оторваться от виртуального трупа, как они бесследно исчезали в короткой вспышке света. Вскоре от лица Роники уже ничего не осталось.
Зрелище завораживало, но нельзя было терять ни секунды. Майкл взглянул на друзей, и они, не сговариваясь, побежали наверх.
Вылетели из клуба – никто не успел их задержать и спросить, в чем дело. Нашли портал и вынырнули в явь. К тому времени как Майкл вылез из гроба, в голову к нему будто забрался выводок скорпионов.

Глава 8
Очень низкий человек

1

Майкл без сил валялся на кровати. Хельга, как никогда услужливая, приносила ему чай, бульон и бананы – ничего другого желудок Майкла не принимал, – стоило только позвонить в колокольчик, который сама няня оставила на прикроватном столике. Родители решили продлить отпуск, так что в доме было тихо. Майкл не слушал музыку и передач не смотрел; шторы держал задернутыми. Он даже экран не включал, а значит, ему было действительно дурно.
Голова болела, постоянно тошнило. Тошнота не проходила ни на секунду. Блевать тянуло как минимум каждый час, потому Майкл и просил Хельгу готовить столь необычные блюда. Мучаясь и не вылезая из постели, он решил использовать свободное время, дабы поразмыслить: что же произошло в подвале клуба?
Гончие. Что они сотворили с Роникой? Много ли успели сотворить с Майклом? Может, высосали какую-то часть сущности из его ауры? Близко ли он подошел к тому, чтобы стать еще одним овощем, жертвой Каина? Вдруг ему причинили травму, от которой уже не оправиться? Похоже на то: в черепе непрестанно пульсировала боль, Майкл только и мог, что лежать, закрыв глаза. Не дай бог отупеть, утратить опыт и знания, приобретенные за годы в виртнете.
Да нет, глупости! Надо быть позитивнее. Майкл успел вовремя остановить тварь, не проведет же он остаток жизни вот так, прикованный к постели.
Как ни странно, головная боль не остудила его пыл. Напротив, разожгла огонь ненависти к Каину еще ярче, укрепила веру в собственную правоту. Майкл не остановится и найдет тайник Каина. Плевать на угрозы, это лишь очередная игра, и принцип ее прост: убей и не дай убить себя.
Да, но на сей раз все взаправду. Головная боль – тому доказательство.
Из постели Майкл не вылезал полтора дня.

2

Через двое суток после встречи с Роникой Майклу полегчало. Он уже мог встать, пройтись по дому, умыться и даже выглянуть в окно, на яркий утренний свет, не испытывая при этом инстинктивного желания свернуться калачиком от боли. В приподнятом настроении он уселся в Кресло и вызвал на разговор Сару и Брайсона. Через десять минут друзья ответили.

Брайстоппер:  Давно пора. Головушка бо-бо? Хельга тебя чмокнула, и все прошло? Уфф, нет, не рассказывай, боюсь представить, как это было.
Сарабобара:  Брайсон, говори что хочешь, ты нас спас. Даю неделю, потом снова буду твоей мамочкой.
Брайстоппер:  Вот этого я точно представлять не желаю.
Майкерспайкер:  Я уж думал, эта тварь повредила мне мозг. В принципе, я и сейчас этого боюсь, зато могу говорить и писать в чате, не истекая слюнями.
Сарабобара:  Мило.
Брайстоппер:  Когда снова на поиски? Когда идем искать Путь?
Сарабобара:  Чем скорее, тем лучше.

Майкл облегченно выдохнул. Друзья все еще в игре. Напуганы, но не трусят. Каин и его песики и в них разожгли пламя решительности.
Потом он с друзьями обсудил, как быть со школой: остановились на том, что несколько пропусков по болезни никому не навредят – по крайней мере не так, как могут навредить СБВ или Каин. Майкл вспомнил о Ронике и ощутил укол совести. Наверное, она лежит сейчас где-нибудь, у себя в гробу, в состоянии овоща – как и прочие жертвы гончих. Должно быть, Каин для того и создал антипрограммы, чтобы те уничтожали мозг пользователя. Но зачем?
Сара предложила остаток дня посвятить изучению отзывов об игре «Дьяволы разрушения». Если верить Ронике, в ней и скрыт тайный проход на Путь. Если проштудировать, что пишут о «Дьяволах» геймеры, то, может, удастся выяснить, где находится брешь в кодировке. Потом можно будет и поспать, отдохнуть.
А с утра отправиться в игру.

3

В середине дня в дверь позвонили. Майкл в это время увлеченно исследовал «Дьяволов». Он знал, что это военно-исторический симулятор – отчасти поэтому играть в него предпочитали только старики. Ровесникам Майкла было просто не интересно, что происходило многие годы назад, однако Майкл хотел выяснить все детали войны – дабы сориентироваться на месте и отыскать брешь в кодировке. Первый час он потратил, читая все по Гренландской войне 2022 года – когда несколько стран сошлись в кровавой битве за найденную годом раньше крупную золотую жилу. У всех имелись причины и основания заявить права на месторождение. Детали конфликта заинтересовали Майкла куда больше, чем он ожидал.
Стороны использовали тактику партизанских отрядов и примитивное оружие; применять ядерные заряды или бомбы с большим радиусом поражения никто не решался – на небольшой территории велик был риск уничтожить не только врага, но и союзника. Кровопролитие длилось два года, пока бессмысленные смерти не заставили участников войны остановиться. Тут блестящие мировые лидеры проявили себя во всей красе.
«Дьяволами разрушения» назывался отряд наемников, участвовавших в Гренландской кампании. Работая порой на несколько сторон одновременно, они занимались тем, что отыскивали и уничтожали стратегически важные объекты. Собственно, тем же предстояло заняться и Майклу с друзьями: высадиться в самую гущу сражения с одними только автоматами, потрудиться выжить и вместе с тем отыскать упомянутую Роникой траншею, а там… только бы хакерские таланты не подвели.
Первый раз Майкл не обратил внимания на звонок в дверь – ушел в исследования с головой, поражаясь, отчего прежде не интересовался «Дьяволами». И потом, он думал, что дверь откроет Хельга. Когда позвонили еще раз, Майкл вспомнил: Хельга отпросилась, чтобы навестить сестру.
Ворча, Майкл отключил экран и вылез из Кресла. Распахнув дверь, он удивился: на пороге никого не было. По спине пробежали мурашки. Теперь, когда Майкл вступил в столь опасную игру, любые – даже самые мелкие – события перестали казаться ему случайными. Майкл выглянул в коридор, на лестницу – и никого не заметил. Хотел уже было закрыть дверь, запереть ее, но тут увидел прикрепленную к ней с внешней стороны записку, небольшой листок бумаги с коротким сообщением от руки:

Иди в переулок, где мы тебя забрали. Быстро. 

4

Дважды думать не пришлось. Шанс, что это – ловушка, показался Майклу ничтожным. В реальном мире Каин не представлял угрозы – Майкл почему-то был в этом уверен, да и потом, никто не знал, где его первый раз забрали агенты СБВ. И еще: от требований агента Вебер так просто не отмахнешься.
На дорогу ушло двадцать минут. Майкл свернул с основной улицы в длинный переулок. Там он не заметил ни души; на полпути к противоположному концу бетонного каньона стояли большие мусорные контейнеры. Что-то подсказывало Майклу, что нужного человека он найдет подле них. Было жарко, но легкий ветерок приятно обдувал вспотевшую шею. Гнал мусор по асфальту и воздуху. Серый бетонный каньон выглядел, как всегда, неприветливо.
Приблизившись к первому контейнеру, Майкл опасливо заглянул за него и облегченно выдохнул. За металлическим ящиком прятался невероятно низенький лысый мужчина в костюме-тройке. Выглядел он совсем не страшно; из-за пышной бороды лысина его выделялась особенно ярко. Руки карлик прятал в карманах.
– Это вы… – начал было Майкл, и карлик перебил его:
– Да, Майкл. Давай сюда, ко мне, пока тебя с улицы не увидели.
Он отступил на пару шагов. Лицо у него было мрачное, как у распорядителя похорон.
Майкл с трудом сдержал смешок: коротышка напоминал мультяшного персонажа, будто с экрана сошел.
– Что вам нужно? – спросил Майкл.
– Отчет о проделанной работе, – ответил карлик, стараясь не смотреть Майклу в глаза. Он постоянно озирался, будто в любой момент ожидал нападения, давая Майклу лишний повод понервничать. – Что произошло, что вы узнали, какие планы… все в таком духе.
– Ну, мы…
– Как можно короче, – снова перебил его карлик. – Нас не должны видеть вместе, и у меня еще куча дел.
– О как!.. Ладно. – Вот ведь странный дядька. – Думаю, мы напали на верный след. Каин уже дважды нас атаковал.
– Каин? – переспросил карлик и, шагнув навстречу Майклу, первый раз посмотрел ему в лицо. – Ты уверен, что это был… он? Собственной персоной?
Майкл не сразу нашелся, что сказать.
– В общем, да, я так думаю. Второй раз, правда, за нами пришли гончие. Роника решила, что их послал Каин.
– Роника? Кто это?
– А вы не знаете?
– Говорю же: ты должен сам отчитаться. Полностью. Ну, продолжай.
– Откуда мне знать, что вы не шпион? И вообще… – Майкл немного помялся. – …вы даже не представились.
– Меня зовут агент Скотт, – раздраженно ответил карлик. – Работаю на агента Вебер. Большего тебе знать не положено. Мы время теряем.
Майкл продолжал молчать, и тогда карлик, закатив глаза, сдавил серьгу, и в воздухе перед ним повис голографический бейдж СБВ. Майкл наклонился и с деловым видом изучил значок. Как будто знал, что искать. Оставалось надеться, что карлик не блефует.
Наконец Майкл удовлетворенно кивнул, и карлик велел ему:
– Ну, рассказывай дальше.
Майкл поведал обо всем: о ловушке Каина, темнице посреди черной бездны, об ужасных предупреждениях, о Ронике и Каттере, о клубе «Синяк» и гончих, о Пути и Освещенной Долине, о планах пробраться завтра в игру «Дьяволы разрушения».
Когда он закончил, агент Скотт обхватил себя одной рукой за талию и, задумчиво глядя под ноги, поскреб подбородок. Ни дать ни взять крохотная версия Шерлока Холмса. Майкл вновь чуть не рассмеялся.
Наконец карлик поднял взгляд.
– Хорошо, иди дальше в выбранном направлении. Только запомни: Каин – не единственный, кто хочет вам помешать. Отныне каждый встречный может оказаться врагом. Понимаешь?
– Я думал, будет весело, – пробормотал Майкл, тогда как внутренности ему скрутило от страха.
– Нет, ты меня понял? – медленно переспросил коротышка.
Майкл хотел напомнить, что высокий здесь – он, однако сдержался и просто кивнул.
– Майкл, скажи вслух, что понял меня.
– Понял-понял.
– Отлично, – удовлетворенно произнес агент Скотт. Еще раз осмотрев пустой переулок, он подался к Майклу. – Мы запеленговали твою ауру и ауры твоих друзей. Даже если включите маскировочные программы, мы все равно сумеем вас отследить, так что не переживай. Когда наконец доберетесь до этой Освещенной Долины, мы пошлем за вами кавалерию. Если уж Каин где и прячет Доктрину смертности, то скорее всего там. Будь начеку.
– Есть, сэр. – Внезапно карлик показался Майклу не таким уж и карликом.
– Молодец, парень, отлично. Ну, мне пора.
– Э-э… сэр… – нерешительно произнес Майкл. – Если мы попадем в беду, не добравшись до Освещенной Долины, вы нам поможете? Все равно ведь следите за нами.
Агент Скот покачал головой, будто в жизни не слышал вопроса глупее.
– Мы так не работаем. С виду мы всеведущие, на нас работает куча команд, но мы можем только надеяться, что хотя бы один из вас добьется успеха. До тех пор мы ничем помочь не в силах.
– А если нас убьют? Или наши ауры удалят, как Ронику?
Коротышка улыбнулся, первый раз за встречу.
– Держи ушки на макушке. Есть в репутации Каина нечто… сомнительное. Большего сообщить не могу.
Сказав это, он развернулся и пошел прочь.

5

Майкл постоял, глядя, как агент исчезает за углом, и снова подумал: вот ведь странный тип. Потом все-таки позволил себе ехидный смешок, выпустив растущее напряжение. Майкл уже и не помнил, когда последний раз смеялся от души или просто чувствовал себя хорошо. Что ж, настроение немного улучшилось.
Он уже хотел отправиться домой и развернулся к выходу из переулка, когда голову пронзила внезапная боль. Майкл схватился за череп и упал на колени.
Боль пульсировала в такт биению сердца. Майкл слепо отполз к стене и привалился к ней спиной. Потирая виски, попробовал не спеша открыть глаза, но от яркого света стало только хуже. Что-то в пейзаже показалось ему неправильным. Щурясь, Майкл огляделся, пытаясь выяснить, что именно.
Улица пошла рябью и будто текла рекой серого масла. Контейнеры справа поднялись и танцевали в воздухе. Кругом мерцали вспышки света и образы тел. Стены каньона – дома – стояли как-то криво, склонившись под невозможными углами. Небо приобрело уродливый пурпурный оттенок, покрылось пятнами и ссадинами темно-красных облаков. Охваченный паникой, Майкл сжался в комок и принялся молиться: только бы все скорее закончилось.
Через несколько секунд все и правда закончилось. Боль унялась, бесследно исчезла, будто ее… и не было.
Испытывая облегчение – но все еще настороженно, – Майкл кое-как встал на ноги. Осмотрел переулок. Вроде ничего подозрительного.
В голове вертелась страшная мысль: гончая повредила ему мозг. Повредила очень сильно.

6

Придя домой, Майкл первым делом уселся в Кресло и включил экран. Еще на улице его посетила одна догадка, и ее надо было проверить: выяснить, что произошло с Роникой в реальном мире.
За два часа он сложил кусочки загадки воедино. Результат его совсем не обрадовал.
Само собой, Ронику наяву звали иначе. Владелица такого виртуального клуба, как «Синяк», она позаботилась, чтобы в реальном мире ее личность установить было невозможно. Майкл, впрочем, прошерстил последние новости, сравнивая часы и даты, сопоставил имена и сумел-таки составить убедительную картину.
В Коннектикуте нашлась некая Вильгельма Харрис, которая отвечала за сетевую безопасность в одной игровой фирме, о которой Майкл никогда и не слышал. Характер ее работы и образ жизни указывали на то, что Вильгельма почти всю жизнь проводила в виртнете; у нее не было ни друзей, ни родственников. На днях ее задержала полиция, когда она, «ошеломленная», бродила по центру города – как раз после нападения на клуб гончих и уничтожения ауры Роники – и накинулась на офицеров, стоило к ней приблизиться. Затем Вильгельма впала в кому и так из нее не вышла.
Полиция просила родственников или друзей откликнуться, потому что гроб Вильгельмы закоротило; не осталось ни единого следа ее пребывания в виртнете, будто она и не погружалась ни разу в сон. А еще ее жизненные показатели оставляли желать лучшего, то есть долго Вильгельма не проживет.
Самое главное, ключевая деталь нашлась в конце: у Вильгельмы осталась собака по кличке РОНИКА.
Значит, Майкл нашел именно ту Ронику.
Выключив экран, Майкл отправился в постель. Глядя в потолок, он все гадал: что же случилось с владелицей виртуального клуба? Ее одежда и тело в виртнете превратились в цифровой прах и растворились в воздухе. Гончая ее стерла. Тогда что на самом деле произошло с реальным телом?
Кома. Жизненные показатели оставляют желать лучшего. Долго ей не протянуть.
Что бы ни произошло с Роникой, тот же процесс начался в голове Майкла. Вполне возможно, его мозг частично поврежден.
Памятуя о жуткой боли и страшных видениях, что настигли его в переулке, Майкл решил пока ничего друзьям не рассказывать. Завтра – большой день, дел невпроворот. Можно будет и по пути во всем признаться.
Успокоился Майкл не скоро, а засыпая, думал: наверное, Хельга решила остаться у сестры с ночевкой. Домой она не пришла.

Глава 9
Никто не пройдет

1

Майкл проснулся за десять минут до будильника. Несмотря на гнездящийся в глубине души страх – страх того, что ждет в виртнете, – он изнывал от предвкушения. Игры были любовью всей его жизни, и сейчас ему предстояло погрузиться в игру, где ставки как никогда высоки. Это будет всем играм игра, которой позавидовал бы сам Ганнер Скейл. Хотя, может, однажды Майкл оглянется на прожитые годы и поймет, как наивен был, испытывая такое возбуждение. Но когда это еще будет?
Майкл наскоро принял душ, съел две большие чашки хлопьев и залез в гроб. В окно лился яркий утренний свет, и Майкл – как бы отдавая мрачную дань уважения – посмотрел на рекламу «Бездны жизни». Он едва не заговорил с ней вслух: хотел сказать, что не намерен сдаваться и однажды пробьется в большую игру, к заветной цели.
Каин с его Доктриной смертности – верный билет в высшую лигу.

2

Майкл погрузился в сон и встретил Брайсона с Сарой в Депо, любимом месте сбора завсегдатаев виртнета. Там было, где потусить, поесть и прокачать на заработанные кредиты все – от оружия до звездолетов. Что еще важнее, тут можно было обменяться читами, секретами, заключить с кем-нибудь союз.
Друзья тут много кого знали и потому встретились у малоизвестного портала на задворках, позади большого парка с фонтанами. Для незаметного прохода в «Дьяволов разрушения» Сара передала ребятам простенькую маскирующую программу. Нельзя ведь попадаться знакомым за необычным занятием; если кто-то увидит, как они входят в старперскую игру, то заподозрит неладное.
Майкл наконец набрался смелости и рассказал о карлике в костюме и чудовищной головной боли. Излив душу, он испытал колоссальное облегчение. Он хотел утаить одну деталь – странные видения, но передумал: неправильно скрывать что-то от лучших друзей. Особенно когда собираешься обратиться с просьбой…
Под конец Майкл сказал, что сейчас чувствует себя замечательно, и уверен: боль не вернется.
– Хорош заливать, – сказал Брайсон. – Это такая же правда, как и то, что мы с Сарой наяву женаты.
– Мы не женаты, – добавила Сара. – Это я так, на всякий пожарный уточнила.
Они прошли мимо отряда рыцарей в полной броне.
– Стараюсь быть оптимистом, – пожал плечами Майкл.
– Если это повторится, – строго произнесла Сара, – не жди до следующего дня. Сразу поделись с нами, не то я сделаю тебе больно в другом месте. – Она улыбнулась и нежно взяла его за руку. – Ты должен нам доверять, Майкл.
Майклу только и оставалось, что кивнуть.
Брайсон покачал головой.
– Не могу поверить, что с Роникой так вышло. Правда. Ты уверен, что писали о ней?
– Совершенно точно, – ответил Майкл. – Гончая едва ко мне подобралась, и посмотри, что со мной происходит. Если верить Ронике, то задача гончей – стирать разум жертвы, помните? Не просто ауру, а еще и разум в реальной жизни.
Брайсон остановился и взглянул на друзей.
– Мы сами прем на рожон… Что если гончие – только начало?
Сара и Майкл одновременно пожали печами. Следуя за ними, Брайсон по-прежнему качал головой, словно понимал: друзья совершают ошибку, но ему из солидарности надо за ними последовать.
– Хочешь домой? – как можно беззаботнее спросил Майкл. – Только скажи, бро, и я куплю тебе соску, отпущу к мамочке.
Брайсон в долгу не остался.
– Зачем покупать? Я у тебя возьму.
Они свернули за угол и увидели знак входа в «Дьяволов разрушения».

3

В виртнете новейшие технологи сочетаются с архаичными фантазиями разработчиков. Например, эта секция Депо представляла собой дощатый пирс на берегу океана, вдоль него тянулись аркады, рестораны и старинные клубы. Большая часть магазинов, впрочем, внутри представляла собой полноценные игры, тогда как подъезды служили входами в совершенно иные миры.
Огромную вывеску «Дьяволов разрушения» обрамляли крупные лампочки, что мерцали и гудели. Надпись была выполнена в зеленом цвете – наверное, в честь Гренландии, а слово «дьяволы» подсвечивалось красным. Справа от надписи помещалось изображение: солдат в тяжелой шинели и каске; в одной руке он сжимал направленный стволом в небо автомат, в другой – отрубленную голову, из шеи которой капала кровь. Ну, это уж чересчур.
Друзья остановились прямо под вывеской, внимательно ее разглядывая.
– Гренландия, – сказал Брайсон. – Мне почти семнадцать, а я еще ни разу не играл в игру с сеттингом в Гренландии. Колоритные, наверное, декорации.
Сара взглянула на друзей.
– Там почти везде снег и ледники. Мы себе зады отморозим.
– Или еще что, – пробормотал Брайсон и тут же игриво улыбнулся, будто отмочил смешнейшую в мире шутку.
– Тогда держи свое «еще что» в тепле, – закатила глаза Сара.
Он ткнула пальцем в сторону ветхой двери, которую, казалось, не красили очень и очень давно. Самое смешное, что дверь такой ветхой и создали. Для атмосферы.
– Ну, карты изучили, план составили. Входим.
– Если умираешь, возвращаешься в самое начало, – напомнила Сара. – Если кто из нас погибнет, остальные должны погибнуть намеренно. Нельзя разделяться, держимся группой.
Так просто с этим соглашаться Майкл не спешил.
– Ну, не знаю. Самое главное – вычислить, где портал. На поле боя много у нас шансов не будет. Просто не станем проходить через брешь поодиночке. Если кто умрет – остальные ждут его возвращения.
– Да, – согласился Брайсон, изобразив карикатурную заносчивость. – Я вас подожду. Идемте уже.
Не дожидаясь ответа, он открыл дверь и вошел.

4

Они очутились в старомодном вестибюле: красный ковер, афиши других игр в обрамлении мигающих вдоль рам лампочек. В середине стояла палатка с попкорном, а в ней – девушка-подросток, брюнетка с подведенными красной тушью глазами. Она остервенело жевала жвачку, будто пыталась измельчить ее в ничто.
Справа располагалась билетная касса; за стойкой, скрестив руки на пышной груди и сердито насупившись, стояла женщина. Все в ней было под стать груди: широкие плечи, плотная шея, крупная голова. Косметикой она явно не пользовалась, волосы свисали безжизненными седыми прядями.
Ого, вот это красотка!
– Э-э… что-то мне уже страшно, – шепнул Брайсон. – Давайте кто-нибудь из вас купит билеты. Кажется, это та самая тетка, что вырезала половину моей деревни, пока я был младенцем.
Сара рассмеялась – причем громче, чем рассчитывала.
– Я куплю билет, младенчик.
– Я с тобой, – шепнул Майкл. – По-моему, я влюбился.
– Чего надо? – гаркнула билетерша, когда Сара и Майкл приблизились к кассе. – Попкорн – вон там.
Она мотнула головой в сторону палатки (при этом, кроме головы, ни одна часть ее тела не шевельнулась).
– Мы не за кукурузой, – спокойно ответила Сара.
– Тогда зачем вы здесь, шпанюки? – Женщина разговаривала неприятно, одним уголком рта.
Сара посмотрела на Майкла со смесью веселья и озадаченности во взгляде.
– Ну-ка! – пролаяла тетка. – Я тебя спросила, а не твоего дружка.
Сара резко обернулась к ней.
– Мы хотим сыграть в игру. «Дьяволы разрушения», так? Вы о ней слышали? Над входом у вас здоровенная вывеска.
Майкл поморщился. Сара чуть перегнула палку.
Билетерша расхохоталась басовитым, больше подходящим мужчине смехом.
– Продолжайте, детки. Я не в настроении.
Тогда Майкл попытался сменить тактику.
– Мэм, – почтительно произнес он. – Мы правда хотим сыграть. У нас сегодня в школе отменили занятия, а мы как раз проходим Гренландию.
Тетка уперлась руками в стойку и подалась вперед. Пахнуло кошачьей мочой.
– Вы серьезно?
Майкл точно знал, что со стороны выглядит не очень уверенно.
– Э-э… да. Зачем вы так с нами? Нам нужно-то всего три билета на игру.
Выражение лица билетерши немного смягчилось.
– Смотрю, вы не понимаете. Совсем глупенькие?
Майкл в ответ покачал головой.
– Малыш, в эту игру разрешено играть только тем, кто старше двадцати пяти лет. Пошли вон отсюда!

5

Втроем они встали снаружи у входа в игру, смущенные и слегка ошарашенные.
– Какого банана? – произнес Брайсон, глядя на обшарпанную дверь. – Игра-то паршивая, зачем еще правила ТДВ вводить?
ТДВ значило «только для взрослых». Майкл полностью разделял негодование друга.
– Выходит, эта игра в буквальном смысле для старперов. Только их в нее и пускают.
– Черта с два, – ответила Сара. – Будь в ней, и правда, ограничения по возрасту, мы бы про них знали. Каждый подросток, чисто из принципа, попытался бы их обойти. Правила – нововведение. Должно быть, программисты подогревают интерес к игре.
Как и прежде, Майкл не желал верить в совпадения.
– Или просто некто не пускает нас в игру. ТДВ – самый простой способ перекрыть нам доступ.
Сара насмешливо фыркнула.
– Подумаешь, потратим лишний час на махинации. Когда это правила ТДВ нас останавливали?
– Совершенно верно, – сказал Брайсон и зловеще рассмеялся. – Кто забудет наши приключения в «Котле судьбы Вегаса»?
– Мама дорогая, – ответила Сара.
– За работу, – поторопил друзей Майкл. Они присели на лавку, лицом к океану, закрыли глаза и сосредоточились на кодировке.

6

Прошло два часа, а они так ничего и не добились.
Перепробовали все, опираясь на опыт прежних незаконных махинаций и хакерства. Не то чтобы файрволлы и щиты «Дьяволов» нельзя было взломать… их попросту не удавалось засечь. Их словно не существовало в помине, а если не видишь стены, то как через нее перебраться? После множества попыток друзья согласились, что дальше искать бессмысленно. Майкл никогда не сталкивался ни с чем подобным.
– Чертовщина какая-то, – сказал он, глядя на море. В небе клубились тучи. – Я уже сомневаюсь, что сама игра – не подделка. Будь мы взрослыми, билетерша, думаю, все равно нас не пустила бы. Что-то тут не вяжется.
Сара о чем-то напряженно думала, глядя себе под ноги.
– Может, игра очень и очень крута и популярна среди старперов, которые просто не хотят в нее пускать. Я могла бы применить старую технологию безопасности, о которой наше поколение даже не знает. Терять нечего. Трюк вроде того, что мы применили в «Синяке», тут не прокатит.
– Если бы мы попытались его применить, – сказал Брайсон, – та тетка уселась бы на нас и не слезала, пока мы сами не вынырнем.
Майкл вскочил на ноги. Решительность полыхала в нем адским пламенем. Он пройдет в игру, чего бы ему это ни стоило.
– Пошли, – сказал он. – Испробуем старую прогу.
– Мы? – удивленно переспросил Брайсон.
– Да, мы. – Майкл решительным шагом направился к двери в игру, даже не понимая – и не заботясь, – откуда в нем такая смелость. Друзья поспешили следом.

7

Плана, в принципе, у Майкла не было. Он знал, что, кроме девчонки со жвачкой и тетки, которую он про себя окрестил Каменной стеной, будут и другие препятствия. Старые геймеры приготовили нечто еще, но Майкл готов был пройти все до последнего барьеры. Он горел жаждой действия, битвы.
У самой двери Брайсон схватил его за плечо и развернул к себе.
– Чего? – спросил Майкл. – Хочешь остановить меня? Смотри, обкакаюсь со страху.
– Пусть я сошел с ума, но мне почему-то кажется, что надо сначала обговорить план, хоть какой-нибудь.
Да, надо бы успокоиться… Так ведь некогда!
– Помнишь, в какое дерьмо я постоянно встревал из-за тебя? Теперь твоя очередь – следуй за мной. Там внутри все не так уж и страшно: администрация не ждет прямого и явного взлома. Нарушителей посадят в тюрьму, но нам надо попытаться. Иначе никак. Идем.
Сара улыбнулась, глядя на него и слегка выгнув брови.
– Вот таким ты мне нравишься, – восхищенно заметила она.
– Да, знаю. Идемте.
Отвернувшись, Майкл открыл дверь.

8

Едва ступив за порог и увидев тетку-билетершу, Майкл понял: она ждет от ребят неприятностей.
Тетка погрозила им пальцем.
– Нет, нет, нет, даже не думай, малыш. Я все по твоим глазам вижу. Говорю тебе: вам сегодня поиграть не светит. Я вас не впущу. Разворачивайтесь и топайте отсюда, живо.
Останавливаться Майкл не думал. Он, не сбавляя темпа, шел к дальнему концу вестибюля; Брайсон и Сара – прямо за ним. Когда они прошли мимо палатки с попкорном, девчонка перестала жевать жвачку и тупо уставилась на них выпученными глазами.
– Как тебя сюда работать устроили, кстати? – спросил ее Майкл, но девчонка не ответила.
Каменная стена тем временем выбралась из-за стойки. Покачивая складками обвисшей кожи, она вздернула руку в предостерегающем жесте.
– А ну-ка стой, мистер. Стой. На. Месте.
Она попыталась преградить им путь, однако ребята шли гораздо быстрее.
Плана помещения Майкл не знал, но видел, что из вестибюля, кроме парадной двери, ведет еще один проход – должно быть, портал в саму игру. Темный коридор, начинающийся в дальнем правом углу. К нему-то Майкл с друзьями и направлялись.
Внезапно воздух задрожал от громкого раскатистого голоса.
– Вот я вам сейчас мордашки-то смазливые поиздырявлю! – басовито, растягивая слоги на южный манер, пригрозили ребятам.
Майкл резко обернулся, услышав два щелчка – звук, с которым передергивают затвор дробовика. Когда же он увидел говорившего, дыхание сперло, будто воздух внезапно превратился в комок ваты. Девчонка со жвачкой вскочила на прилавок и с наплевательским видом целилась в Майкла и его друзей из двух дробовиков-обрезов.
– Меня зовут Райкер, – представилась она. – В мою смену отморозки вроде вас на шару в игру не сыграют. Не пущу, и точка. А теперь уносите отсюда свои мелкие крысиные ножки, пока я вас не расстреляла.
Майкл так и замер на месте, выпучив глаза на странную девчонку по имени Райкер, вооруженную дробовиками.
– Думаете, поди, что я пугало какое? – спросила Райкер, поднимая дробовики чуть выше. – Придется вами заняться. Если проскочите, я не получу жалование за месяц, ни пенни. Пошли вон отсюда!
Майкл решил для себя: он не уйдет. Пускай его пристрелят, пускай это больно и страшно, он потом очнется в гробу, загрузится снова в виртнет и вернется сюда. Без боя не сдастся.
– Ладно, – крикнул он в ответ. – Мы уходим, прямо сейчас.
Подняв руки, он пошел прямо на девчонку. Оставалось надеяться, что друзья не подставятся под выстрел.
– Аккуратнее, – предупредила Райкер. – Одно неверное движение, и перед выходом наверх еще успеете помучиться. Ну, как вам?
Майкл сделал еще шаг ей навстречу.
– Послушай, мы никому не желаем вреда. У нас лишь есть вопросы.
– Я сказала: аккуратней! – Девчонка нацелила оба ствола ему в лицо.
Казалось бы, надо радоваться, что друзья больше не на мушке, однако в тот миг Майкл подумал: лучше бы Райкер снова прицелилась в Брайсона с Сарой.
Еще шаг. Второй. Руки вверх, глаза распахнуты, выражение на лице – сама невинность. Движения плавные. Райкер все ближе…
– Стой! – заорала она.
Майкл замер.
– Ладно, ладно. – Он опустил руки и сделал вид, что снова направляется к двери. – Прости, что мы…
Он вихрем развернулся, взмахнув руками. Ударил по стволам снизу вверх. Грохотнуло; дробины прошили потолок и стены; полетели осколки стекла и щепки. Майкл прыгнул на Райкер, оба перевалились через прилавок и упали на пол. Девчонка пыталась вырваться, однако Майкл уже оседлал ее и нацелил один дробовик ей в лицо.
– Шах и мат, – задыхаясь, произнес он. – Не искушай меня.
Райкер задергалась под ним, но уже не так бодро, как прежде.
– Скотина ты, целишься в лицо девочке. Твой папочка бил мамочку, да?
– Заткнись. Ты первая пригрозила убить нас. – Слегка уперев ей в нос ствол, он поднялся на ноги.
– Ай! – закричала Райкер. Еще ни разу Майкл не видел девушку в такой ярости.
– Рисковый ты чел, – сухо отметила Сара. Она и Брайсон даже не сдвинулись с места.
– Ну, сработало же, – ответил Майкл, и только тут до него дошло… – Эй, а где тетка-билетерша?
Брайсон указал в сторону кассы.
– Спряталась под стойкой.
Не к добру это, сообразил Майкл. Он перелез через прилавок и присоединился к друзьям. Один дробовик вручил Брайсону.
– Уходим отсюда.
В этот момент Каменная стена вынырнула из-под стойки и сложила руки на груди, приняв свою обычную позу.
– Вы не тот день выбрали для ссоры со мной. Не думаете же, что я пропущу вас в игру, играть в которую вам запрещено? А? Не думаете?
Тут разом со всех сторон зашипело. Майкл завертелся на месте и увидел, как в стенах и в потолке открылись маленькие отверстия. Не успел он предупредить друзей, как из дырочек, подобно черным змеям, вылетели толстые веревки.
Майкл развернулся и хотел бежать, но веревка, словно живая, оплелась вокруг его лодыжки и подняла в воздух…

9

Внутри все переворачивалось: веревка мотала Майкла туда-сюда, будто пес – добычу. Он – словно та же добыча – совершенно растерялся; летая по комнате, только и мог, что цепляться за дробовик. Держал его обеими руками, стволом от себя. Свет и краски слились в размытые пятна. Голова заболела, как во время приступа.
Майкл согнулся пополам, прицелился, стараясь не угодить себе в ногу, и выстрелил.
Отдачей его разогнуло. Пол понесся навстречу и ударил в лицо. Сквозь боль Майкл ощутил, что веревка выпустила лодыжку – значит, он не промазал.
Тем временем, извиваясь и скручиваясь кольцами, к нему устремились еще веревки. Десятки веревок. Майкл огляделся, поискал друзей: Брайсон распластался по стене; его держали за бедро и за руку. Сару схватить не удалось, однако руки ее были заняты: она с трудом удерживала конец одного из кабелей на безопасном расстоянии от лица – будто готовую к броску кобру.
Тут одна веревка устремилась к ноге Майкла, начала оплетаться вокруг коленки. Он схватил ее за конец и дернул. Потом отбился от другой, что метила ему в голову. Сара сражение проиграла: ее за шею тащили к стене, на которой повис Брайсон. Тот больше не сопротивлялся, висел, закрыв глаза. Испугавшись за друга, Майкл бросился к нему, но путь преградили веревки – накинулись со всех сторон. Майкл нырнул вниз, перекатился, отмахиваясь от них.
Ощущение безнадеги лишало сил. Как справиться с таким врагом? Как пробиться к игре? В дробовике остался последний патрон. Брайсон свое оружие потерял – дробовик выпал у него из рук и отлетел к стойке билетной кассы. Каменная стена молча наблюдала за происходящим, будто… будто натуральная каменная стена. Совершенно неподвижная, она сосредоточила остекленевший взгляд на одной точке. Майкл такого прежде не видел.
Вокруг талии оплелась веревка. Майкл запоздало попытался высвободиться – не получилось; его держали прочно и потащили по полу к стене, у которой, спеленатые, стояли друзья. Дробовик чуть не выскользнул из рук; оставшийся патрон – вот вся его надежда.
Майкл прибил очередную веревку стволом, едва не спустив курок. Обеими – пока еще свободными – руками перехватил дробовик и прицелился в веревку, что держала его за талию. Выстрелил. Отдачей его швырнуло на пол и на мгновение оглушило. Веревка вяло растянулась на полу, а Майкл, отбросив бесполезный дробовик, откатился в сторону. Отмахнулся от других плетей. И тут до него дошло, он понял, что делать. Понял, отчего тетка-билетерша застыла.
Это она управляла веревками.

10

Майкл ухватился за единственный шанс.
Каменная стена стояла на кассе, в тридцати футах от него, и перед стойкой лежал дробовик – бери не хочу, а между ним и Майклом сплетались в воздухе в черную паутину веревки. Майкл бросился прямо на них.
Все они разом накинулись на него. Майкл размахивал руками, уворачивался, скакал; в крови бурлил адреналин. Одна веревка вытянулась под ногами; Майкл споткнулся и упал на живот. Две другие оплелись вокруг талии, и Майкл перевернулся на спину, сдернул их с себя. Он отбивался руками и ногами. Каким-то чудом вновь встал с пола и побежал к стойке. Веревки атаковали.
Слепо размахивая руками и дергаясь, Майкл продолжал бежать вперед. Со стороны он, наверное, походил на шизанутого плясуна, зато цель – дробовик – становилась все ближе. Вокруг руки оплелась веревка и затянулась, очень плотно – Майкл ничего не успел сделать. Его оторвало от пола и швырнуло вперед; на лету он высвободился, помогая себе другой рукой. Упав и скользнув по полу, ударился головой точно в пьедестал билетной кассы. Дробовик лежал прямо под носом.
Майкл схватил оружие и поднял ствол. Веревки оплелись вокруг его ног, груди и талии. Пока он боролся с теми, что нацелились на руки, остальные подняли его в воздух.
Взлетев, он сразу же увидел Каменную стену: тетка-билетерша по-прежнему стояла, замерев, точно истукан. Воспользовавшись мигом – пока из рук не вырвали оружие, Майкл прицелился и хотел было спустить курок, но тут все прекратилось. Его отпустили.
Майкл рухнул на пол. Веревки со свистом и резким шипением ретировались в гнезда. Задыхаясь, Майкл перекатился на спину и посмотрел, что с друзьями. Их тоже отпустили. Тогда он взглянул на Каменную стену: тетка лежала лицом на стойке.
– Какого… – пробормотал Майкл, не в силах подобрать нужное слово.
– Я хакнул ее, – дрожащим от измождения голосом произнес Брайсон. – Она утилита, и я ее просто вырубил. Раньше мне такое не удавалось, но я нашел ее слабое место… повезло, едва успел.
Так вот зачем он закрыл глаза. От облегчения хотелось смеяться.
– Идемте дальше, – напомнила Сара.
Да, правильно, пора было уже войти в игру.

Глава 10
Три дьявола

1

Прошло немного времени, и Майкл наконец отдышался. Делая размеренные глубокие вдохи, он подошел к Брайсону и Саре. Не сговариваясь, все трое направились к цели – к проходу в дальнем конце вестибюля.
Из-за спины раздался знакомый грохочущий голос. Это Райкер снова вскочила на прилавок.
– Дурачины вы! – кричала она. – Думаете, знаете, зачем идете… Нет, фигушки.
Слова эти прозвучали зловеще. Вдруг в предупреждении Райкер заложен некий тайный глубокий смысл? Вдруг она говорит о портале или о чем-то крупнее? Или о самом Каине?
– Иди зализывай раны к мамочке, – отмахнулся от нее Брайсон.
Не успела девчонка ответить, как все трое сорвались на бег. Майкл от души надеялся никогда ее больше не видеть.

2

Чем дальше они уходили в коридор, тем холоднее и темнее становилось. Майкл дрожал. Света не было, однако друзья прекрасно видели, куда бегут, – а коридор все не кончался и не кончался. Потом, не заметив погони, они сбавили темп, перешли на шаг. Температура продолжала падать. Дыхание вырывалось изо рта облачками пара.
Казалось, они прошагали целую милю. Потом Брайсон не выдержал:
– Никогда еще не видел такого странного входа в игру.
– Может, это ловушка? – спросил Майкл. – Вдруг нас перебросило в другую игру, раз в основную не пускают?
– Это противозаконно, – возразил Брайсон.
– Как и взлом игры.
– А, ну да, – пожал плечами Брайсон.
– Смотрите, – указала вперед Сара. – Стены меняются, и светлеет.
Они снова перешли на бег, пока не достигли точки, где стены покрывал светящийся изнутри лед. Тут уже Майкл смог осмотреться: изменилось все, не только стены.
– Еж твою двадцать! – ругнулся Брайсон.
Изменилась и одежда; привычные вещи уступили место зимним масккостюмам: куча карманов, на поясе – всевозможное снаряжение; на плечах – рюкзаки. Их тяжести Майкл не замечал, пока полностью не оглядел новый наряд.
Подтянув лямки рюкзака, он рассмотрел снаряжение на поясе: пять гранат, фляга, нож, моток веревки.
– Ну, вопрос решен. Мы вошли в игру.
– И это – фронт ледника, – заметила Сара. Золотая жила – предмет раздора – лежала почти под самым ледником Якобсхавн, одного из крупнейших в Гренландии.
– Надеюсь, впереди нас ждет настоящее оружие, – сказал Брайсон, кивнув в сторону выхода из тоннеля. – Игра или не игра, а я одним ножиком на войне не обойдусь.
Вытащив свой нож из чехла, Майкл присмотрелся к серой заточенной стали.
– Ага, я тоже.
– И я, – присоединилась к друзьям Сара, когда они снова отправились в путь. – Может, получится напрограммировать себе что-нибудь из другой игры? Только бы потом за решетку не угодить.
Майкл в ответ только махнул рукой.
– Мы работаем по заданию СБВ. Они-то нас точно в тюрьму не упекут. – Говоря так, Майкл, впрочем, сам себе не до конца поверил.
– Правда, что ли? – спросила Сара. – А как же абсолютная секретность задания? Боюсь, они отвернуться от нас, когда мы приползем умолять о помощи. Скажут, мол, никогда тебя не видели.
Стараясь не выдать страха, Майкл ответил:
– Тем более надо отыскать Каина.
Все трое молча побежали дальше по обледенелому тоннелю. Тяжелое снаряжение отнимало силы; шаг постепенно замедлился. Тоннель пошел в гору, стало еще труднее.
– Далеко до конца? – проворчал Брайсон.
Никто ему не ответил.

3

Наконец они достигли выхода – металлической двери, запертой на массивный засов. Вдоль стен тянулись деревянные скамьи; тут же стоял огромный открытый шкаф, полный автоматов и боеприпасов. Майкл перевел дух.
– Думаю, те, кто погиб в бою, – высказала догадку Сара, – возвращаются сюда.
– Может, и так. – Брайсон принялся рыться в содержимом арсенала. – Правда, у меня для вас новость: я там погибать не планирую.
– Как и я, – сказал Майкл. – Погнали.
Они с Сарой присоединились к Брайсону: каждый разжился крупнокалиберным автоматом и запасными магазинами. Подобным оружием Майкл прежде нередко пользовался. Похоже, рисковать и перетаскивать сюда пушки из других игр не придется.
– Я из-за холода переживаю, – призналась Сара. – Может, поэтому и ограничения по возрасту? Нам придется время от времени делать привал и согреваться, чтобы не заработать обморожение.
Брайсон покачал головой.
– Нет, там, снаружи, ждет кое-что пострашней мороза. Гораздо страшней. Возрастные ограничения так просто не вводят.
Брайсон говорил правду. Они втроем повидали много игр, на которые ограничения не распространялись, тогда как страху в них друзья натерпелись немало.
– Ну, мы хотя бы историю изучили, остается вступить в игру. Отыскать уже этот Путь.
– Готовьтесь отморозить булки. – Брайсон подошел к двери и снял с нее засов. Лязгая по полу, тяжеленная металлическая планка остановилась у ног Сары.
– Ты прирожденный солдат, – сказала Сара Брайсону.
Он подмигнул ей и рывком распахнул тяжелую дверь. В тоннель ворвался порыв арктического ветра, в лицо ударили кристаллики льда. Такого холода Майкл прежде еще не испытывал.
Брайсон прокричал что-то неразборчивое и вышел, ступив на виртуальную гренландскую землю. Майкл и Сара последовали за ним.

4

Над головой простиралось ослепительно голубое небо; Майкл вдруг понял, что никакого снегопада нет, и что это просто свирепый ветер срывает частицы льда с земли и швыряет их в лицо. Ну ладно, хотя бы на метель не нарвались.
Ветер сбивал с ног. При выходе из тоннеля Майкл споткнулся и рухнул на плотный снег. Ладони ожгло холодом, потом они занемели, и Майкл понял: без перчаток он и десяти минут не протянет. Глупо было не озаботиться ими раньше. Трое друзей осмотрелись и, не заметив никого поблизости, взломали код – написали для себя теплые шапки и перчатки. Майклу полегчало, хоть и немного. Он заметил одну вещь: местный код взломать оказалось сложнее, чем обычный. Странно, игра-то вроде не ахти какая. Может, файрволлы Каина так на ней сказываются?
Поправив рюкзак за спиной, Майкл взял автомат наизготовку, готовый отстреливаться. С трудом приноровился к спусковому крючку: палец в перчатке едва пролез под предохранительную скобу. Кругом, насколько хватало глаз, простиралась белая пустошь, и только на горизонте, отмечая поле боя, тянулась в небо колонна дыма.
Сара наклонилась к Майклу и громко произнесла:
– Понятно, почему бой – там. – Она указала на столб дыма. – Судя по карте, мы должны идти строго на север, по прямой. Если взглянуть на солнце…
– Да! – прокричал в ответ Майкл. – Пошли!
Брайсон, стоявший чуть в стороне, смотрел на них так, будто сразу понял, что надо делать. Он только кивнул, когда Майкл указал в сторону дыма.
Втроем они пошли к полю боя.

5

Брести по снегу, сгибаясь под ветром… да это похуже любого сражения! Каждый шаг давался с трудом, ноги проваливались под наст на дюйм или два. Майкл покрепче сжал в руках автомат и прибавил ходу. Он хотел поскорее добраться до горячей точки и выяснить, что же там происходит.
«Осторожней с желаниями», – напомнил он себе.
Когда друзья наконец преодолели подъем, перед ними раскинулась кошмарная сцена. Все трое сразу упали ничком, и Майкл посмотрел на поле боя в прицел автомата.
Внизу на многие мили простиралась во всех направлениях долина, изрытая, казалось, в случайном порядке траншеями и разделенная пополам неровной дорогой. Внутренние стенки траншей были выложены каким-то темным материалом – должно быть, для защиты от влаги. Толком ничего в прицел Майкл не видел, однако из ям то и дело высовывались солдаты. По обеим сторонам долины, в конце длинного «коридора» промеж позиций стояли палатки. Интересно, для чего их там поставили?
Встревожила Майкла кровь: всюду она пятнала белоснежную поверхность, и больше всего ее было вдоль «коридора». Люди сражались, порой в рукопашную. Вот один воткнул нож в грудь другому и вскочил на врага, чтобы провернуть клинок в ране. В стороне женщина подкралась к солдату со спины и полоснула его ножом по горлу. Целые группы людей бились голыми руками. Всюду царил кошмар, настоящий фильм ужасов.
Новоприбывших на вершине холма никто не заметил.
Опустив автомат, Майкл взглянул на Брайсона слева, потом на Сару – справа.
– Что за дурдом? Мы так не воюем уже лет сто. Эти люди – как неандертальцы, дерущиеся за пещеру. В учебнике истории, конечно, сказано, что война велась примитивными средствами, но тут… бред какой-то.
– Да и траншеи вырыты беспорядочно, – заметил Брайсон. – Еще форма… я вижу четыре стороны, как минимум. Некоторые, похоже, сражаются между собой. И почему палатки стоят прямо на поле боя?
Сара выползла чуть вперед.
– По-моему, я начинаю понимать, зачем ограничения по возрасту. Игра не имеет ничего общего с реальной Гренландской кампанией. Сеттинг – исторический, остальное – нет.
– Зачем тогда игра? – спросил Брайсон. – В смысле, нам дали боевое задание или нет? Или геймеры логинятся сюда просто за тем, чтобы мочить друг друга?
– Похоже на то, – ответил Майкл. Кажется, он понял, зачем нужны палатки. – Когда все закончится, победителей ждет награда. Такая, которая детям до шестнадцати не полагается. – Он улыбнулся. – Как говаривал мой папа: победителям – трофеи.
– «Дьяволы разрушения», – задумчиво пробормотал Брайсон. – Да, тут полно дьяволов и разрушения – тоже.

6

Взяв автоматы наперевес, друзья стали спускаться к месту резни. От вида красных пятен на белом снегу становилось еще хуже. Ветер разносил кошмарные звуки сражения: рычание, вопли, кровожадный вой. Зато выстрелов слышно не было.
– Секунду, – сказал Майкл, пораженный страшной догадкой. – Эти штуки вообще работают?
Нацелив ствол в небо, он надавил на спусковой крючок и… ничего не произошло. Раздосадованный, Майкл отбросил автомат в сторону.
Брайсон, безуспешно проверив свое оружие, тоже выбросил его.
– Да вы издеваетесь! С таким же успехом можно сразу отправиться в средневековье!
– Наверное, не стоит париться и проверять ствол? – спросила Сара. Она все же надавила на спусковой крючок, и, само собой, автомат не выстрелил. Разочарованно бросив его за спину, Сара пошла в сторону битвы. – Придется нам попотеть с кодировкой.

7

Майкл не решался сказать друзьям, до какой степени напуган. Все они потратили кучу денег на гробы, чтобы виртнет заиграл яркими красками жизни – и уж никак не смерти, когда тебя режут, бьют или душат. Ничего подобного ожидающему их впереди Майкл прежде в сети не испытывал, хотя повидал и перепробовал многое. Он шел на бойню. Больших усилий стоило напрограммировать шапки и перчатки – что уж говорить об оружии и способностях из других игр!
По краям долины дрались отдельные группы, тогда как основная кровавая баня развернулась в центре, вокруг траншей. Чем дальше ребята спускались в долину, тем громче становились звуки борьбы. Майклу так и хотелось развернуться и бежать. Хрипы, безумные вопли, истерическое ликование – от всего этого вид войны становился страшнее.
Еще немного, и солдаты заметят троих подростков.
– Плана у нас нет, – напомнила парням Сара. – Описание игры – сплошное вранье. Ну, мы разделяемся или держимся вместе?
Брайсон вытащил нож и крепко сжал его в руке.
– Лучше держаться вместе. Путь искать придется долго, а эти игроки поднаторели в убийстве. Думаю, нам нельзя разделяться.
– Логично. – Майкл обнажил короткий клинок и попытался припомнить, доводилось ли ему прежде, в других играх, убивать одним только ножом. Обычно оружие он выбирал куда навороченней. – Может, затащим сюда что-нибудь посерьезнее?
– И еще больше будем выделяться? – Сара пожала плечами. – Старики могут объединиться против нас. – Она указала на ближайшую из траншей. – Пойдем по кругу, от края к центру.
Майкл и Брайсон согласились с таким решением. Выбрали направление и подошли к первой траншее.
– Вот черт, – ругнулся Брайсон, глянув вправо.
Проследив за его взглядом, Майкл увидел группу солдат из двух мужчин и одной женщины. Они во весь опор неслись к друзьям и что-то кричали, размахивая окровавленными ножами. У женщины, помимо клинка, имелся еще и длинный стальной прут. При виде присохшего к концу прута куска мяса Майкла затошнило.
Брайсон прав: эти люди – животные.

8

– Бейтесь изо всех сил, – спокойно сказала Сара. – И помните: умереть здесь – это не страшно.
В последнее утверждение верилось с трудом.
Сбросив рюкзаки, ребята подняли ножи и ринулись в атаку. Когда до врагов оставалось футов двадцать, Майкл вспомнил про гранаты на поясе. Может, они тоже не работают, но проверить не мешает.
Сверкая глазами и брызжа слюной, солдаты выкрикивали, должно быть, ругательства – только на другом языке. Они вдруг разделились, будто заранее условились, кто на кого нападает. На Майкла бежала женщина, но легче ему от этого не стало: она одна выглядела страшнее двух своих приятелей, вместе взятых: черные волосы всклокочены и блестят от пота, по лицу размазана кровь, нескольких зубов не хватает. И еще прут, стальной прут, украшенный жутким трофеем. У Майкла внутри все опустилось.
С воплем, похожим на вой гончей, она раскрутила прут над головой и ударила – Майкл увернулся, не спуская, впрочем, глаз с ножа у нее в руке. Женщина пырнула Майкла в лицо – этот удар он отвел предплечьем. Упал на спину и откатился в сторону. Краем глаза заметил, как женщина – ни дать ни взять акробатка – сделала сальто и четко приземлилась рядом.
Майкла ждал бой всей его жизни.
Ухмыляясь, женщина застыла на месте. Она будто упивалась выражением ужаса на лице противника. Однако Майкл считал себя опытным геймером и приготовился дорого продать свою жизнь: если эта дикая дамочка и победит, ей тоже крепко достанется.
Майкл выставил перед собой нож.
– Драться не обязательно, – произнес он. – Нам бы только осмотреться.
Прозвучало по-идиотски.
Женщина растерянно нахмурилась и злобно сказала что-то на непонятном языке.
Майкл шагнул назад, делая вид, что напуган и хочет бежать, а потом резко бросился на противника, надеялся застать врасплох. Однако женщина лишь улыбнулась – добыча сама шла ей в руки. Майкл полоснул ножом по воздуху, тут же подпрыгнул и обеими ногами ударил врага в грудь. Женщина слишком поздно подалась в сторону, не успела уйти и, получив удар, рухнула на бок.
Майкл тоже упал, но быстро сгруппировался и подскочил. Бросился на воительницу, когда она едва успела упереться руками в снег, упал на нее локтем и принялся осыпать ударами. Она как-то вывернулась, перекатилась. Майкл все равно оказался сверху. Женщина свой нож потеряла, зато умудрилась сохранить прут. Махнула им, и Майкл, выронив нож, перехватил железку обеими руками. Они дергали прут каждый на себя, пока Майкл не сообразил ударить дальним концом прута женщину по зубам.
От жуткого треска ему сделалось дурно, и он чуть не выпустил прут. Зато женщина – зажав обеими руками лицо – его выпустила. Она верещала, крутилась и так и этак, пытаясь вылезти из-под Майкла, однако он крепко держал ее бедрами – как наездник на родео. Завладев прутом, он снова ударил. Раздался жуткий звук, и женщина замерла.
Майкл вскочил, подхватив с земли нож, приготовился. Женщина так и не поднялась.
Он стоял, хватая ртом ледяной воздух, пока кто-то не ударил его в спину – да так сильно, что голова запрокинулась, и он затылком врезал атаковавшему в нос. Оба упали; Майкла перевернули на спину, руки прижали к земле коленями. Прямо над собой он увидел покрытое шрамами лицо мужчины и дикие синие глаза. Вдвое больше поверженной товарки, боец уже приставил нож к горлу Майкла.
Плевать, что там говорила Сара. Надо срочно взламывать код и тащить сюда оружие из другой игры. Майкл закрыл глаза и, оказавшись посреди моря символов, принялся лихорадочно соображать… но было поздно.
Мужчина произнес что-то на непонятном языке и спокойно перерезал Майклу глотку. Холодная боль в шее сменилась теплом, когда из раны хлынула кровь.
Несколько секунд – и Майкл умер.

Глава 11
В траншеях

1

В замкнутых играх вроде «Дьяволов разрушения» период смерти – где-то с полминуты. Воскрешения приходилось ждать в пугающей черной пустоте. Это было сделано намеренно, дабы люди могли прочувствовать смерть, подумать: что, если бы они погибли в реальности? Задаться вопросом: «Вдруг я склеил бы ласты по-настоящему?»
Майкл бесился. Едва начали, а он уже помер! Даже в траншею заглянуть не успел! Как им вообще осмотреть поле боя?! Мысленно барабаня пальцами по воображаемой поверхности, он ждал, пока наконец впереди не вспыхнула искорка света. Она росла, увеличивалась, Майкла всосало в нее, и он вновь очутился в открытом мире виртнета.
Открыв глаза, он обнаружил, что лежит перед дверью, ведущей в заснеженный мир – тот, где его недавно убили. Майкл мысленно порадовался: хорошо, что не выбросило назад в вестибюль. Еще одной схватки с Каменной стеной и Райкер, этим злобным жвачным животным, он бы не выдержал.
Тело ныло от побоев после двух драк – если последнюю можно вообще назвать дракой, и Майкл со стоном поднялся на ноги. В тоннеле он был одни, значит, Брайсон и Сара еще живы. Ну, или погибли и успели вернуться в игру.
На Майкле был все тот же утепленный камуфляж, рядом на полу лежал рюкзак. Наскоро проверив арсенал – ни один автомат не стрелял – и сдуру метнув в коридор гранату – она тоже не взорвалась, Майкл отодвинул тяжелый засов и открыл дверь. Вышел в холодный ветреный мир, на ходу пытаясь сообразить, как можно взломать местный код и выжить в зверской войне.

2

Вдали Майкл увидел две фигуры, поднимающиеся по длинному белому склону. В них он узнал друзей: Сару – по длинным каштановым прядям, выбивающимся из-под лыжной шапки, Брайсона – по чванливой походке. Их было не догнать, и потому Майкл выбрал иное направление. Вместо того чтобы лезть в самую гущу сражения, он решил обойти поле брани справа, прижимаясь к склону холма, выбрать удобную незаметную позицию и уж оттуда бросаться на врага. Пройдя пару сотен метров, Майкл увидел, что и Сара с Брайсоном избрали ту же тактику, только поле они обходили слева.
Вот и славно. Так они, может, успеют обследовать хоть немного территории, прежде чем какой-нибудь сбрендивший горец или безумная женщина вновь перережет им глотки.
Ветер рвал одежду, снег и льдинки жалили в щеки и нос. Губы напоминали жженую бумагу, готовые лопнуть, если снова их облизать. Майкл почти хотел в бой – лишь бы разогнать в жилах кровь.
Ближе к вершине холма звуки сражения сделались четче. Дальше Майкл пополз на четвереньках, радуясь, что напрограммировал себе плотные перчатки.
На самом гребне лег на живот и присмотрелся к происходящему в долине. Далеко слева Брайсон и Сара двигались перебежками от холма к холму. Их вроде пока никто не заметил, и они приближались к внешнему ряду траншей – там и людей было поменьше. Основная мясорубка сосредоточилась в центре.
Ветер доносил лязг металла, звериные крики и первобытные вопли. Просто невероятно, как люди добровольно соглашались на участие в таком ужасе. На глазах у Майкла один солдат, не переставая орать во всю глотку, заколол другого. Сколько Майкл ни просмотрел фильмов, сколько игр ни прошел, ему не хотелось наблюдать такие картины. Тут царил сущий ад.
Надо сосредоточиться. Не попасться никому на глаза и пустить все силы на обыск позиций.
Майкл полз по-пластунски, опасаясь, как бы его не выдал рюкзак. Потом он все же решил избавиться от бесполезной ноши. В самом деле, для чего рюкзаки? Майклу еще сильно повезет, если он протянет до того момента, когда захочется поесть или переодеться.
Никем пока не замеченный, Майкл спускался к долине. Между ним и эпицентром сражения лежало несколько рядов траншей, однако Майкл по-прежнему не мог разглядеть, много ли в них засело солдат. Тогда он лег за ближайшим холмиком и сосредоточился. Слишком свежа была память о том, как ему перерезали горло. Да и шея до сих пор побаливала.
Майкл закрыл глаза и всмотрелся в окружающее его море кодовых символов. Он никак не мог вычислить алгоритм; символы будто постоянно перемешивались с дикой скоростью. Через пару минут, правда, удалось зацепиться за одну строчку – точной такой же Майкл воспользовался в другой игре, «Подземелья Делмара». Теперь его нож приобрел магические свойства: мог стрелять невидимыми лучами энергии. Такое вполне могло прокатить.
Всяко лучше, чем ничего.
По привычке Майкл мысленно настроился – убедил себя, что на самом деле его не убьют. Да, будет больно и страшно. Может, даже останется психологическая травма. Зато к концу дня он не умрет.
Закрыл глаза, несколько раз ровно и глубоко вдохнул. Снова открыл глаза. Вынул из-за пояса пропатченный нож.
Встал и устремился к ближайшей траншее.

3

Сердце бухало в груди, ледяной воздух обжигал горло. Майкл велел себе успокоиться, все забыть и бежать. Его заметила группа солдат по ту сторону траншеи, но они были слишком увлечены боем.
Ко рву Майкл подбежал неожиданно быстро. Остановившись, заглянул внутрь: пустой, футов пятнадцать в глубину, деревянная скамейка, посередине – раскисшая тропинка. Стены скрывались под брезентом, который поверху прижали старыми покрышками, котелками и сковородками.
Не увидев портала, Майкл чуть было не побежал дальше, однако вовремя остановился. Кто знает, на что похож этот портал? Легко ли вычислить брешь в коде? Да, сил они втроем угрохают – ого-го. Пройдет лет двести, прежде чем получится осмотреть все боевые позиции. Ребята же не знают, что именно надо искать.
Вздохнув, Майкл отыскал лестницу и спустился вниз.

4

Майкл нырнул под брезент и пошел вдоль стены, на ходу ее ощупывая. Впрочем, ничего, кроме льда и утрамбованного снега, не нашел. Ничего странного, необычного. Время от времени он закрывал глаза, выискивая аномалии в кодировке. Тщетно.
Выбравшись из-под брезента, Майкл осмотрелся – в траншее по-прежнему было пусто. Тогда он нырнул под настил с противоположной стороны.
Его и там ждало разочарование.
Майкл потоптался в слякоти, проверил код – пусто. Проверил скамейку, прочитал ее код – пусто.
Выбираясь наружу, он старался не думать о потраченном времени. Отыскать портал иначе не выйдет – надо осмотреть все рвы. Майкл еще раз вздохнул, убеждая себя, что время он тратит далеко не впустую.
Уговоры уговорами, а от противного чувства, что поиски тщетны, избавиться не получалось. Осмотреть предстояло где-то с сотню траншей.
Нападать на Майкла пока никто не пытался, но и друзья куда-то запропастились.
Ладно, пора осматривать следующую яму.

5

В этой тоже никого не было.
Майкл скользнул вниз, залез под брезент и прошелся вдоль одной стороны, потом вылез из-под покрытия и забрался под него с другой стороны. Попутно проверял код, однако нигде не нашел бреши.
Расстроенный, но готовый продолжать поиски, Майкл вылез наружу. Он невольно ослабил бдительность, а потому удивился, заметив наверху женщину: чистый белый масккостюм, как у него самого (должно быть, она только вылезла из тоннеля); миловидное лицо портила отвратительная кровожадная гримаса.
– Микки обещал мне легкий бой, – произнесла женщина. – Что может быть лучше подростка-нарушителя, тайком проникшего в игру? Ты для меня – отличное начало.
Пока она говорила, черты лица ее немного смягчились, затем их снова исказила злобная гримаса.
– Легкий бой? – эхом повторил Майкл. – С чего это ты взяла?
Он шагнул назад, встав на краю траншеи. Изобразил из себя напуганного подростка, который пытается храбриться.
– Ты здесь который раз? – спросила женщина, вновь перестав ухмыляться.
– Это – мой первый, – невинно ответил Майкл. – Но я и раньше убивал. Уже неплохо, да?
Она покачала головой.
– Какой кайф я словлю…
– Рискни здоровьем, – ответил Майкл.
Он ждал, что женщина атакует первой, и дождался. Густо покраснев, она бросилась на него, занесла кулак, и Майкл нырнул в сторону. Рискуя упасть в траншею, он тем не менее хотел избежать драки. Достал нож и выстрелил невидимым лучом энергии женщине в грудь.
Противница пролетела мимо и, вопя, рухнула вниз. Майкл вскочил и побежал к следующей позиции. Если ему повезет, женщина сломает ногу.

6

В траншее на лавке спал всего один человек. Вне себя от радости, Майкл стал спускаться. Сначала он думал быстренько обыскать ров и не тревожить человека, потом решил не рисковать. Солдат мог проснуться и напасть, когда Майкл зароется под брезент.
Грудь спящего мерно вздымалась и опускалась. Не желая подходить слишком близко, Майкл достал клинок, приметился к шее врага и полоснул по ней пучком лазерной энергии. Он чуть не сблевал, когда солдат вскочил с лавки, хватаясь за рану. Второй раз за день Майкл напомнил себе, что убил человека не по-настоящему.
Солдат истек кровью и исчез.
Быстрый и тщательный осмотр показал: Майкл вновь, третий раз ошибся. Впереди его ждали еще десятки траншей. Он застонал.
– Грустно тебе там внизу?
На краю рва, прямо над Майклом, стояли двое: мужчина и женщина. Женщина перебрасывала из руки в руку гранату.
– Э-э… нет, я только передохнуть решил. – Хорошо хоть одежда в грязи, так Майкл больше сходил за «местного».
– Мелкий дурачок, – сказал мужчина. – Думаешь безнаказанно использовать примочки из других игр? Сопляк ты зеленый.
Майкл сощурился.
– Вы о чем?
– Ты стоишь на месте, не бежишь. Думаешь, что граната у нас не фурычит.
Майкл хотел было ответить, но тут женщина выдернула чеку и бросила гранату в траншею. Снаряд влажно чавкнул, упав в слякоть у ног Майкла. Он все смотрел на двух солдат с вызовом, а те… бросились наутек.
Майкл почувствовал взрыв: ощутил острую и внезапную вспышку боли и даже не успел вскрикнуть. На смену агонии пришла черная бездна, которую здесь называли смертью.

7

Он очнулся в самом начале ледяного тоннеля. Увидев его, сидевший на лавке Брайсон ничуть не удивился.
– Фигово, когда тебя там убивают, – поделился он. – Больно. – Помолчав, Брайсон добавил: – Везде больно.
– Да, меня тоже всего ломает.
Майкл встал и потянулся. Смертельные раны по-прежнему ныли. Гроб обо всем позаботился – и о реальности ощущений, и об их продолжительности.
– Как дела у Сары? – спросил Майкл.
Брайсон пожал плечами.
– Не знаю. Мы разделились.
– Сколько ты траншей облазил?
Брайсон поднял два пальца.
– Полный ноль.
– Черт, – простонал Майкл. – Так мы годами будем рыскать по ним.
– Не, все норм, – сказал Брайсон, вставая. – Ну как, готов еще повеселиться?
Майкл пристально взглянул на друга.
– Какой там, мне противна каждая секунда, проведенная в этой игре. – Он вытащил нож. – Я все же позаимствовал кое-что из «Подземелий Делмара».
– Ага, – задумчиво ответил Брайсон и скривился. – Поражаюсь, как эти старички любят убивать друг друга… словно звери. Надо и себе помощь напрограммировать.
Майкл кивнул.
– Пошли искать этот драный портал.
Они вышли в дверь.

8

Следующие два дня превратились для Майкла в сущий ад.
Он погибал двадцать семь раз – всеми возможными в этой ледяной пустыне способами. Какие-то смерти были хуже других, однако Майкл продолжал возвращаться к поискам. Трюк с ножом помогал, и не раз; еще Майкл протащил в игру особые скилы, вроде длинных скачков – из игры «Пряжки по каньонам» или скоростного перемещения – из игры «Бег с быками». Выделить их и протащить сюда было трудно, да и помогали способности лишь тем, что отсрочивали неизбежную гибель.
Однако Майкл не сдавался.
Как ни странно, каждый день на закате трубил рог и бои прекращались. Люди, которые еще секунду назад готовы были перегрызть друг другу глотки, шли ужинать – хромая и поддерживая друг друга. Смеясь.
После общей трапезы Майкл с друзьями перебирались туда, где светили отопительные лампы и лежали спальные мешки. В первую ночь они тайком пробрались к траншеям и хотели обыскать их в спокойной обстановке, но наткнулись на файрволлы уровнем куда выше среднего. Изможденные, ребята не стали даже пытаться их взламывать.
Утром все началось заново: убивать, убивать и гибнуть. Терпеть и страдать. Еще убивать, снова гибнуть. Майкл впервые понял, отчего солдаты, возвращаясь домой, с трудом приходили в себя после всего, что видели и творили на войне. Или того, что сотворили с ними. Будь у Майкла виртуальная душа, она сейчас вытекала бы из него сквозь поры.
Успокаивало только то, что рядом друзья. Они почти не разговаривали – времени не было, зато хотя бы не расставались.
Ближе к вечеру третьего дня Сара нашла портал.

Глава 12
Прямое предупреждение

1

Майкла взорвали еще одной действующей гранатой. Если он что и усвоил в игре «Дьяволы разрушения», так это одну простую истину: неважно, сколько раз ты умрешь, погибать легче не становится.
В тоннеле его ждала Сара. Она сидела, подобрав под себя ноги и привалившись спиной к стене. Майкл устроился напротив, и Сара тихонько сказала:
– Нашла.
Майкл чувствовал, что в нем самом жизни оставалось не больше, чем в голосе Сары. Они заплатили за находку чересчур большую цену. Прежними им уже не быть.
Впрочем, облегчение он испытал, пусть и небольшое.
– Где? – спросил Майкл. Во взгляде подруги он прочел то же облегчение, что чувствовал сам.
– В пятом ряду от палаток, если двигаться к центру, по левую руку. В траншее засело человек пять или шесть. Какое у них оружие – не знаю. Я едва успела засечь портал, как они меня убили.
– Все будет хорошо, – пообещал Саре Майкл. – Дождемся Брайсона и составим план. Может, даже не придется прыгать в эту яму и устраивать бойню.
Сара слабо улыбнулась, и Майкл слегка воспрял духом.
– Теперь мы хотя бы знаем, где портал. Я бы, наверное, так больше не выдержал: бегать от ямы к яме, гадать, каким еще чудесным способом тебя лишат жизни.
– Обязательно выберусь в развлекательный тур – мочить из лазера космических пришельцев-убийц.
Ребята встретились взглядами и молча смотрели друг другу в глаза, как бы делясь переживаниями, а потом голова Майкла взорвалась болью.

2

Майкл рухнул на пол и свернулся в клубок. Он даже не заметил, как рядом упала на колени Сара, как она трясет его за плечо и просит сказать, в чем дело. Майкл не мог выдавить из себя ни слова. Только хватался за голову, внутри которой пульсировал очаг боли, и раскачивался взад-вперед. А еще он помнил о видениях, настигших его в переулке, и благоразумно не открывал глаз.
Видения, страшные и безумные. Будут ли они в виртнете такими же, как наяву, Майкл проверять не хотел, поэтому зажмурился и ждал, пока утихнет боль.
Прошла она внезапно, как и в первый раз, – будто и не было. Исчезла бесследно и моментально: секунду назад Майкл умирал, и вот он снова здоров. Правда, ему почудился голос…
Сара сказала, что Майкл бился в припадке минуты три, хотя для самого Майкла приступ длился, казалось, целый час. Сара помогла сесть. Уставившись в потолок, он подумал: нормальная такая неделька выдалась.
– Как ты? – спросила Сара.
– Ничего, – ответил Майкл, взглянув на нее. – Боль если проходит, то проходит совсем. Сейчас вот ничего не чувствую, абсолютно.
Зато в целом Майкл ощущал себя разбитым и слабым. Его мучил страх. На несколько дней он забыл о приступах и уже было обрадовался, что можно забыть о них окончательно.
Сара погладила его по голове.
– Что это чудовище с тобой сделало? – пробормотала она.
Решив, что она имеет в виду гончую, Майкл пожал плечами.
– Не знаю. Помню ощущение: будто мозг высасывают из головы. Может, так оно и было? Часть мозга забрали?
– Приступы вроде не регулярные, так? Какое-то время их не было. Надеюсь, что они будут случаться реже и реже, а там и вовсе прекратятся.
В тоннеле материализовался Брайсон – он просто светился от гордости. Сара поспешила убрать руку от головы Майкла.
– Эгей! Нашел! – крикнул Брайсон. – Есть портал!
– Подумаешь, – усмехнулась Сара. – Я тебе опередила, тормоз.
Правда, сказав это, она искренне улыбнулась. Ощущение пустоты в сердце Майкла ушло, однако страх никуда не делся. Майкл все надеялся, что голос – побочный эффект приступа, галлюцинация, что он не слышал обращенных к нему слов: «Ты молодец, Майкл».

3

Рассказывая о находке, Брайсон описал ту самую траншею, в которой засекла портал Сара. Тогда ребята напрягли усталые мозги, чтобы составить хоть какой-нибудь план: нужно будет подобраться к точке и выиграть время на манипуляции с кодом, потыкаться в брешь. От прямого столкновения с засевшими в окопе солдатами отказались сразу.
Тут Майкл вспомнил о гранатах. Рабочие экземпляры в игре точно имелись – Майкла взрывали раза три или четыре. Сказать, что Майкл не желал отыграться на ком-нибудь, значило откровенно солгать.
Когда он поделился мыслью с друзьями, Брайсон заметил:
– Идея хорошая, но надо будет захватить гранат побольше. На случай, если какие-то не сработают.
– Возьмем сколько сможем, – сказала Сара. – Закинем их все траншею, и я напрограммирую искру с фитилем из «Оружейных маньяков». Будем надеяться, что гранаты сдетонируют.
– Тогда за дело, – подытожил разговор Майкл и принялся выгребать все из своего рюкзака.

4

Набив ранцы гранатами, ребята закинули их за плечи, напрограммировали себе шапки и перчатки и вышли в морозный зимний день.
Майкл и Сара следовали за Брайсоном по левой стороне долины, стараясь держаться ниже гребня холма, чтобы их не заметили. Уже потом, у подъема, упали на брюхо и поползли к вершине.
Майклу в голову пришла одна мысль.
– Может, переждем ночь и утром, когда в траншее никого не будет, пробьемся к порталу?
Этим он хотел сказать: «Давайте не будем спускаться в эту преисподнюю». Он не знал, выдержит ли еще один заход.
– Слушай, мне тоже страшно, – сказал Брайсон. – Но мы не можем позволить себе потерять еще одну ночь. Убьем солдат, если надо будет.
– Ладно, – скрепя сердце согласился Майкл. – Только помните: мы либо пройдем все разом, либо не проходит никто. По одному телепортироваться нельзя, иначе потом друг друга не найти.
– Согласен, – отозвался Брайсон. – Да и позволять себя грохать – плохая привычка. Так что не подставляемся.
– Аминь, – поддержал его Майкл. – Смерть отныне – в моем черном списке.
Майкл еще раз окинул взглядом поле боя: им предстояло миновать десятки очагов кровопролития и с дюжину траншей. Шансы пробраться к порталу незамеченными были, честно говоря, невелики. Сара, судя по выражению лица, думала о том же.
– Ладно, – неожиданно командным тоном сказала она. – Думаю, пробиться можно, главное – повторяйте за мной. Если кого-то из нас перехватят – остальные отбивают.
– Понял, – ответил Брайсон. – Держимся вместе. Вперед.
Сердце Майкла работало как мотор гоночного автомобиля.
– Да, – только и сумел выговорить он.
– Пошли.
Сара вскочила на ноги и понеслась вниз по обледенелому склону. Майкл и Брайсон – за ней.

5

До траншеи добирались час. Все это время приходилось сражаться: иногда с одиночными врагами – с этими справиться удавалось легко, а иногда с группами по двое, трое или четверо – эти нападали скопом. Тут пригодился опыт множества смертей… ну, и пропатченное оружие.
На сей раз они не умрут – Майкл клялся себе в этом снова и снова. С каждой минутой силы таяли, но адреналин бурлил в крови и гнал его дальше. С каждым новым боем словно из ниоткуда бралась энергия убивать.
Наконец до заветной траншеи осталось всего несколько футов. Ребята были в крови и синяках, одежда порвалась. Брайсон потерял рюкзак; на всю компанию остался всего один нож, зато врагов поблизости видно не было.
Сара упала на колени, расстегнула рюкзак и вытряхнула гранаты на мерзлую землю. Вытряхнул свои и Майкл, а Брайсон отправился на разведку.
– Там их пять или шесть, – сказал он, вернувшись и упав на колени. Он помог друзьям подготовить гранаты. – Быстрее, бросаем их! Пока солдаты курят.
Майкл мигом выдернул чеку и метнул первую гранату в траншею. Не дожидаясь результата, метнул вторую. Потом еще и еще. Брайсон и Сара не отставали. За несколько секунд в траншею закинули с дюжину гранат.
Сара прикрыла глаза – они подрагивали за пеленой век – и мысленно погрузилась в море кодовых символов. В груди у нее полыхнула яркая вспышка света, и Майкл рефлекторно прикрыл глаза рукой. Щурясь, он увидел, как сгусток пламени кометой выстрелил из груди Сары в яму.
В дальнем конце рва показался солдат – он уже лез наружу, и Майкл раскрыл было рот, желая предупредить друзей, но тут оглушительно громыхнуло. Из траншеи вырвались сгустки пламени и металлические осколки.
– Вперед! – прокричала Сара, вскочив на ноги и устремившись к лестнице. Солдат, которого чуть раньше заметил Майкл, распластался на самой кромке ямы: взрывом спину ему превратило в кровавое месиво.
Брайсон и Майкл бежали бок о бок следом за Сарой. На ходу Майкл заглянул в траншею – вдруг кто выжил, но увидел внизу лишь трупы. Один за другим они исчезали.
Друзья как раз приблизились к лестнице, когда солдат на кромке траншеи перевернулся на спину. Он еще не умер, но был к тому близок и знал это.
Сара уже спускалась вниз, Брайсон – тоже. Когда на лестнице оказался Майкл, полумертвый солдат схватил его за руку и развернул к себе. Вот это силища у живого трупа! Майкл, впрочем, сумел вырваться, однако заметил, что солдат пытается что-то сказать: дрожа всем телом, он шевелил губами.
Майклу показалось, что солдат зовет его по имени.
– Что ты сказал? – переспросил он, подавшись ближе к раненому.
Солдат собрал оставшиеся силы и отчетливо произнес:
– Берегись Каина. Ты ошибаешься на его счет.
Сказав это, раненый умер, и его тело растворилось в воздухе.

Глава 13
Парящий диск

1

– Спускайся быстрее! – прокричала Сара.
Очнувшись, Майкл понял, что смотрит на пятачок окровавленного снега. Что происходит? Сначала голос, что прозвучал в голове во время последнего приступа, теперь предупреждение от умирающего солдата… Что все это значит?!
В глубине души Майкл опасался, что Каин отлично знает о его планах и действиях. Так может, он и вовсе ждет, пока Майкл до него доберется?
– Чувак!
Майкл обернулся. Брайсон смотрел на него снизу вверх.
– Ты чего там застрял? – крикнул друг.
– Задумался, – тупо ответил Майкл. – Прости.
Когда он спускался к друзьям, к траншее уже со всех сторон бежали солдаты.
Брайсон покачал головой.
– С тобой точно в разведку не пойдешь.
– Тот солдат тебе что-то сказал? – спросила Сара.
Майкл кивнул.
– Да, потом расскажу. К нам идут гости, и они очень рады – как зомби свежему мясу.
– Сюда! – Брайсон жестом велел друзьям следовать за ним.
Они гуськом пробежали футов пятнадцать по тропинке до того места, где брезент повредило взрывом. Сквозь прорехи в других местах виднелся снег и лед, а тут пробивалось легкое фиолетовое свечение.
Крики солдат приближались и становились громче.
– Надо ловить момент, – сказала Сара и обернулась к Майклу. – Мы с Брайсоном ломаем код, а ты нас охраняй.
Майкл приготовился отбивать вражеские атаки; Брайсон сорвал кусок брезента – за ним обнаружился тоннель высотой футов в шесть. В какой-то момент черная пустота внутри тоннеля превратилась в пульсирующий источник фиолетового света. Разглядеть, что за ним, Майкл не мог: чем пристальней он вглядывался, тем больше все расплывалось перед глазами.
– Это те самые дети! – прокричали сверху.
Сара и Брайсон шагнули в тоннель; Майкл обернулся и увидел у кромки траншеи мужчину с тесаком.
Не теряя ни секунды, Майкл сиганул вслед за друзьями в фиолетовое ничто.

2

Звуки Гренландской войны моментально пропали, будто за спиной захлопнулась дверь; в тоннеле сделалось абсолютно тихо. Брайсон и Сара были тут же, в странном тоннеле: опустились на четвереньки – как и сам Майкл – и, прикрыв глаза, сосредоточились на взломе кода.
– Я, кажется, зацепила карту или нечто вроде путеводителя, – не открывая глаз, сообщила Сара. – Видишь ее?
Брайсон кивнул.
– Едва различима. Чтобы держаться, надо постоянно проверять код.
– Что у вас там? – спросил Майкл. – Мне что делать?
Сара обернулась к нему.
– Портал сам по себе не закрыт, но в нем легко потеряться. Совсем потеряться. В строчках кода мы пока засекли несколько вешек. По ним попробуем выбраться на первый уровень Пути.
– Понятно.
Так и не открывая глаз, Сара похлопала Майкла по плечу.
– Кто-то должен нас охранять: мало ли что может случиться, пока мы с Брайсоном сканируем код. Будь начеку.
– Конечно. Глядеть в оба – это просто.
– Послушные друзья мне нравятся, – усмехнулся Брайсон.
– Тогда продолжим, – сказала Сара, отстраняясь от Майкла. – Нам сюда.
На четвереньках она поползла дальше в глубь тоннеля; Майкл и Брайсон – следом.
Несколько минут все оставалось по-прежнему. Только сильно давило в груди; стоило же остановиться и перевести дух, как давление пропадало и Майкл снова мог спокойно дышать. Тишина казалась подозрительной, потому что больше напоминала непрерывный гул. Поначалу Майкл решил, что друзья, сосредоточенные на взломе, молчат, но когда он позвал их, то с его губ не сорвалось ни звука. Словно кто-то нажал на пульте кнопку «mute».
Майкл продолжал ползти вперед, ориентируясь на пятки Брайсона. Он до смерти боялся, что Сара и Брайсон могут в любой миг исчезнуть и оставить его одного. Ладони и колени ныли, мышцы сводило судорогой. Голова кружилась, тошнило.
Друзья ползли все дальше и дальше, будто три муравья. Позади осталась миля, если не две. Майкл не привык к таким длительным переходам, тело отказывалось подчиняться. Понемногу росло чувство паники и удушья; его приходилось глушить, сосредоточиваясь на каждом движении и положившись на хакерские способности друзей. Майкл никогда бы не подумал, что будет с такой надеждой взирать на зад Брайсона – как на путеводный огонь в глубине кромешной тьмы.
Они все еще ползли в полной тишине, когда Майкла чем-то резко придавило, прижало к полу. Лежа на животе, он не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть. Только кричать в ужасе и дергать руками-ногами – но и это давалось с трудом. Разум начал погружаться в некий туман, и Майкла охватило дикое чувство, будто он уже не управляет собой.
А потом все закончилось. Все: и тоннель, и тишина; пропал невидимый груз, что давил сверху. Майкл вместе с друзьями оказался на краю каменного диска диаметром в десятки футов, который будто парил в воздухе. Над головой клубились гигантские тучи. Сверкали молнии, гремел гром; из-за влажности было тяжело дышать.
Ничего подобного Майкл в виртнете не видел. Он понятия не имел, куда они попали, но был рад покинуть наконец проклятый фиолетовый тоннель.
– Эй! – Брайсон мотнул головой за спину Майкла.
Обернувшись, Майкл взглянул на центр диска и обомлел. Когда они прибыли, там никого и ничего не было; сейчас посреди площадки, завернувшись в бесформенную серую шаль, покачивалась в скрипучем деревянном кресле старушка. Ни дать ни взять, добрая бабуля.
– Привет, мои юные друзья, – хрипло прокаркала она. – Присядьте подле меня, переведите дух.

3

Друзья продолжали пялиться на старушку. Никто не стронулся с места. Тогда она подалась вперед и сказала:
– О боги! Тащите поскорее сюда ваши попки, не то поплатитесь, обещаю!
Испугавшись внезапной перемены в настроении старушки, Майкл вместе с друзьями поспешил в центр круга.
– Сядьте, – приказала она. Ее сухие губы морщинились, будто во рту не осталось ни зуба; голос звучал сухо и надтреснуто.
Ребята повиновались. Майкл, сев по-турецки, стал ждать, что дальше. Странные дела происходили тут, однако к подобным диковинным персонажам Майкл привык. Как-никак полжизни провел во сне. Чаще всего среди незнакомцев попадались безвредные типы, однако Майкл с друзьями вышел на Путь, и значит, старушка может быть связана с Каином. То есть она – потенциальный враг.
Старушка пристально оглядела троих ребят. Ясные глаза – все, что осталось в ней молодого, остальное же тело напоминало развалину: желтая сморщенная кожа свисала с костей, с головы – редкие тонкие волосы; древние руки лежали, сложенные на коленях переплетенными древесными корнями.
– Где мы? – спросила Сара. – Кто вы такая?
Старушка взглянула на нее.
– Говоришь, кто я такая? И где вы очутились? Что это за место, почему оно здесь? Откуда мы и куда направляемся? Ты так и сыплешь вопросами, девочка. Ответы скрываются в клубах туч.
Женщина устремила взгляд куда-то вдаль. Майкл обернулся к Брайсону, и тот вздернул брови: помолчи, мол, хоть немного.
– Вот ты, – дрожащим скрюченным пальцем женщина указала на Майкла. – Отмочишь остроту – и тебе конец.
Черты лица ее ожесточились, и Майкл понял: с этой старушкой лучше не ссориться. Того и гляди обернется драконом – проглотит всех троих.
– Твой мозг переварил мои слова? – спросила она, сощурившись, отчего морщины вокруг глаз сделались глубже. – Понял ты меня?
Брайсон ткнул Майкла локтем в бок.
– Будь паинькой.
– Да, – ответил Майкл. – Все понял, усвоил.
Кивнув, старуха снова откинулась на спинку кресла и стала раскачиваться.
– Вы, детки, даже не приветствовали как следует старую больную женщину, а уже сыплете вопросами.
– Простите, – сказала Сара. – Нам правда жаль. Мы через такое прошли, чтобы попасть сюда… Теперь узнать бы, как продолжить путь. Нам надо в Освященную Долину.
– О, мне хорошо известно, чего жаждут ваши горячие сердца. Путь ведет лишь в одно место, а в это место ведет лишь один путь. До Освященной Долины далеко.
– Так что же нам надо знать? – весь нетерпение, спросил Майкл.
Старуха вновь ткнула в его сторону пожелтевшим ногтем.
– Этому говорить впредь запрещается. Пусть только пикнет – и я уйду.
Не успел Майкл издать ни звука, как Брайсон зажал ему рот ладонью.
– Ему тяжело пришлось, пока мы сюда добирались. Он чуть менее сдержан, чем мы. Не волнуйтесь, больше он ничего не скажет. Правда, Майкл? Будь паинькой, кивни один раз, если согласен.
Как ни хотелось врезать Брайсону, Майкл все же улыбнулся, кивнул и убрал руку друга от лица.
Тогда старуха сложила ладони на коленях и принялась говорить.

4

– Зовут меня Кошелкой, и не спрашивайте почему. Я слежу за Путем. Порой к нам забредают нарушители. Думаю, не надо говорить, что Путь – дорога не из приятных? Совсем не из приятных. Остряки назвали бы это иронией, однако единственное назначение Пути – испытывать людей и не давать им никуда добраться.
Она помолчала немного.
– Здесь все иначе, не как в остальных зонах виртнета. Чтобы попасть сюда, вам пришлось применить свои таланты хакеров, но впредь надо будет думать головой. Вам предстоит запомнить одно правило, услышав о котором, вы пожалеете, что не оглохли.
– Что за правило? – спросила Сара.
Кошелка некоторое время не отвечала, и Майкл чуть не лопнул от нетерпения.
– Со смертью тут для вас все закончится, – сказала наконец старуха. – Как для кроликов в пещере льва. Вас вернет назад в явь, и шансов снова стать на Путь будет столько же, как если бы вы решили пешком добраться с Венеры до Марса. То есть никаких. Да, вы здесь, и этого не отменишь. Вы умело воспользовались способностями и опытом, проявили храбрость. Правда, мы вас зарегистрировали, запомнили и знаем как облупленных. Второй раз сюда уже не пустим.
Майкл судорожно сглотнул и взволнованно посмотрел на друзей. Серьезные дела. Даже самые требовательные и жестокие игры всего лишь отсылали погибшего игрока в начало, мариновали его, а после вновь разблокировали доступ. Люди спокойно пробовали в играх все, на что не отважились бы в реальной жизни. В этом вся прелесть виртнета – всегда можно вернуться и попытать счастья вновь.
Зато, если верить старухе, тут у Майкла и его друзей всего один шанс. Если бы то же условие действовало в «Дьяволах разрушения», путешествие закончилось бы для них несколько дней назад.
– Вы принимаете новость, как взрослые, – заметила Кошелка. – Отдаю вам должное. На Пути все иначе, никогда прежде не создавалось столь совершенного файрволла.
Майкл буквально лопался – хотел сказать что-нибудь. Приказ молчать сводил с ума.
Слава богу, заговорил Брайсон.
– Так, если мы умрем, нас выкинет в явь. Это понятно. Что еще скажете?
Кошелка улыбнулась.
– Покинуть диск вы можете двумя путями. Первый: спрыгнуть с него, разбиться насмерть и вернуться в явь.
Ну нет, так не пойдет.
– А второй? – спросил Брайсон.
Женщина снова улыбнулась, отчего морщин на лице у нее прибавилось.
– Угадайте, который час.

5

Как только она это сказала, диск провалился в пустоту на несколько футов. Желудок у Майкла подскочил к горлу, и он машинально выпростал руки, чтобы ухватиться за что-нибудь.
В небе сверкали молнии, а вокруг диска – в нескольких футах от края платформы – в случайном порядке стали появляться и исчезать черные дыры.
Диск внезапно повернулся вокруг оси, и Майкла швырнуло к краю. Кресло Кошелки, впрочем, оставалось на месте. Старуха весело закудахтала.
– В чем дело? – спросила Сара. – Мы движемся?
Майкл прополз обратно к центру.
– Я ведь уже сказала, что от вас требуется, – напомнила Кошелка. – Программирование вам тут не поможет.
– Что же нам делать? – спросил Майкл, забыв о запрете. – Как узнать время?
В глазах старухи полыхнул гнев.
– Сейчас я скажу вам, трем надоедам, еще пару слов и уйду.
– Ну так говорите, – поторопил ее Майкл.
Диск снова повернулся; друзья с трудом удерживались на месте. По-прежнему появлялись и пропадали черные прямоугольники посреди пустоты. Тучи клубились, бурлили, сжимались и снова росли.
Кошелка поерзала в кресле.
– Слушайте внимательно, – ровным голосом произнесла она. – Повторять не стану.
– Ладно, – ответила Сара. – Мы готовы.
Ну, Сара, сама деловитость. Как всегда. Майкл подался ближе к Кошелке и приготовился слушать, не пропустить ни слова. Когда Кошелка заговорила, слова ее звучали ясно и вместе с тем загадочно:

Готовый выбрать ведьмин час,
Представь-ка башню выше нас.
Не торопись в ночную мглу,
Взгляни на полую луну.

Хихикнув напоследок, старуха исчезла вместе с креслом.

6

Сосредоточенный на том, чтобы запомнить слова, Майкл и не заметил, как старуха исчезла. Он закрыл глаза и попытался повторить стишок по памяти. К стыду своему, запомнил он лишь половину подсказки.
– Вы все поняли? – спросил Брайсон.
Майкл угрюмо посмотрел на друга.
– Гм… вроде бы. Половину запомнил… или половину забыл.
Сара уже хотела сказать что-то, но тут диск повернулся на девяносто градусов. Черные прямоугольники – похожие на порталы – никуда не делись. Они то появлялись, то исчезали.
– Так, я вроде все запомнила.
Брайсон включил экран с клавиатурой и под диктовку Сары записал стих. Сара запомнила большую его часть. Потом ребята вместе постарались припомнить недостающие слова, перечитали подсказку и сошлись во мнении, что она полная. Понятнее, впрочем, не стало.
Майкл в расстройстве вскинул руки.
– Пояснее эта старая кляча высказаться не могла?!
– Ну, – пожал плечами Брайсон, – она дала понять: нам надо определить, который час. Думаю, угадав время, мы узнаем, когда начинается жизнь на каменной летающей тарелке.
Сара застонала.
– Продолжайте, мальчики. У нас получится.
– Знаю, – ответил Майкл. – Итак, что у нас есть? Диск вращается вокруг оси, эти порталы куда-то да ведут, нам загадали загадку про ведьмин час. И, как сказал Брайсон, Кошелка велела определить время.
– Да, и мы на диске, – напомнила Сара. – Он круглый как циферблат.
– Так может, – вклинился Брайсон, – надо решить задачку, выбрать верный час и точку на диске, а после прыгнуть в один из этих черных прямоугольников?
– Тут же нет цифр! – заметил Майкл. Не успели друзья ответить, как он отполз к краю диска и присмотрелся к каменной поверхности.
– Осторожно! – крикнула ему Сара. – Вдруг эта штука снова крутанется!
В тот же миг диск повернулся. Майкл упал на бок и покатился. Растерявшись, он закричал. Потом все же затормозил, уперев ладони в диск. Открыл глаза.
До края оставалось еще десять футов. Воображая, как потом Брайсон над ним поиздевается, Майкл поднялся на четвереньки и снова пополз к краю. Ноги и руки он расставил как можно шире – для большей устойчивости. Прямо перед ним раскрылся портал: глубина его казалась безмерной, а тьма внутри – живой.
Майкл лег на живот. Портал тем временем исчез, на его месте клубились и бурлили тучи. Майкл зажмурился и чуть высунулся за край диска. Открыл глаза и на ребре каменного блюдца увидел символы, цифры: большая единица и двойка. Двенадцать.
– Нашел полночь! – обернувшись, закричал Майкл друзьям.

7

Сара тут же ответила:
– Ползи назад, пока эта штуковина не сбросила тебя за борт!
Майкл отполз немного влево, нашел цифру одиннадцать. Потом развернулся и поднялся на четвереньки. Диск закрутился, и Майкл замер, выждал, пока вращение остановится. Затем пополз к друзьям.
– Он пронумерован, – сообщил Майкл Брайсону и Саре. – Прямо как циферблат.
Сара кивнула.
– Есть, откуда плясать. Брайсон отметит место ногами.
Брайсон сидел, вытянув ноги в сторону, где Майкл нашел отметку полуночи.
– А вы молодцы, ребята.
– Ага, осталось самое легкое, – сказал Брайсон. – Отгадать загадку.
Перед ним так и висел в воздухе экран, на котором светились строчки подсказки. Брайсон развернулся к друзьям, и Майкл прочел:

Готовый выбрать ведьмин час,
Представь-ка башню выше нас.
Не торопись в ночную мглу,
Взгляни на полую луну.

– Должно быть, дело в лунных циклах, – вслух подумала Сара. – Кто-нибудь разбирается в фазах луны?
– То есть когда луна будет полой? – подсказал Брайсон. – Неужто в загадке сказано про молодой месяц, которого почти не видно? Или речь о затмении?
Диск провернулся, и они замерли.
Сара глубоко задумалась.
– Тогда что такое башня? Символ чего-то? Когда на небе молодой месяц и… О господи, сама не понимаю, что несу!
Присев, Майкл взглянул на друзей. Что-то подсказывало ему: они думают не в том направлении. Совершенно не в том. Дело совсем не в луне, не в ее фазах и циклах, и башни здесь не при делах. Речь о другом, и Майкл чувствовал, что почти – именно почти – понял, о чем же.
– Майкл? – позвала Сара. – Ты у нас гений. Что скажешь?
Майкл смотрел ей в глаза, но не видел ее. В уме он вновь и вновь прокручивал загадку. Ответ был близок…
– Ну? – поторопила его Сара. – Что ты…
В этот момент произошли сразу две вещи. Раздался хлопок, будто сотня самолетов преодолела звуковой барьер, – такой громкий, что заложило уши. В небе полыхнула ослепительная вспышка, и в диск – футах в двадцати от места, где расположились друзья, – ударил сноп чистого белого пламени.
В ушах звенело, перед глазами поплыли цветные круги.
– Что теперь? – Голос Брайсона будто пробивался сквозь толстый слой ваты.
Майкл с трудом пришел в себя. Ударной волной его откинуло на спину. Едва он перекатился на живот и встал на четвереньки, как раздался громкий треск – словно откололся кусок ледника. Обернувшись на звук, Майкл увидел, как разваливается диск: от того места, куда ударила молния, расходились тонкие трещины. Паутина трещин росла и ширилась. Кошмар! Каменное блюдце вот-вот раскрошится!
– Встаем! – прокричал Майкл. – Теснее! Плотнее!
На ходу он продолжал соображать. В голове стало ясно-преясно, разум сосредоточился, и ответ пришел сам собой. Майкл чуть не рассмеялся.
– Десять часов! – завопил он. – Ждем портал на десять часов!

8

Диск повернулся, и друзья схватились друг за друга. Каменное крошево полетело через край в пустоту. Паутина трещинок тем временем покрыла уже почти весь диск.
– Идем! – крикнул Майкл и двинулся в верном, как ему казалось, направлении. Брайсон больше не сидел ногами в сторону полуночи, и действовать пришлось наугад. Времени не было. Черные порталы то появлялись, то исчезали.
– Нет! – остановил Майкла Брайсон. – В другую сторону.
Он показал, куда надо бежать.
Майкл инстинктам друзей верил, поэтому спорить не стал. Развернулся вслед за Брайсоном. Камень под ногами, словно песок, осыпался и проваливался. Справа раздался треск, и Майкл с ужасом увидел, как от диска откололся и ухнул в облачную бездну кусок размером футов в десять.
– Смотрите! – указала Сара на левый бок диска.
На нем красовалась четверка. Выходит, Брайсон ошибся.
– Простите! – прокричал он.
Диск повернулся, и друзья упали друг на друга. Майкл попытался встать, но рука провалилась в пустоту. Локоть чиркнул о камень, и Майкл быстро отдернул руку, чтобы самому не свалиться с диска. Брайсон резко оттащил друга от края, и Майкл упал на Сару. Диск дрожал и трясся; ребята словно очутились в эпицентре землетрясения. Отовсюду слышалось, как трещит и осыпается камень.
Все, на осторожности времени не осталось. Майкл быстро встал и схватил друзей за руки.
– За мной!
Увлекая за собой Сару и Брайсона, перепрыгивая на ходу через трещины и разломы, он побежал. Слева откололся еще кусок, справа – второй. В середине, где стояло кресло Кошелки, диск взорвался фонтаном каменной крошки; сквозь дыру стало видно лиловое небо. Майкл продолжал бежать, перепрыгивая через трещины, глядя прямо перед собой – на участок, что располагался напротив отвалившегося куска с четверкой. Правда, портал там пока не открылся.
До края оставалось всего несколько футов, когда диск вновь прокрутился. Ребята упали. Грохот и треск сделались громче. Даже не оглядываясь, Майкл знал: половина диска откололась и ушла в пустоту. Встав вместе с друзьями на четвереньки, он пополз в сторону десятки. Портал еще не открылся.
– Ну же! – крикнул Майкл в пустоту лилового неба. – Открывайся же ты, кусок вонючего…
В пустоте возник черный проход, до него было всего несколько футов. Майкл знал: открытым портал продержится очень недолго, и, даже прыгнув в него, ребята рискуют не успеть. Впрочем, на размышления времени не осталось.
Встав на ноги, Майкл толкнул вперед Брайсона – тот прыгнул и исчез, поглощенный чернильной тьмой. Следом прыгнула Сара – она поскользнулась, но только слегка, и в портал вошла ровно.
Громыхнуло, вспышка света залила все вокруг. Подбегая к краю, Майкл пригнулся и прыгнул – и как раз в этот момент диск прокрутился. Майкла развернуло, и он полетел спиной вперед. Увидел, как диск рассыпается окончательно, превратившись в море булыжников и каменную пыль. Какое-то время Майкл даже не знал, попадет ли в цель. Этот момент неопределенности растянулся, казалось, на век, а потом небо вдруг сделалось черным.

Глава 14
Дом с привидениями

1

Майкл упал на деревянный пол, больно ударившись спиной. По обеим сторонам тянулись стены коридора, обклеенные выцветшими обоями в цветочек. Над головой, давая тусклый свет, горела единственная лампочка. Рядом, уронив голову на руки, лежал ничком Брайсон. Сара уже поднялась на колени.
– Любим мы протянуть до последнего, а? – пробормотал Брайсон.
Сара наклонилась к Майклу и ткнула его в бок.
– Как ты узнал? Про десять часов?
Чувствовал себя Майкл великолепно, однако стоило ему пошевелиться, как все тело отозвалось болью. Тем не менее он сел.
– В этой идиотской загадке куча слов, а на деле она – просто описание цифры. Сами подумайте.
Брайсон и Сара переглянулись. Смысл дошел до них одновременно.
– Башня, – сказала Сара. – И полая луна.
– Единица и ноль. – Брайсон покачал головой, будто признавая себя тупейшим на земле человеком.
– Простите, что я такой умный, – сказал Майкл. – Это мой крест.
Сара хотела рассмеяться, но лучезарная улыбка погасла, едва мелькнув у нее на губах.
– Думаете, старуха сказала правду?
– О чем? – одновременно спросили Майкл и Брайсон.
– Да бросьте. Сами понимаете.
– О самом страшном? – спросил Брайсон.
Сара кивнула.
– Да. Старуха сказала: если умрем, то на Путь вернуться не выйдет.
Майкл чуть не забыл о безумном правиле.
– Так будем осторожны и постараемся не умереть.
– Могло быть и хуже, – заметил Брайсон. – Я уж испугался, что они нас, мертвых, взломают и перепишут наши ядра. Теперь хотя бы знаем, что вернемся домой живыми и здоровыми.
Легче от этого Майклу не стало.
– Зато провалим… задание, или чем оно там считается. СБВ о себе забыть не даст: бросит нас в кутузку, убьет родных… кто знает, что еще у них припасено для неудачников. Может, проще в самом деле погибнуть?
– Нельзя нам умирать, – тихо предупредила Сара. – Игры закончились. Мы не умрем и друг другу погибнуть не дадим. По рукам?
– Само собой, – ответил Майкл.
Брайсон поднял оттопыренные большие пальцы.
– Особенно не давайте двинуть кони мне. Надеюсь, вы, ребята, не против?
Боль в спине наконец прошла, и Майкл огляделся. Коридор, в который они втроем выпали из портала, тянулся до бесконечности в обе стороны.
– Ну, и куда нас закинуло? – вслух подумал Брайсон. – Мы вообще на Пути или нет?
Сара, закрыв глаза, просканировала код.
– Структура вроде та же, что и у каменного диска. Сложная, не читается. Забавно.
Майкл встал на ноги и привалился спиной к стене. Подождал, не изменится ли что.
– Похоже, мы в каком-то старинном особняке.
Сара с Брайсоном тоже встали. Брайсон указал одновременно в обе стороны.
– Куда пойдем первым делом? – спросил он. – Пора бы уже разведать обстановку.
Послышался невнятный звук: справа донесся низкий, наполненный болью голос. По спине пробежали мурашки. Майкл отлип от стены и встал прямо, напряженно вслушиваясь в странные крики. Казалось, стонет мужчина. Стонет, не переставая. Майкл уже хотел шепотом обратиться к друзьям, но тут раздался вопль. Потом коридор погрузился в тишину. Брайсон и Сара во все глаза уставились на Майкла.
– Думаю, нам туда, – сказал он, ткнув пальцем влево.

2

Они пошли прочь от страшных звуков. Майкл каждые несколько секунд оборачивался; ему казалось, что по пятам за ними идет кошмарный призрак. Однако никто за ними не гнался. Даже криков ребята больше не слышали.
Коридору конца и края видно не было. Ребята шли целую вечность. Миновали еще несколько тускло светящихся лампочек. Постепенно Майкл разглядел закономерность: стоило покинуть границу одной освещенной зоны и оказаться во тьме, как начиналась следующая. И хотя коридор выглядел абсолютно прямым, Майкл готов был поклясться, что они ходят кругами.
Минут двадцать ничего не происходило, ничего не менялось.
– А домик-то прелесть, – сказал наконец Майкл.
Особняк напомнил об одной игре: в ней была башня, где лестницы образовали сложный лабиринт. Правда, там хотя бы имелась конечная цель.
– Жду не дождусь увидеть, на что похожа хозяйская спальня, – вяло проговорил он.
Сара то и дело останавливалась, чтобы изучить рисунок на обоях.
– Если это вообще дом. Сначала я решила, что коридор закольцован, но рисунок на обоях не повторился ни разу. Даже пятна и прорехи везде разные. Это все – один большой коридор.
– Тем более странно, что нет дверей, – добавил Брайсон.
– Может, это тоннель? – предположила Сара. – Связывает два дома? Если так, то понятно, почему нет окон.
Внезапно прозвучал шепот, похожий на резкий порыв ветра.
Майкл встал и вздернул руку.
– Что это?
Он почти не видел лиц друзей в темноте.
– Майкл, – произнес бестелесный голос.
Майкл вжался спиной в стену и посмотрел направо, налево. Голос звучал отовсюду одновременно, будто в стены, пол и потолок были вмонтированы скрытые динамики.
– Майкл, ты молодец.
По коридору пронесся ветерок; взъерошил ребятам волосы. Казалось, выдохнул гигантский зверь.
– Ладно, – произнес Брайсон. – Считайте, что я испугался. Хочу убраться отсюда, и поскорее. Прямо сейчас. Майкл, почему кто-то с тобой разговаривает?
– Не сцы, – как можно спокойнее ответил Майкл. – Вспомни, сколько мы уже посетили домов с привидениями. Они даже в симуляторах гонок есть. Пустяки. – Очень хотелось на это надеяться. – А то, что мое имя знают, не так уж и странно.
– Так ты у нас ничуть не испугался? – резко переспросил Брайсон.
Майкл изобразил нахальную улыбку и пошел дальше, однако стоило ему отвернуться от друзей, как улыбка с его губ сошла. Храбрись не храбрись, опасности этим не отвадишь. Да, домов с привидениями они посетили множество, но сейчас в распоряжении имелась одна и только одна жизнь. У Майкла кишка била кишку по башке, и далеко не от голода.
Он аж подпрыгнул, когда Сара схватила его за плечо.
– Смотри, Брайсон, – рассмеялась она. – Он ни капельки не боится.
Брайсон хихикнул.
– Ага, хорошо еще Майкл себя в зеркало не видит. А то в штаны надует.
– Ладно-ладно, вы победили, – проворчал Майкл. – Хочу к мамочке. А теперь помогите, что ли, отыскать дверь.

3

Даже два часа спустя не нашлось ни единой двери.
Призрачный порыв ветра проносился мимо ребят еще раза три; как и прежде, отовсюду слышался шепот. Майкл неизменно покрывался мурашками, однако делал вид, будто ему не страшно. Зачем кому-то хвалить его? Ладно, хоть вреда от этих комплиментов никакого. Мало-помалу страх перед неведомыми призраками сменился ужасом перспективы, что выход из нескончаемого коридора так и не отыщется.
Кто знает, вдруг это – гениальный файрволл? Он не калечит, не убивает, просто держит тебя в западне. Думаешь, что добрался куда-то, а на самом деле ты нигде. И еще эта программа генерирует призрачный голос – он зовет тебя по имени, постепенно сводя с ума.
– Что мы делаем? – спросил Брайсон. Майкл снова аж подскочил от неожиданности.
Сара остановилась и присела на пол.
– Да, эти хождения бессмысленны. Со стороны – кто бы ни следил за нами – мы, наверное, выглядим, как три тупые мыши. – Она махнула руками в обе стороны коридора и тяжело выдохнула. – Давайте посидим и попробуем снова взломать код. Может, мы что-то пропустили?
Закрыв глаза, она уперлась затылком в стену. Майкл и Брайсон последовали ее примеру: сели рядом и, зажмурившись, погрузились в окружающее их море символов.
Майкл несколько раз глубоко вздохнул и принялся искать хоть что-нибудь необычное. Голод уже давал знать о себе, мешая сосредоточиться. Майкл понимал: скоро понадобится еда, иначе сил не останется. Может быть, там, в гробах, тела и чувствуют себя замечательно, но только не здесь: уподобленный реальности, виртнет постепенно высосет силы из аур, и ребята смогут передвигаться только ползком.
Майкл всматривался в символы и не верил глазам. Если код в «Дьяволах разрушения» походил на бурлящую мешанину букв и цифр, то здесь он напоминал торнадо. Символы вращались с такой скоростью, что от попыток сосредоточиться и прочесть их начинал болеть мозг.
– Майкл.
Майкл вышел из связки и посмотрел вверх. Он уже думал, что призрак наконец соизволил явиться, – шепот на сей раз звучал отчетливей. Однако никого не было; подул уже знакомый ветерок – правда, слабее, чем прежде. Невидимый друг еще несколько раз повторил свое любимое слово и пропал.
Майкл глянул на Брайсона, желая видеть реакцию на лице друга… и замер. Брайсон подался вперед, всматриваясь в какую-то точку на стене. Проследив за его взглядом, Майкл не нашел ничего необычного: обои как обои, они уже несколько часов не меняются.
– Эй, – позвал друга Майкл. – Ты что делаешь? Нашел брешь?
Черты лица Брайсона немного смягчились, и он посмотрел на Майкла.
– Да, думаю, что нашел. Это не совсем брешь – так, подсказка к расшифровке кода, к тому, что нам надо сделать. Говорю тебе, ничего подобного я прежде не видел. Местный код – настоящий вынос мозга.
– Не спорю, – согласилась Сара, а Майкл просто кивнул. – Кто бы ни построил это место, его уровень мастерства в программировании в тысячу раз выше того, на который я могла бы рассчитывать. Отсюда вопрос: кто такой этот Каин? Наверное, чудо-гений.
Брайсон пожал плечами.
– Говорю же, код – вынос мозга. Мы его не сломаем, точно.
– Ты ведь вроде нашел что-то? – приуныв, напомнил Майкл.
– Нашел. Код, может быть, и выносит мозг, но мы-то сами не глупые. Вот, гляньте сюда.
Встав, Брайсон подошел к противоположной стене. Приложился к ней ухом, будто подслушивал разговор за ней, провел по обоям ладонью.
– Слышишь? – спросил он, глядя на Майкла.
Ну что ж, ладно. Брайсон победил – он первым избавил их от бесконечного блуждания по коридору.
– Такой звук, будто кто-то водит рукой по стене.
Брайсон широко улыбнулся.
– Нет, дружище. Это волшебный звук. Стена – полая.
– Волшебный? – переспросила Сара.
Брайсон выпрямился.
– Верьте мне, лучшайшие из друзейших. – Сказав это, он пнул по стене, и мысок его ботинка с треском пробил ее насквозь.
Брайсон отдернул ногу – вместе с куском сухой кладки в облаке белой пыли.
Обернувшись к Майклу, Брайсон произнес:
– Нет двери? Не проблема. Прорубим ее сами.

4

Брайсон показал друзьям, что такого необычного он заметил в вихре кодовых символов. И правда, все стало ясно – настолько, что друзья согласились: единственный способ пройти дальше по Пути – это пробиться сквозь стену.
Майкл и Сара присоединились к Брайсону – набросились на стену там, где он так изящно проделал в ней дыру. Они вырывали из нее куски ломкого, похожего на гипс материала вместе с обоями. Майкл содрал кожу на руках, но возбуждение пересилило боль – он с друзьями работал быстрее и быстрее; дыра в стене постепенно росла.
Спину обдуло призрачным ветерком, снова прозвучал страшный шепот, но Майкл не обратил внимания. Он твердо вознамерился покинуть это место.
Довольно скоро они уже могли, согнувшись, пробраться сквозь стену.
– Кто первый? – спросил Майкл. По ту сторону дыры было темно.
Сара ткнула Брайсона локтем в бок.
– Ты нашел дырку, Бигфут.
– Мне же лучше, – пробормотал Брайсон.
Пригнувшись, он уперся руками в края импровизированного прохода и шагнул в темноту.
– Что там? – позвал Майкл.
– Вообще ничего, – раздался чуть приглушенный ответ Брайсона. – Ни-че-го. Зато здесь открыто и дышится легко. Давайте ко мне, возьмемся за руки и споем, а заодно обыщем комнату.
Первой в дыру вошла Сара, потом Майкл. Брайсон оказался прав: тут и правда было свежо и ничего не видно.
– Мне страшно, – признался Майкл. – У кого-нибудь есть фонарик?
Брайсон стиснул серьгу, и в воздухе перед ним повис экран. Брайсон покопался в настройках, и вскоре путь ребятам освещал ровный квадрат света.
– Гениально, – отозвался Майкл. Они с Сарой повторили маневр Брайсона.
– Сам знаю, – ответил он.
Беда была в том, что даже три ярких экрана не выхватывали из тьмы ничего – кроме нее, ребята ничего и не видели.
– Мы будто на Луне, – прошептала Сара.
Майкл взял ее за локоть.
– Разве что здесь можно дышать, не видно звезд и сила притяжения нормальная.
– Да, зато в остальном – мы будто на Луне, – повторила Сара. Сделав шаг вперед, она посмотрела по сторонам. – Куда пойдем?
– Вперед, – ответил Брайсон, указав направление. – Вешки в коде говорят, что нам вперед.
– К тому же, – сказал Майкл, – я больше не желаю возвращаться в этот идиотский коридор.
На секунду он задумался: правильно ли они поступают? Почему никто не пытается их задержать? Впрочем, выбора не оставалось.
– Ну так идемте, – позвала Сара.
Втроем они пошли во тьму.

5

Место было странное, тихое и страшное. Ребята шли по темному полу и слышали только собственные шаги, дыхание да шелест одежды. Оглянувшись, Майкл увидел крохотную точку света – дыру в коридор. Плотность темноты нигде не менялась, а значит, кодировка здесь была невероятно устойчивая. В прочих местах могут слегка плясать декорации, меняются цвета или скачут источники света.
– Что это за ботва вообще? – шепнул Брайсон. В голос уже никто не говорил; ребята словно боялись, что нечто притаилось во тьме и может их услышать.
– Путь, – ответил Майкл. Теперь он видел больше смысла в происходящем. – Каин в курсе, что тайник ото всех не спрячешь и хороший хакер сможет пройти Путь, вот и заставляет нас играть по его правилам. Гораздо проще поместить человека в страшное место, напугать его – пусть сам попросится домой. Или убить его. Черт, ненавижу этого чувака!
– Он тебе не чувак, – поправила Майкла Сара. – Он сумасшедший геймер.
– Черт, ненавижу этого сумасшедшего геймера.
Ребята шли дальше. Ничего не происходило, ничего не менялось.
Потом вдруг опять заговорил призрак, и сердце у Майкла опустилось. Все трое встали.
– Майкл, – шепотом причитал невидимый попутчик. – Майкл.
Задул ветер: на сей раз не слабый порыв; он рвал на ребятах одежду и трепал волосы. Призрак завыл громче, голос его доносился отовсюду. Майкл представил себе человека, скорчившегося на пропитанной потом постели.
– Майкл-Майкл-Майкл, – раздавалось снова и снова, со всех сторон сразу.
– Напомните, чтобы я больше не заходил в дома с привидениями, – попросил Брайсон. – Почему зовут только тебя, Майкл?
Вдруг раздался неестественно громкий и протяжный женский вопль.
– Я этого больше не вынесу! – крикнула Сара, зажимая уши ладонями. – Уйдем отсюда!
Хорошая мысль, что и говорить. Майкл схватил Сару за руку и побежал в прежнем направлении. Рядом бежал Брайсон. Три экрана скакали в воздухе, и квадратики света метались по полу впереди. Призрак стонал все громче; ветер крепчал.
– Майкл-Майкл-Майкл…
Майкл, не выпуская руки Сары, прибавил ходу. Пол под ногами внезапно сделался мягким: с каждым шагом ноги тонули в нем, пока Майкл не споткнулся и не упал.
Упал на черный песок; ветер подхватывал песчинки и швырял в лицо. Стоны призрака перешли в вой; слова смешались в нечто нечленораздельное.
– Это какой-то бред! – прокричал Брайсон. Майкл едва слышал его из-за шума.
Сара поднялась на ноги.
– Нам надо…
Не успела она договорить, как пол под ними окончательно провалился, и все трое полетели вниз в облаке песка.

6

Майкл уже приготовился к смерти; сердце словно оторвалось и стучало в полой груди. Он вновь оказался на мосту Золотые Ворота и вместе с Таней падал в море. Слава богу, наконец ударился спиной о холодную твердую поверхность воды! Больше он не падал, теперь он скользил. Спуск замедлился, и вода сменилась ступенями лестницы – Майкл летел, кувыркаясь по ней, вниз, пытался затормозить.
Охая при каждом ударе, он наконец выставил руки и ноги в жесткой распорке. Остановился, упираясь подбородком в острый край ступеньки, закрыл глаза и хотел перевести дух, когда на него кто-то обрушился.
Майкл заорал благим матом, выпуская скопившийся за последнее время гнев. В отчаянном рывке он схватил того, кто упал на него, и не глядя отшвырнул в сторону. В последний миг он увидел, что это Сара, но было поздно – она уже описала изящную дугу и приземлилась несколькими ступеньками ниже.
– Извини, – смущенно пробормотал Майкл. – Секундная слабость.
Сару аж перекосило. Она хотела что-то сказать, однако передумала. Тут Майкл заметил Брайсона: друг лежал чуть в стороне; у него над грудью парил включенный экран.
Майкл сел и обнял колени. Представил, с какими синяками вылезет потом из гроба: эта шайтан-машина – мастер телесного наказания.
– Больно-то как, – пробормотал Брайсон, глядя в одну точку.
Вокруг по-прежнему царил непроницаемый мрак.
– Да уж, очень больно, – согласился Майкл. – Начинаю сомневаться, что это место создал Каин. Куда ему сотворить программу, в которую мы трое с трудом проникли и которую с трудом можем прочесть, не говоря уж о том, чтобы переписать!
– Ну, не знаю, – ответил Брайсон. – Может, ему куча народу помогала? Или есть в нем нечто такое, о чем мы не догадываемся? Однако ты прав, это место – бредовый кошмар. Мы если и видим слабости в системе, то лишь те, которые позволяют видеть. Каин направляет нас по Пути. Кр-рыса… Я скоро весь иззавидуюсь.
Сара захныкала, уронив голову на руки. Плечи ее подрагивали. Вот черт… Дела и впрямь плохи. Майкл уж и не помнил, когда последний раз видел Сару плачущей. Он осторожно – каждый дюйм его тела возмущался – подошел к ней и погладил по спине.
Сара подняла взгляд: по щекам стекали слезы, зато она хотя бы не злилась.
– Ты как, нормально? – выдохнув, спросил Майкл. Да, глупый вопрос, но ничего умнее он придумать не смог.
– Гм, дай-ка соображу… Нет, не нормально. – Вяло улыбнувшись и морщась, Сара поднялась и присела рядом. – Что случилось?
С ответом нашелся Брайсон.
– Ну, мы шли по бесконечному коридору, потом перебрались в черную комнату, пол там превратился в песок, мы провалились и съехали вниз по ступенькам. С тобой прежде ничего подобного не случалось?
– Что-то не припомню, – вяло ответила Сара. – Вы, парни, правы насчет кода и Каина. Тут сплошные странности.
Майкл попытался разглядеть, где и чем заканчивается лестница, но, как и коридор, она утопала во тьме.
– Надо идти дальше. Выбираемся отсюда.
– Зачем? – горько спросил Брайсон. – Дальше будет только хуже.
Майкл пожал плечами.
– Не спорю. Но мы справимся, что бы нас ни ждало. Будем идти, идти и идти, пока не достигнем Освященной Долины. А там разберемся с Каином.
– Или умрем и отправимся домой, – тихо напомнила Сара.
– Или умрем и отправимся домой, – эхом повторил Майкл. Столько времени потрачено внутри сна, а файрволл так и не пройден!.. Злой, Майкл поднялся и, превозмогая боль, стал спускаться по лестнице.

7

Два часа ничего не происходило и не менялось. Разве что песок, попавший на лестницу сверху, закончился и больше не шуршал под ногами. Бесконечность продолжалась: ступеньки, ступеньки, ступеньки… вниз, вниз, вниз… И холодная тьма, нарушаемая только свечением экранов.
Пытаясь обойти или взломать код, ребята лишь ходили кругами.
Наконец они решили сделать привал и поспать.
– Ступеньки тут примерно с нас размером, – заметил Брайсон.
Все трое молча улеглись прямо на лестнице. Майкл прежде никогда не уставал так сильно: и телу, и разуму требовался отдых.
Впрочем, сон – как ни странно – не шел. Может, из-за боли, а может, из-за того, что Майкл был на грани – ждал, что им еще уготовано. Мозг продолжал работать, думая лишь об одном.
О родителях.
Почему? Майкл скучал по ним, беспокоился, что они узнают о его поисках Каина.
Внезапно ему в голову пришла одна мысль. Настолько неожиданная и необычная, что Майкл аж сел, задыхаясь. К счастью, Брайсон и Сара крепко уснули – если бы они стали спрашивать, Майкл не нашелся бы, что ответить.
Закрыв глаза и потирая виски, он постарался сосредоточиться. Помогла вовсе не логика, а хорошая встряска, однако сейчас надо было успокоиться. Майкл сделал глубокий вдох и принялся методично вспоминать последние события своей жизни в обратном порядке.
Неделя. Две. Три. Месяц. Два. День за днем вспоминал Майкл все, что происходило с ним. Он и не думал, что у него такая объемная цепкая память: вспомнить удалось много вещей. Кроме одной, фундаментальной. Как мог он настолько увлечься повседневной жизнью, что не заметил ее? Настолько погрузился в учебу и игры.
Родители неспроста вспоминались ему.
Он и правда забыл, когда видел их последний раз.

Глава 15
Дверь вдалеке

1

Да и Хельга домой не вернулась.
Майкл даже не знал, что его больше волнует: то, что с родителями и няней могло случиться нечто ужасное, или что он, увлекшись играми, не заметил пропажи близких? Майкла мучили одновременно и страх, и жгучий стыд.
Что же произошло? Может, тут замешана СБВ? Или Каин с его Доктриной смертности? Все, что приключилось с Майклом за последние две недели, так или иначе связано. Не удавалось лишь проследить закономерность.
Он не мог вспомнить – сколько ни напрягал мозг, – когда последний раз виделся с предками. Остальное – вечеринки, обеды, катание на машине – казалось реальным и верным, вот только родителей в этих воспоминаниях не было.
Майкл ничего не понимал и потому боялся. Не мог он забыть и про атаку гончей. Тварь, несомненно, как-то повредила его мозг.
Майкл не знал, что делать, что думать, и потому в конце концов просто лег и уставился в пустоту перед собой. Усталость взяла-таки свое, и он заснул.

2

Его разбудил Брайсон. Майкл открыл глаза и взглянул на друга сквозь мутную сонную пелену.
– Ну ты даешь, – сказал Брайсон. – Мы уже час не спим, а ты храпишь, как жирный медведь.
Майкл сел и протер глаза. Черный мир лестницы покачнулся и вновь выровнялся. Пока ребята спали, ничего в нем не изменилось.
– У вас были странные сны? – спросила Сара. – Мне привиделся тип в костюме кролика. Про детали не спрашивайте.
Майкл никаких снов не видел, однако мрачное настроение после недавнего открытия вернулось. Почему он не может вспомнить, когда последний раз видел родителей? Где они сейчас? Почему Хельга не вернулась домой? Отчего он не задумался раньше о маме и папе, пропавших неизвестно где? Да, он особенно не общался с родителями, пока те бывали в отъезде, но Майкла не покидало ощущение, что тут не все чисто.
– Майкл? – позвала Сара. – С тобой все хорошо?
Майкл взглянул на нее и тут же решил: друзьям о странном открытии ни слова.
– Да, все нормуль. Жду не дождусь, когда закончится лестница. И еще я голоден, того и гляди съем у Брайсона бедрышко.
– Только побрей его для начала, – ответил Брайсон, вытянув ноги. – Мне тоже странный сон приснился: как будто я не знаю Майкла, живу чудесной счастливой жизнью и никто не пытается меня убить. Такой милый сон.
– Не согласна, – ответила Сара.
Майкл встал и потянулся.
– Кукареку. Идемте уже, ступеньки зовут.
Спорить друзья не стали и пошли следом.

3

Майкл не мог сказать, сколько прошло времени. Сначала он считал ступеньки, потом секунды и минуты – лишь бы чем-то занять разум, лишь бы не думать о родителях. Часы у него встали, а таймеры на экранах вытворяли нечто странное. Чем глубже ребята спускались, тем больше сходил с ума Майкл: из-за монотонности он начал бояться, что спускается недостаточно быстро. Периодические – и тщетные – попытки взломать бредовый код только все ухудшали.
А потом они нашли дверь.
Лестница наконец сузилась до ширины обычного коридора и завершилась обычной деревянной дверью. От облегчения голова у Майкла закружилась, и он захихикал.
– Что смешного? – спросил Брайсон, готовый и сам улыбнуться. – Ну-ка поделись с классом.
– Нет, ничего смешного. – Майкл первым дошел до двери и потянулся к круглой медной ручке. – Я просто рад вернуться домой.
Брайсон хмыкнул, и Майкл, не дожидаясь разговоров, повернул ручку и легко открыл дверь. Перешагнул порог.
По ту сторону, прижимаясь к стенам коридора, их встретили два длинных ряда людей: глаза открыты, кожа бледная, как у трупов.

4

Майкл так и замер на пороге. Он чувствовал, что друзья стоят позади него, но не торопятся входить. Правильно, кто захочет идти по такому-то коридору.
Под потолком висели голые лампочки – прямо как на предыдущем уровне, – освещая два ряда людей. Майкл внезапно соскучился по темноте, что окружала их недавно. Люди стояли неподвижно, словно высеченные из камня, однако их взгляды были устремлены на Майкла и его друзей.
Справа стояла бледная, как луна, женщина в белом, мятом, но чистом платье. Она буквально сверлила Майкла взглядом; того и гляди что-то скажет.
Напротив нее застыл мужчина, такой же бледный, в черном костюме. Он как-то странно приподнял руку, растопырив пальцы.
Бледны были все, и все смотрели на вновь прибывших; многие застыли в нелепых позах, словно их обратили в камень в самый неожиданный момент.
– Эгей! – позвал Брайсон.
Не успел его голос стихнуть, как люди чуть шевельнулись. Сердце у Майкла замерло.
– Что это было? – спросила Сара, и еще несколько тел дернулось. Тогда она произнесла тише: – Судя по коду, Путь ведет строго вперед. Взломать его или найти обход я не могу.
– А плохие новости есть? – спросил Брайсон. – Я тоже ничего не вижу и не могу взломать.
Майкл очень медленно обернулся к друзьям и едва слышно произнес:
– Так, ладно, хорош болтать. Идем за мной, только без резких движений.
Он сделал осторожный шаг вперед, потом второй. Люди слегка повернули головы, следя за ним. Майкл сам смотрел на них не отрываясь, заранее боясь того, что могут с ним сделать. Проходя одну живую статую за другой, он чувствовал, как все сильнее душит его страх.
Майкл заставлял себе идти дальше, шагать как можно тише и осторожнее. Он не смел обернуться на друзей, хотя знал: они идут прямо за ним. Вот он прошел мимо старика с большим носом, потом мимо мужчины с родимым пятном на пол-лица. Мимо женщины, что стояла, разинув рот и обнажив белые зубы и фиолетовые десна. Мимо младенца с легкой улыбкой на губах.
У Майкла зачесалось в носу, и он не сдержался, чихнул. Живые статуи снова дернулись, еще на дюйм вытянули руки в его сторону. Сердце опять чуть не встало, и Майкл замер – убедиться, что ничего ему и друзьям не грозит. Затем пошел дальше, по-прежнему медленно и осторожно.
Миновав еще десять истуканов, Майкл споткнулся и упал на бок. Не успел он грохнуться, как люди ожили.

5

Майкл перекатился на спину, готовый отбиваться… и замер. К нему, словно в застывшем кадре из фильма ужасов, тянулось несколько пар рук, однако живые статуи не шевелились. Белые скрюченные пальцы с острыми ногтями метили ему в лицо, глаза горели голодным огнем.
Хорошо хоть зомби не слышат, как бешено колотится его сердце… Майкл перевел дух, медленно и глубоко подышал, затем пополз на спине, головой вперед. Пот лил в три ручья; Майкл знал: одна ошибка, и статуи нападут. Все будет кончено.
Н-да, веселые мыслишки… Майкл отполз подальше от нависших над ним людей.
Самое страшное было то, что, застыв, они глазами продолжали следить за ним. Майкл весь покрылся гусиной кожей.
Все так же медленно он перевернулся на живот и встал. Обернулся посмотреть, как дела у Брайсона и Сары: друзья остались по ту сторону живой свалки, зато им открылся путь вдоль стен. Они быстро и легко миновали опасное место. Брайсон выглядел особенно расстроенным: черты лица напряжены, глаза вытаращены. Майкл хотел спросить, все ли с ним хорошо, но среди живых статуй говорить не решился.
Медленно, очень медленно двинулись друзья дальше по коридору.

6

Неспешность и молчание сводили с ума, зато зомби оставались на местах – и это радовало.
Постепенно Майкл перестал различать мужчин и женщин, взрослых и детей, худых и толстых. Для него все эти люди – их бледные лица и горящие глаза – превратились в стеклышки кошмарного калейдоскопа. Он старался вообще не смотреть на них и сосредоточился на точке в дальнем конце коридора.
Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем вдали показался выход. Еще одна дверь.

7

Майкл чуть не сорвался на бег, однако пересилил себя. Пошел к двери уже привычным медленным шагом.
Зомби следили за ним и за его друзьями. Майкл сосредоточенно продолжал идти к двери, как вдруг за спиной послышался странный звук – будто кто-то захныкал. Брайсон… Сердце у Майкла ушло в пятки. Фигуры по обе стороны коридора задергались.
– Я все думаю про Каина и этот непроницаемый код, – слишком громко прошептал Брайсон. Люди вдоль стен снова дернулись. – До меня дошло. Что если Каин – вовсе не геймер? Что если… Эй! В том месте код неплотный!
Последние слова он произнес даже не шепотом. Он проорал их. Майкл, объятый паникой, завертелся на месте. Брайсон толкнул его в бок, пробежал мимо – к двери. Майкл врезался в холодное тело, однако живой мертвец не накинулся на него. Напротив, он побежал за Брайсоном. Вообще все живые статуи бежали за ним. Упав на колени, Майкл беспомощно взирал на то, как вслед за другом устремилась ужасная голодная орда.

8

Майкл знал, как устроен виртнет: во сне ты подсознательно понимаешь, что происходящее вокруг – нереально. Ели умрешь, то возвратишься в гроб, вылезешь из него, умоешься и отойдешь от пережитого испытания. Потом опять сможешь сыграть в игру. Эту нехитрую истину понимал каждый геймер.
Зато на Пути она забывалась, и в этот самый момент Майкл мучительно соображал, что ему делать. Да, Брайсону предстоит пережить нечто ненастоящее. В противном случае Майкл кинулся бы на помощь другу без малейших раздумий. В другой виртнетовской игрушке он поступил бы, наверное, так же. Игра – всего лишь игра, но здесь он рисковать не мог. Иначе миссия будет провалена.
Впрочем, легче от этого не становилось: ужасные звуки впереди сделались громче. На игру это больше не походило.
Сара упала на колени рядом с Майклом.
– Давай хакнем…
– Уже пытались, – перебил ее Майкл.
– Так давай попробуем заново! – покраснев, крикнула Сара.
– Ладно, – пожал плечами Майкл. – Ты права.
Закрыв глаза, он погрузился в море символов, поплыл сквозь него, тыкаясь в разные участки, проверяя их на прочность. Сара делала то же самое, однако здесь Путь был защищен надежней, чем где бы то ни было прежде. Майкл все силы пустил на то, чтобы взломать код в том месте, где напали на Брайсона, – тщетно.
Сара пыталась дольше, но и она потерпела неудачу.
– Все равно спасибо, – тихо сказала она.
Открыв глаза, они старались не смотреть в сторону Брайсона. Майкл даже мельком не хотел видеть, что произойдет с другом, однако звуки говорили сами за себя: рычание, треск, крики гнева или же радости. И – страшнее всего – вопли Брайсона. Они пробивались сквозь голоса людоедов, и Майкл слышал их так, словно Брайсон кричал совсем рядом. В его голосе Майкл различал отчаяние и ужас, и сердце его обливалось кровью, будто зажатое в тисках. Ребята сами подписались на это задание, но даже если все это по-прежнему игра, Брайсон умирал как по-настоящему.
Наконец, к облегчению Майкла, все завершилось. Он, даже не глядя, знал: аура Брайсона, испустив дух, исчезла. Где-то далеко, у себя в гробу, их друг, наверное, очнулся, все еще крича в агонии.
Сара крепко схватила Майкла за руку и второй раз за день расплакалась.
Когда в коридоре вновь воцарилась тишина, Майкл сумел наконец поразмыслить над последними словами Брайсона. Подумать: не рождена ли догадка в отчаянии, разумом человека на грани?
Что если Каин – вовсе не геймер?
Закрыв глаза, чуть не плача, Майкл задался вопросом: что вообще имел в виду Брайсон?

Глава 16
Изгнанник

1

Как только тело Брайсона исчезло, статуи вновь замерли, и в коридоре стало тихо. Майкл и Сара осторожно поднялись. Брайсон проиграл и не присоединится к ним на Пути, и вряд ли когда-нибудь Майкл оправится от того, что увидел. Он хотел поговорить с Сарой о последних словах друга, но не решился – боялся разбудить немертвых.
Тогда он сосредоточился на единственном доступном деле – как добраться до выхода. Он еще раз вошел в море кода и попытался заглушить звуки шагов. Казалось бы, простое дело, однако файр-волл и его позволил провернуть со скрипом. Когда же наконец у Майкла получилось, он открыл глаза и посмотрел на Сару. Та кивнула в знак благодарности.
Шаг за шагом друзья приближались к двери, пока у них на дороге не возникло последнее препятствие – гора тел, отнявших жизнь Брайсона. Майкл грудью вжался в стену и буквально пополз вдоль нее. Он хоть и заглушил собственные шаги, пот все равно градинами выступил на лбу. Нервы гудели. Хотелось пить, в горло как будто набился песок.
Наконец Майкл с Сарой преодолели завал. Они шли медленно и с трудом, словно по колено утопая в грязи.
Дошли до двери – прекрасной дверочки, – которая, как и предыдущая, оказалась не заперта. Майкл отворил ее и перешагнул порог, ведя за собой Сару.
Он сначала захлопнул за собой дверь и только потом огляделся.
Их окружал густой лес огромных деревьев; плотная дымка тумана свисала с веток, подобно мху. В самую чащу шла хорошо утоптанная тропинка. В самом ее начале, под раскидистым дубом стоял бледный мужчина в красном плаще с капюшоном.
– Ну и ну, вот это парочка, – сказал он.

2

Майкл машинально развернулся к двери – проверить, не исчезла ли. Как ни странно, дверь была на месте, врезанная в стену серого гранита. Закрытая. Майкл сам не понял, отчего он обернулся к ней – меньше всего ему хотелось возвращаться в коридор, полный зомби. Вот только было нечто зловещее в этом лесу и в голосе человека, что поприветствовал их с Сарой.
Когда Майкл снова посмотрел на лес, незнакомец никуда не делся: стоял себе под дубом, скрестив на груди руки. Его плащ слабо поблескивал в тусклом свете.
Майкл присмотрелся к нему: старый, но не дряхлый; лицо в морщинах, но не обвисшее; узкие губы, тонкий нос клювом и острый подбородок. Глаза… синие, они как будто светились изнутри и оттого казались серебристыми.
– Где мы? – задала по-прежнему актуальный вопрос Сара. – Кто вы?
– Вы стоите у кромки Менденстонского леса, – надтреснутым голосом произнес старик, – обители тьмы и смерти. Не бойтесь, мои юные друзья. В величественных чертогах этих сосен и дубов вы обретете убежище, где сможете поразмыслить и подкрепиться. Оно защитит вас от того, что могло бы разорвать вашу плоть.
На тьму и смерть Майкл уже насмотрелся и был сыт ими по горло. По-настоящему его заботила только еда: желудок урчал; неважно, пусть даже старик в красном плаще – серийный убийца: если он накормит Майкла, Майкл пойдет за ним хоть куда.
Сара, впрочем, не спешила.
– С чего вы взяли, будто мы вам поверим и позволим увести себя? Пока что мы прекрасно обходились своими силами, вот и сейчас не станем доверять первому встречному.
– Он нас накормит, – шепнул Майкл, подавшись ближе к ней.
Незнакомец упер руки в бока, при этом на его плаще не шевельнулось ни складочки.
– Я мирный человек, отроки, мне можно верить. Следуйте за мной и будьте моими гостями.
Если бы не голод, Майкл расхохотался бы в голос.
– Ладно, – сказал он и жестом велел Саре молчать. Пускай сердится, главное сейчас – насытиться. – Только смотрите, без глупостей. Иначе живо отправим вас в явь.
Старик, без тени страха в лучащихся светом глазах, улыбнулся.
– Ну, разумеется.
Он по тропе зашагал в глубь леса. Стоило ему сделать первый шаг, как к нему на спину взбежал мохнатый зверек – не то ласка, не хорь. Привстав на задних лапах, зверек по-крысиному понюхал воздух.
– Нет, ты только глянь, – шепнул Майкл Саре.
Та во все глаза смотрела на компаньона старика в красном.
– Да, прямо жуть, – тихо ответила Сара. – Трехсотая причина не ходить за этим типом.
Постепенно, пересиливая голод, проснулась логика. Майкл подумал, что Сара не так уж и неправа. Однако в этот момент старик обернулся и крикнул, ставя точку в споре:
– Без меня вы до конца Пути не дойдете! Сколько ни ломайте код, а до Освященной Долины не доберетесь.
Он зашагал дальше, исчезая во мгле.

3

– Идем, – сказал Майкл и, схватив Сару за руку, пошел вслед за новым другом.
Сара вырвалась, но за Майклом пошла.
– С таким же успехом можно лезть за змеем в его нору, – пробормотала Сара. – Спорю, этот тип уморил сотню детей.
Они вошли под свод великанских деревьев. Оплетенные мхом, те росли очень тесно, вплотную к узкой тропинке. Здесь действовала настоящая магия программирования.
– Скорее всего, он просто утилита, – сказал Майкл, озираясь по сторонам. Бороздчатые стволы деревьев испускали подозрительное синеватое свечение; иного источника света в лесу не было. Чем дальше путники углублялись в лес, тем ниже над тропинкой нависали ветви деревьев – словно желая схватить людей.
– Тогда зачем грозить ему возвращением в явь? – спросила Сара.
– Надо же было хоть что-то сказать, – отмахнулся Майкл. Разговаривать не хотелось.
Старик тем временем шел футах в двадцати впереди; питомец так и сидел у него на плече. Было прохладно, пахло влажной землей, и все бы хорошо, если бы не слышался еще и гнилой душок. Стрекотали сверчки, да ухала где-то невидимая сова.
– В принципе, выбора нет, – пробормотала Сара. – Иного направления код не предусматривает.
– А ты сомневалась? – спросил в ответ Майкл.
– Это я так, к слову, – пожала плечами Сара. Некоторое время они шли молча, потом она заговорила снова: – Надо обсудить, что сказал напоследок Брайсон. Для него это было важно. Почему он сорвался? Что такого увидел в коде?
Последние минуты жизни друга Майкл запомнил в подробностях.
– Он произнес очень странные слова: «Что если Каин – вовсе не геймер?» В каком смысле?
– Мы только и делаем, что задаем вопросы, – хихикнула Сара. – А нужны ответы.
– Ага. – Майкл отвел в сторону нависшую над тропой ветку. – Брайсона и правда заботила сложность местного кода. Настолько, что он не мог поверить, будто его написал Каин.
– Выходит, Каина на самом деле нет? – спросила Сара. – Он – нечто вроде коллективного псевдонима?
– Может быть, – пожал плечами Майкл. – Продолжай думать над этим, проверяй код. Загадка рано или поздно решится.
– Хорошо. Просто… надо еще и ушки на макушке держать.
– Ушки? – саркастично переспросил Майкл. – На макушке?
– А что?
Майкл коротко хохотнул.
– Ты прямо как Шерлок Холмс. Вот-вот лупу достанешь. А может, еще и трубку?
Сара улыбнулась.
– Поблагодаришь позже, когда я спасу тебе жизнь.
– Не волнуйся. Буду глядеть в оба и держать нос по ветру. И хвост пистолетом.
– Заткнись. – Ускорив шаг, Сара опередила Майкла.
Майкл посмотрел вслед провожатому: тот шагал плавно; зверек у него на плече покачивался, но не падал.
Светящиеся синим плотные и толстые стволы деревьев тянулись вверх, к черному небу. То, как они излучали тусклое свечение, едва разгоняющее ночную тьму, создавало чувство, будто Майкл и Сара плывут сквозь неведомые глубины океана. Майкл сам не заметил, как инстинктивно задержал дыхание. Встряхнулся, несколько раз глубоко вздохнул и напомнил себе, что идет через лесную чащу.
Тропинка обогнула дерево, что было выше любого другого в лесу. За ним, во тьме зарослей горела пара желтых глаз. Майкл споткнулся, но устоял на ногах. Дальше он шел по тропинке спиной вперед, не смея оторвать взгляда от смотрящих на него живых огоньков. Сразу вспомнились гончие.
Невидимый зверь следовал за Майклом, не смея, однако, ступить на тропу, которая, к счастью, вскоре сделала еще поворот, и зверь – неведомая тварь, чудовище – скрылся из виду.
Обернуться Майкл осмелился лишь, врезавшись спиной в Сару.
– В чем дело? – спросила она.
– Извини, – только и смог ответить Майкл. Испугался он неслабо и больше всего хотел поскорее добраться до жилища незнакомца в красном, пусть он и делил кров с непонятным зверем: не то лаской, не то хорем.

4

Казалось, лес никогда не кончится.
Майкл еще раза три замечал в лесу горящие желтым глаза – как и прежде, их обладатели не смели высунуться из чащи, только следили за Майклом исподтишка. Страху он, правда, натерпелся немалого. Ноги сами собой зашагали быстрее.
– Что это ты вдруг заторопился? – спросила Сара, когда Майкл заметил четвертую пару буркал.
– За нами следуют звери, я вижу их глаза, – испуганно произнес Майкл. – Глаза как у гончих. Только поменьше, немного другие.
– Ага, хочешь за мной спрятаться?
– Ну да, вроде того, – усмехнулся Майкл.
Сара уже хотела обернуться и посмотреть, когда незнакомец в плаще остановился.
– Всякий раз, как вижу это, так плачу, – сказал старик.
По его щекам и правда текли слезы, поблескивающие в призрачном свете деревьев.
Прямо впереди над тропинкой ветви двух противоположных деревьев туго переплетались, образуя арку. С нее свисала табличка со сделанной от руки желтой краской надписью. Буквы светились как неоновые:

Менденстонское святилище 
Мастер Слейк 
Верховный смотритель 
Открыто для всех 

– Мастер Слейк? – спросил Майкл. – А вы мастер чего?
Незнакомец резко обернулся и пригвоздил его к месту ожесточившимся взглядом.
– Я здесь, чтобы помочь тебе, малец. Прояви уважение, или мои… – Он взглянул на Сару, потом снова на Майкла. – Забудь. Идемте, отужинаем. Мои друзья приготовили для нас изысканную трапезу. За едой и питьем мы отдохнем и погреем кости у огня. Затем расскажу, как добраться до Освященной Долины. Дальше все будет проще. Намного, намного проще.
В голове сразу же родился десяток вопросов, однако старик развернулся и поспешил вперед, уводя ребят за собой под арку. Майкл опасливо глянул на Сару, и вместе они последовали за стариком. Этот хотя бы отвечает на вопросы.

5

За вывеской лес не совсем закончился, однако теперь вместо плотных зарослей Майкла и Сару ждали редкие деревья. Они отбрасывали длинные узкие тени в свете яркой луны. В сотне футов впереди виднелось Менденстонское святилище: длинное, приземистое, целиком из дерева; каждая отдельная часть строения кренилась и, казалось, вот-вот опрокинется. Над распахнутой парадной дверью висел большой знак с приветствием, а за ней – тьма, разгоняемая мерцающим пламенем.
Майкл ожидал, что старик скажет нечто вроде: «Дом, милый дом», однако тот молча провел их ко входу.
– Вы вроде о друзьях говорили, – напомнила Сара. – Сколько тут еще людей живет? Вы типа монахи или кто?
Слейк как-то нехорошо хохотнул, а хорек у него на плече потянул воздух носом.
– Монахи? – переспросил старик. – Можно и так сказать.
Он снова посмеялся.
Сара укоризненно посмотрела на Майкла, как бы сообщая заранее: что бы ни случилось, это будет его вина.
– В каком смысле? – спросил Майкл у Слейка. – Кто же они?
– Скоро сами узнаете, – ответил старик и счастливым голосом добавил: – Надеюсь, вы голодны?
Последней фразой он окончательно расположил к себе Майкла – тот готов был на что угодно, лишь бы разжиться порцией виртнетовской еды.
– Вот мы и пришли, – объявил Слейк, встав у распахнутой двери.
Майкл заглянул внутрь, но не увидел ничего, кроме пляшущих на стенах теней.
Правда, он услышал, как на деревянной столешнице расставляется посуда: дребезжали горшки и тарелки; кто-то – явно не люди – пыхтел и щебетал.
Мастер Слейк с искренней заботой взглянул на Майкла и Сару.
– Прошу, не бойтесь. Это все мои друзья.
Он первым вошел в святилище.

6

Майкл и Сара медлили, ждали, кто из них первым войдет в дом. Наконец Сара подтолкнула Майкла в плечо.
– После тебя, – скорчила она рожицу, и не думая скрывать страх.
– Ты сама тактичность.
– Знаю.
В любую минуту могло произойти что угодно. Путь создавался, чтобы отвадить хакеров от Освященной Долины, а не помочь проникнуть в нее. Правда, пока Майкл и Сара видели, что их ждет, им не было нужды бежать или даже заглядывать в кодировку. Оставалось идти вперед.
Майкл осторожно шагнул за порог и остановился, держась за косяк, осмотрел помещение. Из одного конца комнаты в другой тянулся деревянный стол, заставленный блюдами с восхитительными яствами. Ничего привлекательней Майкл в жизни не видел. Тут он заметил движение и, приглядевшись, понял: кроме мастера Слейка, людей в святилище больше нет.
Прямо перед Майклом пробежал шелудивый пес – фута три в холке – с чашкой в зубах. Справа медведь, грудь которого украшали проплешины, наклонился к окошку на кухню за подносом с кексами. Медведь. С кексами. На подносе. Пришлось напомнить себе, что это виртнет, а в виртнете возможно все.
Тут был тигр, что ходил на задних лапах, с кувшином в передних. Гусь, что хлопая крыльями, расставлял клювом по столу тарелки. Лиса приволокла блюдо с гигантской жареной индейкой. Лев в зубах принес корзинку с хлебом. Кошка, стоя на столе, разделывала ножом цыпленка.
Первым делом Майкл удивился: как это животные подают к столу своих братьев? Хотя, может, кот цыпленку – и не товарищ…
Сара подошла сзади и приникла щекой к его руке.
– Ну, все еще голоден? – спросила она, оглядывая трапезную.
– Если переживу, что вон тот пес вылизывает тарелки, то все будет ништяк. – Майклу вдруг захотелось смеяться. Он так боялся того, что увидит внутри святилища, и вдруг попал в детскую сказку. Животным оставалось только пуститься в пляс и завести песенку.
Мастер Слейк сел во главе стола, медведь постелил ему на колени салфетку. Старик комично поблагодарил животное, и оно удалилось исполнять другие обязанности.
– Садитесь, – властным тоном произнес старик. – Еды здесь больше, чем вы можете съесть, даже во сне.
Голод окончательно сломил сопротивление Майкла. Сара попыталась было схватить его за руку, но Майкл вырвался и прошел в трапезную, присел за стол подле Слейка. Белочка тут же подвинула ему тарелку исходящей паром еды; коротко взглянула на Майкла глазами-бусинами и шмыгнула прочь.
Сара устроилась напротив Майкла; постепенно выражение отвращения у нее на лице сменилось интересом. Перед ароматами устоять было невозможно.
– Прошу, возьмите меня за руки, и мы вознесем благодарность духам наших предков, людей и зверей, – сказал мастер Слейк, протягивая гостям руки.
Затем он закрыл глаза и начал:
– Тех, кто пришел до нас, мы просим приглядеть за нами милостиво в этот день. Благословите наши еду и питье. Двое путников вошли сегодня в наше скромное святилище, где мы помогаем всем, кто идет темным лесом. Благословите их, дорогие духи, благословите их силой и надеждой, дабы одолели они демонов, дабы продолжили странствие по Пути. Аминь.
Отпустив руки ребят, Слейк принялся за еду: положил себе на тарелку ножку индейки и вгрызся в нее, словно голодный пес. По губам и подбородку его стекал жир, а в уголке рта торчал кусок мяса.
Майкл отвернулся. Все его мысли были заняты молитвой. Он не выдержал и задал очевидный вопрос:
– Вы что-то сказали про демонов. – Попутно Майкл принялся за еду, чтобы не пришлось смотреть на хозяина. – Это ведь просто… слова, да?
– О нет, мальчик мой, – хихикнул Слейк. – Вовсе нет. Каждое слово, с которым я обратился к предкам, наполнено смыслом и сказано не просто так. Надеюсь, вы успеете преклонить колени пред нашими заступниками до того, как демоны разорвут вас на части.
Майкл чуть не подавился. Он поспешил проглотить недожеванный кусок и откашлялся.
– Не хотите рассказать поподробнее об этих демонах?
– О, сын мой. – Старик утер губы рукавом. – Не о них тебе надо печалиться. Внешний мир почти осознал то, что вам предстоит открыть для себя. Пускай вы хорошо умеете читать и переписывать код, как умел ваш друг… Брайсон, если не ошибаюсь?
У Майкла аж волосы на шее встали дыбом.
Сара стиснула вилку в пальцах.
– О чем это вы? – угрожающим тоном спросила она.
– Прошу, – примирительно произнес Слейк, – оставь враждебность. В ней нет нужды. Я сам хлебнул лиха: годы геймерства могут подарить армию врагов. Видите ли, я довольно неплохо играл, а потом как-то нашел дорогу сюда, на Путь. Бежать из этого проклятого места не получается. Впрочем, я смирился, у меня теперь новая роль – помогать таким, как вы. Убеждать вернуться, пока есть шанс, и больше не приходить.
Майкл, сгорая от любопытства, уставился на старика.
– Погодите, – опередила его с вопросом Сара, – так вы – геймер? Вы не утилита?
Слейк посмотрел на нее долгим грустным взглядом.
– Жаль, что вы сами не видите различий. Воистину жаль. Я был одним из лучших геймеров. Пожалуй, самым лучшим, непревзойденным.
Майкл не сдержался и закрыл глаза, тщательно просканировал код человека во главе стола, поискал нечто, что могло бы дать подсказу: о чем говорит мастер Слейк. Майкл вылавливал в потоке данных фрагменты биографии незнакомца, нашел парочку новостей, заметил странности в строке с именем старика… Когда до Майкла наконец дошло, он распахнул глаза.
– Какого… – прошептал он. – Вы – Ганнер Скейл. – Майкл преисполнился благоговейного страха. – Что вы здесь делаете? Почему бежали из виртнета? От людей?
Сара недоуменно переводила взгляд с Майкла на старика и обратно.
– Это что, шутка?
Старик зевнул и почесал голову.
– Раскусил, что и говорить. Знаю, от меня былого мало что осталось, но поверьте, мне здесь хорошо, я доволен. Я нашел высшую цель, предназначение. Я человек, человек, что играет в нечеловеческом мире. Программа говорит сама за себя. Таким талантливым ребятам, как вы, давно следовало обо всем догадаться. Путь должен был вас научить уму-разуму.
Он умолк, и шестеренки в голове Майкла вошли в сцепку, закрутились, защелкали.
– Вы не могли не заметить, – продолжал Слейк. – Перед вами предстал Каин, перед вами представали многие утилиты. Вы бесконечное число раз сталкивались с другими геймерами. Разница между людьми и программами почти незаметна, но открыта для всех, кто знает, где смотреть. – Он сделал паузу. – Ваш друг осознал это и не выдержал откровения. Вот и сошел с Пути.
Майкл наконец-то все понял, но ответила за него Сара:
– Каин – вообще не человек. Человеку не под силу сотворить такое. Он…
– …утилита, – вместе с ней договорил Майкл.

Глава 17
Ночь на диване

1

Скейл вернулся к трапезе, предоставив Майклу и Саре осмысливать шокирующее открытие: все это время они гонялись не за человеком. Про демонов Майкл и думать забыл.
Каин – утилита. Невероятно! Как могла программа ввести в заблуждение мир – саму СБВ, – убедив всех, что она – геймер? Как могла она себя осознать? Разве такое возможно? От этой мысли у Майкла аж желудок скрутило. Неужто искусственный интеллект скакнул так далеко вперед? Или его по-прежнему кто-нибудь контролирует?
Вспомнился голос: «Майкл, ты молодец…»
– Ты что же, есть не будешь? – спросил Скейл, поднося ко рту нож с нанизанным на острие куском мяса. – Не хотелось бы оскорблять моих друзей, они постарались на славу.
– Но… – Майкл не договорил.
Все надо обдумать: Каин, речи старика… Ганнер Скейл некогда был величайшим из геймеров, и вот он простая пешка, потерянная душа внутри Каиновых файрволлов. Судя по тому, как молчала и хмурилась Сара, думала она о том же. Тут напомнил о себе голод; Майкл отхватил от ковриги хлеба приличный кус и принялся за несчастного цыпенка. Любопытно, почему зажарили именно этого беднягу, тогда как остальные звери живут здесь вольготно?
Скейл будто прочел мысли Майкла и напугал его ответом:
– Все мои друзья знают: рано или поздно придет их день послужить нам в качестве пищи. Принимают они свою долю с честью, они прожили достойную жизнь.
Майкл разозлился.
– Вы ведь понимаете, что все это – нереально, да?
– Кто знает истинное определение того, что есть реальность? – спокойно, продолжая есть, ответил Скейл. – Когда сидишь долго в одном месте внутри сна, все тут становится реальным. А теперь ешьте.
Майкл и Сара вернулись к трапезе – силы еще пригодятся, что бы ни ждало их впереди. Подумав об этом, Майкл снова спросил:
– Значит, снаружи есть демоны. Каин – утилита. Чего мы еще не знаем?
Тон его так и сочился сарказмом.
Ганнер Скейл закончил жевать и запил еду. Вытер жирные губы рукавом мантии.
– Если вы намерены продолжить поиски, вся нужная информация у вас уже есть. Надеюсь, память у тебя хорошая, сын мой.
– Сын мой?
– У тебя дурная привычка повторять за мной, мальчик. Настоятельно рекомендую избавиться от нее.
Тон, каким произнес это старик, заставил Майкла кивнуть – молча и смиренно. Да, харизмы Скейлу не занимать. Вот только как он собирается осуществить свои угрозы? Разве что животные послушны ему во всем. Майкла отнюдь не прельщала перспектива быть съеденным медведем.
– Может, вы хотите нам еще что-нибудь рассказать? – спросила до жути молчаливая Сара.
Скейл встал из-за стола и снял мантию. Подошел медведь и, утробно рыча, забрал ее, повесил на сгиб лапы и ушел. Гм, жаль, что он ничего не сказал на чисто британском английском.
– Предлагаю перейти в гостиную, – молвил Скейл. – Погреть, как я и обещал, кости у огня.
Ответа он дожидаться не стал – просто пошел в сторону двери в дальнем конце трапезной. Майкл взглянул на Сару и, набив напоследок рот мясом, запил его водой. Затем ребята поспешили следом за хозяином дома. Ни Майкл, ни Сара не хотели оставаться наедине с этим цирковым зверинцем.

2

– Что вы, двое, знаете о «Бездне»? – спросил Скейл, когда они расселись в огромные кресла перед уютным кирпичным очагом.
Майкл подался вперед и уточнил:
– Вы имеете в виду «Бездну жизни»?
– «Бездна жизни», – раздраженно фыркнул старик. – По-вашему, это единственная программа, развитая до такого уровня?
Интересно, о чем он?
– Вы имеете в виду уровень бездны? – спросила Сара.
Скейл кивнул, не отводя взгляда от огня. В его глазах отражались языки пламени.
– А что же еще? Бездны существовали с самого зарождения виртнета, и лишь немногие программы удостоились такого статуса. Просто «Бездна жизни» открыта для всех, однако не достойна своего названия.
– Что еще есть, кроме нее? – спросил Майкл.
– Узнаете в свое время. Одна из бездн – Освященная Долина. – Скейл встал и подошел к очагу, поворошил угли кочергой. – Программа, созданная и запрятанная в глубине виртнета Каином. С верхними слоями ее связывает Путь. Вам повезло, что вы забрались так глубоко; впрочем, на остальную часть дороги понадобится еще больше везения. – Скейл взглянул на Майкла и Сару. – Позвольте спросить: вы вообще задумывались, как был создан Путь? Тот, по которому вы должны провести великую и ужасную СБВ?
Знать хотелось решительно все, но Майкл понятия не имел, с чего начать спрашивать.
– Зачем… вы все это рассказываете? Мы от вас только и слышим, что шарады и головоломки, они ни разу не помогают.
– Ни разу! – передразнил его старик, вернувшись в кресло. – Я просто коротаю время за разговором, пока не явятся демоны… Однако что-то я притомился. Думаю, всем нам пойдет на пользу сон.
– Когда придут демоны? – безмятежно спросила Сара, будто уточнила, который час.
Скейл снова поднялся из кресла. Он завороженно смотрел на огонь.
– Придут, когда будут готовы разорвать вас на части. А пока спокойной ночи, медведь проводит вас в опочивальню.
Посмотрев еще некоторое время в огонь, Скейл вышел в дверь, закрыл ее за собой.
Несмотря на усталость, спать Майкл вовсе не думал.
– Он снова произнес те же слова.
– Какие? – спросила Сара.
– «Разорвать вас на части». Он что, историй на ночь не знает?
Сказав это, Майкл подумал: «Может, их нам расскажет медведь? Он вроде повеселее будет».

3

Скейл обещал опочивальню, однако проводили Майкла к рахитичному дивану: жесткий и неудобный, тот скрипел, стоило чуть пошевелиться, но это все же было лучше, чем спать на полу. Натянув колючее одеяло по самые ноздри, Майкл закрыл глаза; даже сквозь смеженные веки он видел трепещущее пламя свечи на столике.
Приступ начался внезапно.
Жестокая боль буквально расколола череп напополам, и Майкл упал с дивана, схватившись за голову обеими руками. В ушах пронзительно засвистело, все вокруг затопило ослепительным светом. Сара припала рядом на колени и принялась трясти его за плечи, спрашивать, в чем дело. Майкл дергался, пытаясь оттолкнуть ее, – боялся причинить ей вред.
Перед мысленным взором проносились образы: родители задрожали и растаяли, будто дым на ветру; лицо Хельги перекошено от ужаса – она тоже исчезла; Брайсон, смотрящий на Майкла с ненавистью, – растворился и он.
Боль не проходила. Майкл боялся, что если она станет чуть сильнее, он либо потеряет сознание, либо вовсе умрет. Тогда он встал и открыл глаза: Сара смотрела на него снизу вверх глазами, полными ужаса. Свеча по-прежнему горела, однако пламя ее уподобилось солнцу, и Майкл не выдержал: он пошатнулся, выпростав руки; верх ему сейчас казался низом, а низ – верхом, будто комната завертелась и Майкл вот-вот упадет на потолочные балки.
Диван вытянулся и продолжал вытягиваться, хотя комната сохраняла прежние размеры. Вытянулось и лицо у Сары – будто отраженное в кривом зеркале. Половицы кривились и гнулись, словно резиновые. Послышались голодные крики и рычание статуй, сожравших ауру Брайсона.
Майкл сдавил голову обеими руками. Откуда-то из глубины подсознания всплыл образ гончей – это все они, проклятые антипрограммы. Они повредили мозг Майкла, внутри и за пределами сна.
В голове стучал молот боли, а мир продолжал меняться, становясь все более странным: сквозь стены проникли в комнату руки, в воздухе парили пульсирующие сердца, из пола бил фонтан крови, маленькая девочка в кресле-качалке гладила хромого зверька у себя на коленях. Кто-то невидимый выл и стенал…
Потом все прекратилось.
Комната вновь стала прежней, боли словно и не было.
Майкл, мокрый от пота, рухнул на диван. Сара, встревоженная, схватила его за руку.
– Опять? – спросила она.
– Я умираю, – ответил Майкл. Он будто пробежал десять миль.

4

Скейл даже не проснулся, а если и просыпался, то не зашел проведать гостей. Сара и Майкл молча сидели на диване. Сара обняла друга за плечи, и тот был ей благодарен за то, что она не задает вопросов. Думал: какой же она исключительный друг!
Наконец оба заснули. Снов Майкл не видел; он глубоко провалился в забытье, свободный от страха и боли.

5

Их растолкал Ганнер Скейл. Он снова надел мантию, и его лицо скрывала тень капюшона.
– Уже утро? – спросил Майкл.
– В Менденстонском святилище утро не наступает, – ответил Скейл. – Таково наше проклятие и благо. Впрочем, на объяснения времени нет. Явились ваши демоны.

6

Услышав последнюю фразу, Майкл и Сара вскочили на ноги.
– Как это? – спросил Майкл.
– Где демоны? – добавила Сара.
– Ваши демоны всегда при вас, – ответил Скейл. Голос его стал еще скрипучей. – Неужели не поняли? Они всегда вас преследуют, от них не сбежать. Никогда не знаешь, как они себя явят. Бойтесь, дети мои. А теперь идем. Быстро.
– Куда? – упрямо спросила Сара.
Скейл молча пересек комнату и открыл дверь, вышел в коридор. Майкл схватил Сару за руку и поспешил вслед за Скейлом. Он едва успевал за ним, почти не видя старика в темноте.
Спустившись по лестнице на первый этаж, Скейл провел ребят в трапезную.
– Прошу, присаживайтесь, – указал на деревянные стулья старик. – Пойду, приглашу наших друзей. Они составят нам компанию.
Майкл никак не мог сообразить, что происходит: в голове после сна еще не прояснилось. Боль, конечно, прошла, однако память о ней и о галлюцинациях не давала успокоиться. Как тут сражаться с демонами? Что говорил Скейл?.. Они всегда рядом? Что бы это значило? Покачав головой, Майкл опустился на стул и поморщился, когда ножки царапнули по полу. Может, на сей раз получится предупредить беду? Взломать код заранее?
Сара присела рядом.
– Надо покумекать. Скейл говорит, что дал нам всю нужную информацию. Ничего важного не припоминаешь? По-моему, это как-то связано с молитвой.
– Да, – согласился Майкл, хотя сам ни слова из молитвы повторить даже под угрозой смерти не смог бы. – Правда, помню только разговоры про Каина.
– Понимаю.
Майкл положил локти на стол и, закрыв глаза, уронил голову на ладони. Просканировал код.
– Пока никаких подсказок не вижу.
– Я уже сама все обыскала. – Сара побарабанила пальцами по столешнице. – Скейл что-то говорил о том, чтобы припасть на колени у ног предков. Уверена, это – подсказка.
Майкл медленно кивнул и ответил:
– Возможно. Здесь, на Пути, код как-то странно закрыт.
С досады он чуть не хватил кулаком по столу.
Тут вошел Ганнер Скейл, и ребята замолчали. Следом за хозяином в трапезную пожаловали звери и птицы: они вошли, влетели, вползли; медведь, гусь, тигр, пес, белка и еще дюжина других. С собой они принесли ароматы леса: запах сырой земли и гнили.
Постепенно животные выстроились по периметру комнаты, спинами к стенам, неотрывно глядя на гостей. Воцарилась гнетущая тишина, нарушаемая время от времени фырканьем или рычанием. Майклу казалось, будто звери, все до единого, только и ждут, чтобы слопать его на завтрак.
– В чем дело? – спросил он у Скейла. Спросил отчего-то шепотом. Затем откашлялся и уже громче добавил: – Почему у меня такое чувство, будто нас вот-вот принесут в жертву какому-нибудь звериному богу?
Скейл не спеша обошел комнату и остановился подле него. Майкл, выгнув шею, попытался рассмотреть лицо старого геймера в тени под капюшоном.
– Все потому, – ответил старик, – что именно это сейчас и произойдет.
Майкл вскочил на ноги, опрокинув стул. Не успел он ничего сделать, как Скейл произнес всего два слова:
– Восстаньте, демоны, – и в груди у Майкла похолодело.

7

Ганнер не солгал, сказав, что демоны были здесь с самого начала. Ими оказались животные.
Первым преобразился медведь: задрал морду кверху и заревел; шкура на нем свернулась, будто деревянные стружки в огне, открылось испещренное шрамами лицо. Глаза медведя загорелись неестественно ярким желтым огнем. Как те, которые Майкл видел в чаще.
Постепенно от медведя, прислуживавшего вчера за столом, ничего не осталось. Вскрылось его подлинное тело: бугрящиеся мускулы, согбенная спина, выступающие ключицы, когтистые лапы. Демон утробно засмеялся, обнажив здоровенные зубы. Правда, он так и стоял у стены.
Завороженный трансформацией, Майкл следил, как остальные звери сбрасывают шкуру и превращаются в освежеванных демонов всех форм и размеров.
– Вы же обещали помочь, – напомнила Сару Скейлу. Тот стоял совершенно спокойно, как ни в чем не бывало. – Что нам делать?
– Я как раз помогаю, – неожиданно радостным голосом произнес Скейл. – После встречи со своими демонами вы навсегда переменитесь душой. Умерев, вернетесь в явь, избежите ловушки, в которую угодил я. Да пребудут с вами предки, дети мои.
Как и думал Майкл, путь наружу загородили – у двери встало два демона. Как-то все же надо будет пробиться… Не дожидаясь первого хода врага, Майкл схватил Сару за руку и сделал то, что ему оставалось.
Прыгнул на Скейла и, ухватившись за мантию, развернул его спиной к себе, стал душить. Задыхаясь, Скейл кашлянул, в ответ на что демоны, как один, разозлились и заревели.
– Назад! – проорал Майкл. Только бы звери поняли. – Не подходите, или я сверну ему шею.

Глава 18
У ног предков

1

Он пройдет Путь и доберется до Каина. Он не позволит убить себя каким-то там демонам. Шанс у него один.
– Ты с ума сошел, – прохрипел старик, стиснув зубы. – Сам не понимаешь, что…
Майкл еще сильней сдавил ему горло.
– Молчи.
Чудовища замерли. Сгорбленные, перекошенные, они окружали Майкла и Сару, будто ожившие страхи, готовые напасть.
– Майкл, – шепнула Сара. – Ты главное… – Она повысила голос: – …главное сверни ему шею быстро и четко.
Майкл чуть не скорчил удивленную рожицу.
– Будет сделано.
Не отпуская Скейла, он попятился к двери.
– Не сомневайтесь! – закричал он на демонов. – У меня рука не дрогнет! Дайте нам уйти, и я отпущу его! Иначе ему конец!
Это походило на бред, но демоны – как и в зверином обличии – слушали и понимали, что говорит Майкл. Они рычали и шаг за шагом теснили его к двери. Точнее, он пятился, а они наступали.
Даже те двое, что стерегли дверь, уступили дорогу. В сердце Майкла вспыхнула крохотная искорка надежды. План все же работал. Пока.
– Не ходите за мной, – предупредил Майкл демонов, когда дошел до двери. Он еще сильнее сдавил Скейлу горло, когда тот попытался вырваться.
Вместе с Сарой, волоча за собой старика, он вышел в нескончаемую ночь.
– Допроси его, – велел он подруге.
Сара кивнула.
– Вы сказали, что знаете, как проникнуть в Освященную Долину. Говорите, что нам делать. Как нам отсюда вернуться на Путь?
– Ничего я не расскажу, – задыхаясь, ответил старик. – Ради вашего же блага. Не просите.

2

Демоны столпились в дверях, их бескожие окровавленные тела влажно поблескивали. Желтые глаза неотрывно смотрели на трех людей. Впрочем, кроме гнева, Майкл заметил в них и растущее сомнение.
– Говори! – проорал Майкл. – Говори, иначе вернешься в явь!
Он встряхнул старика. Тот чуть слышно всхрипнул, но отвечать и не думал. Майкл запаниковал, как бы его блеф не раскусили: на что им мертвый Скейл?
Майкл попятился дальше от дома, руки болели от натуги – уж больно тяжелым оказался старик. Сара шла рядом; она смотрела то на демонов, то на Скейла и Майкла.
– Что делать будем? – шепотом спросила она.
Майкл озирался в поисках хоть чего-нибудь, что могло дать подсказку. В дальнем конце ветхого дома он заметил пристройку с большой вывеской: «ЧАСОВНЯ ПРЕДТЕЧ». Повинуясь интуиции, он развернулся и пошел в сторону церквушки. Что там Скейл говорил о преклонении колен у ног предков?
Демоны стали покидать дом. Один за другим они выходили под яркий свет луны; их окровавленные тела поблескивали, глаза светились. Рычание, визги и вопли наполняли ночь.
– Говори! – еще раз встряхнул пленника Майкл. Тот выгнулся, и в глазах старика юноша прочел несгибаемую решимость: старик не ответит, он скорее умрет.
– Майкл, – шепнула Сара.
Майкл поднял взгляд и увидел, что демоны приближаются намного уверенней. Один из них заверещал, и в окнах задребезжало стекло.
Майкл последний раз заглянул в глаза старику и сдался, ослабил хватку. Великий и ужасный Ганнер Скейл рухнул на землю.
Задыхаясь, старый геймер поднялся на ноги.
– Убить их! – завопил он. – Разорвать на части!
Сара схватила Майкла за руку, и оба они устремились к часовне.
Демоны с ревом кинулись следом.

3

Дверь была открыта.
Ворвавшись внутрь, Майкл захлопнул ее за собой.
– Найди, чем подпереть! – крикнул он Саре.
Та уже тащила стол. Майкл бросился помогать. Хотя ножки стола ужасно скрипели о деревянные половицы, это не помешало ребятам заблокировать дверь. Прошло две секунды, и снаружи на нее обрушились демоны.
Отступив на шаг, Майкл огляделся, поискал, чем богата часовня. Небольшая, обыкновенная: разделенные проходом две дюжины длинных скамей, алтарь, а на возвышении – статуи из белого мрамора, изображающие людей всех возрастов и комплекций. Их взгляды были обращены на Майкла.
Предшественники. Предтечи.
Майкл с ужасом обнаружил, что в часовне несколько витражных окон. Демонам дверь ни к чему.
– Алтарь, – на удивление спокойно сказала Сара. – Алтарь. Идем!
Она побежала по проходу, и Майкл поспешил за ней следом.
– Он говорил, что надо преклонить колени. А дальше?
Тут все окна разом лопнули, и внутрь, визжа, рыча и вереща, ворвались демоны.
Майкл и Сара еще быстрей побежали к алтарю.

4

Влетая в часовню, демоны резались о торчащее из рам стекло, но будто не замечали этого. Майкл же видел только алтарь в нескольких футах впереди.
– Быстрее! – закричала Сара.
Часовню наполнило мельтешение. Еще пара секунд – и орда чудовищ накинется на Майкла и Сару. Подбежав к алтарю, ребята бухнулись коленями на мягкую подушечку и сложили в молитвенном жесте ладони.
Ничего не произошло.
Правильно, просто упасть на колени – этого мало.
Надо еще просканировать код и поискать выход.

5

Сверху на них набросилось крылатое создание – оно опрокинуло Майкла и Сару на спину. Хлопая крыльями, зависло прямо над ними, и Майкл понял: перед ним демон-гусь. Кто бы мог подумать, что эти два слова вообще совместимы! Из окровавленного клюва раздался такой пронзительный крик, что задрожали оставшиеся в рамах осколки цветного стекла.
Выгнув спину, Майкл лягнул демона, и тот отлетел, ударился о скамью. Упал и замер.
Другой демон вонзил в плечо Майклу коготь и заставил подняться, развернул к себе. Оживший кошмар: здоровенная пасть, полная похожих на кинжалы зубов.
Рядом Сара пыталась отбиться от третьего демона.
Тварь притянула Майкла к себе чуть не вплотную. От нее разило гниющим мусором и трупами. Майкл закашлялся, когда его омыла волна тошнотворного запаха.
Да это же медведь: здоровенный, с когтями. Точно, он.
Страх парализовал Майкла, только судорожно колотилось сердце, готовое вот-вот выскочить из груди.
Что, что желать?
Получив внезапный удар справа, Майкл и демон упали. Оказывается, это Сара со всей силы врезала медведю. Со своим демоном она уже расправилась.
Да, без посторонней помощи медведя не одолеть. Закрыв глаза, Майкл погрузился в море символов, стараясь не обращать внимания на сложность и запутанность кода. Сосредоточился на собственной ауре, своей истории во сне. Схватился за первое, что открылось, – огненный диск из «Царств Распутина», выцепил эту строчку и перенес ее в код часовни. Если бы стал думать, то не сумел бы провернуть этот трюк. А так, действуя на автомате, инстинктивно, вызвал парящие в воздухе сияющие пламенные круги. Мысленной командой швырнул их в медведя.
Плоть демона загорелась, пошла пузырями; чудище заревело. Сара отползла в сторону и встала рядом с Майклом. Демон катался по полу; затем, ударившись о стену, поднялся на ноги. Прочие твари тем временем окружили ребят.
Майкл понимал: алтарь – слабое место в файрволле святилища. На него взобрался мелкий демон – не то хорек, не то ласка, которую Скейл таскал на плече. Зашипев, тварь оскалила крохотные клыки.
Встав плечом к плечу и взявшись за руки, ребята попятились к алтарю. Кольцо чудовищ сужалось.
– Ломай код, – прошептал Майкл, – найди активную точку, а я их поджарю.
Говоря так, он даже не знал, долго ли продержится.
– Хорошо, – ответила Сара. – Веди меня.
Она закрыла глаза и еще крепче стиснула руку Майкла. Он отступил на шаг, вызвал несколько огненных дисков и запустил их наугад в разные стороны.
Демоны взревели от боли, и Майкл позабыл об осторожности. Толкнув Сару, он нырнул к подножию алтаря. Скользнув по полу фута на два, ребята остановились у самой подушечки. Сара каким-то образом умудрялась не открывать глаз и дальше сканировать код. Майкл крепко держал ее за руку. Тут мелкий демон на алтаре заверещал и прыгнул на Сару, вцепился ей в волосы, оцарапал лицо и попытался откусить ухо. Сара и тогда не посмела отвлечься. Майкл оторвал от нее тварь и отшвырнул как можно дальше в сторону.
– Есть! – крикнула, распахнув глаза, Сара. – Я знаю, что делать!
Демоны окружили их. Один схватил Майкла за руку, другой – за ногу. Третий дернул Сару за волосы. Майкл, пытаясь вырваться, потерял и без того слабую связь с кодировкой огненных дисков. Твари были всюду: царапались, хватали, кусали. Майкл пережил краткий и пугающий миг слабости, когда готов был уже сдаться и позволить убить себя. Вернуться в явь и принять последствия.
Потом что-то в нем взорвалось. Из груди вырвался могучий крик, по венам заструился жидкий огонь адреналина. Яростно вопя, Майкл раскидал монстров, мельком увидел в их глазах ужас, и это придало еще больше смелости.
Ударом ноги он сбил крупного демона, повалившего Сару. Она вся была в синяках, лицо ей заливала кровь. Майкл подхватил ее и отнес к статуям.
Сара ничего не сказала, да и не нужно было. Майкл сам понял, что делать: вошел в море цифр и букв, где его ждала подруга. Она все приготовила, и сейчас Майкл разглядел в вихре символов тонкую серебристую тропку, путь к спасению. Майкл и Сара взялись переписывать ее одновременно.
К ним устремились демоны. Цифровая форма их была столь же страшна, как и визуальное воплощение. Майкла полоснули по спине когтем. На алтарь запрыгнула и ощерилась четвероногая тварь – не то пес, не то лис. Майкла попытались оттащить в сторону, и он напряг все свои цифровые мускулы, чтобы удержаться на месте. Еще секунду, всего одну… Он внес в строку кода последнюю правку, раздался хлопок…
…и все исчезло.

Глава 19
Пекло

1

Майкл и Сара очутились в тускло освещенной пещере черного камня.
– Фигасе, – простонал Майкл. Он на четвереньках отполз к ближайшей стене и привалился к ней спиной. – Я умру счастливым, если больше никогда не повстречаю ни единого животного. Особенно такого, которое обращается демоном.
– Аминь. – Сара устроилась у противоположной стены. На нее было больно смотреть: бледная, вся в крови. – Не забудь еще про лес, коридор и каменный диск.
– Вот бы сейчас чизбургер… – В животе урчало от голода.
– Не искушай меня.
Майкл заглянул в глубь пещеры, в длинный тоннель – где-то вдалеке горел теплый и уютный рыжий огонек. Майкл представил, что там живут гномы, как они сейчас попивают чай и едят рагу.
– Как мы вообще выжили? – спросила Сара.
– Благодаря тебе, – ответил Майкл. – Ты не поддалась панике и нашла выход.
Сара на некоторое время задумалась.
– Было не так уж и трудно. В некоторых местах нам словно оставили лазейки.
– Не скромничай. Ты просто умница.
Сара не ответила – она снова задумалась.
Майкл взглянул на нее с наигранным удивлением.
– Нет, правда, когда это ты стала супергероем? Ты теперь как Бэтмен и Халк в одном флаконе.
– У тебя потрясающий талант делать комплименты, которые звучат как оскорбления.
– Стараюсь.
Сара улыбнулась.
– Идем. Пора осмотреться. Впереди ждет знатный геморрой, не хочу разгребаться с ним без тебя.
Майкл тяжело вздохнул. Пару часов назад они подкрепились и даже поспали, но после схватки с демонами Майкл чувствовал себя изможденным. Ему и камни на полу пещеры казались теперь аппетитными.
– Только давай ни о чем не будем думать, – предупредила Сара. – Просто пошли вперед.
– Ладно.
Сара права: надо себя чем-нибудь занять, отвлечься.
Правда, сразу забыться не вышло: слова Сары о разбросанных тут и там очевидных лазейках сработали как детонатор. В голове у Майкла закружился водоворот мыслей. Вспомнился преследовавший его похвалами призрачный голос. В чем смысл? Что это значит? Неужели подстава? СБВ отправила их отыскать Каина и Освященную Долину. СБВ не похвалит заранее, пока не схватит Каина, который вроде как скрывается.
Разве Каин не создавал Путь как файрволл, чтобы отгородиться от людей?
И все же…
– Язык проглотил? – спросила наконец Сара.
Майкл потер саднящие глаза.
– Что-что?
– Ты язык проглотил?
– В каком смысле?
– Ни разу прежде такого выражения не слышал?
Майкл вытянул руки, размял их, пытаясь заставить себя подняться на ноги.
– Слышал, как же. Просто фраза какая-то старомодная.
– Ну и что? Чего притих-то?
– Задумался. О Пути, о Каине… обо всем.
– Я ведь предупреждала: не думай.
Майкл улыбнулся и кивнул, хотя подозрения только усилились. Что-то в Пути неладно. Если это и правда файрволл, оберегающий Освященную Долину, откуда тогда в нем слабые места, подсказки, лазейки? Да и вообще, кто станет называть Путем файрволл? Майкл так увлекся выживанием, что не задумывался об этом.
Чем больше он размышлял сейчас, тем сильнее сомневался в назначении Пути. Может, это и не файрволл вовсе, а нечто совершенно другое?

2

Застонав, Майкл наконец поднялся на ноги. Потом указал на длинный тоннель в дальнем конце пещеры. Другого выхода он не видел.
– Как полагаешь, что там?
– Магма.
Сара ответила так уверенно, что Майкл даже удивился.
– Правда?
– Да. Похоже, мы внутри вулкана, а черный камень – застывшая лава.
– То есть, в тоннель в любой момент может хлынуть поток жидкого пламени?
– Очень на то похоже.
Н-да, с каждым часом все лучше и лучше.
– Ха-ха, давай всех удивим. Не станем ждать извержения и сами отправимся навстречу смерти, как два неуклюжих болвана.
Сара устало улыбнулась.
– Кстати, ужасно выглядишь, – заметил Майкл.
Сара метнула в него сердитый взгляд и тут же улыбнулась.
– Да уж всяко лучше тебя.
– Не переживай. Ты все такая же милая, только по-своему, по-ужасному, – искренне произнес Майкл, прекрасно понимая, что звучит комплимент идиотски.
– Спасибо, Майкл.
После пережитого между ними установилась особенная связь.
– Когда все закончится, – сказал Майкл, – я бы очень хотел встретить тебя наяву. Честное слово, вживую я еще привлекательней.
– А я, наверное, отвратительней. – Сара рассмеялась. Смеха им обоим сейчас очень не хватало.
– Да мне не важно, честно слово. Вот что хорошо во сне – я знаю, кто ты внутри, и остальное меня не волнует.
Ничего глупее в жизни он еще не произносил.
– Очень мило, Майкл, правда.
– Ты сама милая, – покраснев, сказал он.
Сара закатила глаза.
– Ладно, давай как только закончим спасать виртнет, проведем день вместе в реале. Под настоящим солнцем.
– Договорились.
Сара со стоном встала. Майкл прекрасно понимал ее: у него самого ныли от боли те части тела, о существовании которых он еще вчера даже не подозревал.
– Ну, займемся спелеологией?
– Займемся, – ответила Сара, улыбаясь; в глазах ее зажегся свет, и Майклу стало легче.
Они пошли в глубь горы, хромая как два старика, больных артритом. Сара взяла Майкла за руку и повторила:
– Займемся.

3

Казалось, тоннель внутри вулкана прорыл человек: стены его, черные и блестящие, были ровные. Из-за мягкого света, что шел из глубины горы, создавалось впечатление, будто все кругом плавится.
Еще до первого поворота каменной кишки Майкл увидел ярко-рыжее свечение. Налетевший порыв теплого ветра взъерошил волосы.
Ребята продолжали путь молча. Майкл не сводил глаз с пятна света в дальнем конце тоннеля: оно манило, будто пламя костра в холодную ночь. Пугала только мысль об источнике света: если они и правда в недрах вулкана, ничего хорошего впереди не ждет.
Коридор резко расширился, и потолок ушел футов на тридцать вверх. Дальше пещера становилась еще просторней, рыжее свечение – ярче. Было жарко и душно, как в сауне.
Ребята подошли к небольшому колодцу, в котором булькал расплавленный камень. Майкл заворожено взирал на его свечение, пока не вспомнил школьные уроки по геологии: сейчас они с Сарой ходили по слою застывшей лавы, под которой залегал слой лавы незастывшей. Представив, как пол идет трещинами, как из него вверх ударяют струи жидкого огня, Майкл вздрогнул.
– Искупаться не хочешь? – неловко предложил он Саре.
Она отпустила руку Майкла и похлопала его по плечу.
– Нет, спасибо. А ты иди, не стесняйся.
Ее лицо блестело от пота.
– Горячо, – заметил Майкл.
– Да, и будет еще жарче. Идем, еды здесь не будет, и сил у нас не прибавится.
– Все так фигово, да?
Сара кивнула.
– Да, все очень фигово. Правда, направление выбирать не приходится: в коде я вижу только один путь.
Они пошли дальше в недра вулкана.

4

В конце тоннеля ждала еще одна огромная пещера, полная колодцев с бурлящей лавой.
Глядя на дымящиеся полосы живого огня, пересекающие пласт застывшей магмы, Майкл представил шкуру тигра. Еще больше его заворожили бьющие водопадами из расщелин в черном камне потоки: шипя и плюясь, они вливались в колодцы расплавленной породы. Майклу и Саре предстояло миновать препятствия в виде стреляющих языками пламени рек и ручьев.
Их обдувало порывами горячего ветра.
– Дела еще хуже, чем я ожидал, – произнес Майкл.
Прикрыв глаза на некоторое время, Сара указала в дальний конец пещеры.
– Там еще тоннель, да и Путь указывает в том направлении. Другой дороги я не вижу. А ты?
Майкл тоже просканировал код и со вздохом ответил:
– Не-а. Думаю, нам именно туда.
– Лучше поспешить, не то умрем от обезвоживания. Вряд ли здесь оставили питьевые фонтанчики.
– Пошли, – поторопил Сару Майкл. Больше он находиться в этой пещере не мог, хотел двигаться.
Выход из тоннеля располагался на небольшом подъеме, и Майкл с Сарой воспользовались этим преимуществом, чтобы – ориентируясь на визуальное воплощение и кодировку – наметить маршрут. Впереди лежал лабиринт из полос застывшей магмы, огненных столпов и вытекающей каскадами из стен пещеры лавы; тут и там в сложном коде проскальзывали подсказки, куда следовать. Майкл решил идти первым и стал аккуратно спускаться по склону, между камней. Добравшись до пола пещеры, он чуть не задохнулся, когда в лицо ударил поток горячего воздуха. В ушах низко загудело.
– Готова? – крикнул он Саре. Пот лился с нее в три ручья, пропитав всю одежду. Майкл знал, что и сам выглядит не лучше.
Сара кивнула, не в силах говорить. Майкл отчаянно надеялся, что они уже близки к концу, что вот-вот пройдут проклятый Путь. Черт бы задрал этого Каина, агента Вебер и всю СБВ!
Он кивнул Саре и пошел через пещеру. Сара – следом за ним.

5

Майклу казалось, будто его жарят в гигантской печи на медленном огне.
По полосе застывшего камня шириной в три фута они дошли до середины пещеры. Первая половина пути далась легко; мешали только жар и страх сгореть заживо. Майкл старался двигаться быстро и в то же время осторожно, просчитывать каждый шаг, однако паника постепенно начинала душить.
Мало-помалу они перешли потоки лавы по естественному мосту. Глаза чуть не лопались. Дальше Майкл решил свернуть вправо и пройти лабиринт огненных потоков и колодцев по каменным островкам: если что, в любой момент можно будет вернуться по собственным следам. Впрочем, Майкл верил инстинктам.
Переходя по узкой полосе черного камня, он всерьез испугался, как бы не расплавились подошвы ботинок. В конце их ждал островок в кольце магмы. Майкл хотел было пойти влево, но тут Сара схватила его за руку.
– По-моему, нам в ту сторону! – прокричала она и ткнула пальцем вперед, на ряд черных валунов. Те походили на мощеную садовую тропинку. – Смотри: на той стороне есть мосток, он ведет до самой стены. Пройдем вдоль нее, по краю, и через вон то отверстие выберемся.
Присмотревшись к предложенному маршруту, Майкл понял: Сара права. Он чуть было не отправился по пути, который привел бы его к зияющей пропасти – перепрыгнуть ее ребята не смогли бы. Не оставалось места для разбега.
– Хороший план. Может, дальше ты поведешь?
Майкл улыбнулся, показывая, что шутит, однако Сара восприняла предложение всерьез и перепрыгнула на первый островок. Сердце Майкла чуть не разорвалось, когда она замахала руками, пытаясь восстановить равновесие.
– Осторожней! – крикнул он.
– Я просто хотела тебя напугать, – крикнула в ответ Сара.
– Не смешно! Ни разу!
Когда Сара наконец твердо встала на обе ноги, Майкл последовал за ней: прыгнул на первый камень, торчащий из магмы.
– Не спеши! – крикнул он.
– Расслабься, – ответила Сара.
Она не стала дожидаться Майкла, перепрыгивала с камня на камень. Майкл догонял ее, содрогаясь от одной мысли, что Сара может оступиться и ухнуть в магму. Впрочем, до мостка добрались благополучно.
Сара тут же заключила Майкла в крепкие объятия, чем немало его удивила.
– Мне было страшно, – шепнула она ему на ухо. – Страшно-престрашно.
Майкл тоже обнял ее покрепче.
– Да уж, тебе чуток сорвало башню.
Они хоть и стояли в самом сердце вулкана, объятий разрывать не хотелось. Так было хорошо.
– Я подумала, что лучше преодолеть дистанцию быстро, а не трястись над каждым шагом.
– Ну да, ты права.
Сара отстранилась и посмотрела на Майкла. По щеке у нее, оставляя дорожку на чумазом лице, скатилась слезинка, упала на рубашку.
– Все хорошо? – спросил Майкл.
Сара кивнула и снова обняла его.
– Идем, пора уже забраться в тот тоннель и немного остыть.
– Было бы неплохо.
Они перебежали поток лавы по мостику, который по сравнению с цепочкой камней казался вполне надежным и безопасным. По ту сторону к стене пещеры поднимался склон из камня и земли. Ребята взобрались по нему, спеша убраться как можно дальше от лавы, и вдоль стены добежали до входа в тоннель. Сара немного опережала Майкла.
До выхода оставалось всего двадцать футов. Тогда все и произошло.
Майкл позволил себе расслабиться, предаться мыслям о чудесных моментах наедине с Сарой: о разговоре, объятиях… Он должен был догадаться, что сейчас все станет с ног на голову.
Они как раз пробегали мимо большого озера магмы у подножия склона, когда вдруг раздался громкий всасывающий звук, затем рев – такой, будто ожила печь. Майкл успел лишь заметить, как озеро выплюнуло вверх струю расплавленного камня, и та идеально ровным столпом смертоносного пламени ударила в Сару.
Она упала и завопила. Майкл в жизни не слышал таких криков.

6

В тот момент Майкл испытал всепоглощающий ужас, забыл о виртнете и о гробе у себя в комнате. Забыл, что, умерев тут, Сара просто вернется домой и выйдет из симулятора целой и невредимой.
Сейчас он видел перед собой подругу, и ей было больно. В одно мгновение лава прожгла одежду и кожу, добралась до мышц и костей. Крики Сары перешли в бульканье, и она рухнула на землю.
Впрочем, Сара еще не погибла. Она лежала, скукожившись и дрожа. Майкл осторожно приблизился и взглянул ей в лицо. В глазах Сары отражалась боль.
– Сара, – прошептал он, не зная, что и сказать. – Сара. Прости.
Она попыталась ответить, но не смогла. Тогда Майкл наклонился как можно ниже.
– Ма… – Сара жутко закашлялась. Как ни жаль было Майклу расставаться с подругой, сейчас он желал ей скорой смерти. Вернуться в явь. А до тех пор она будет переживать страдания по-настоящему.
– Сара, мне жаль, прости. Я не уберег тебя. Я не…
– Зат… кнись… – кашляя, выдавила она.
– Я не вынесу, – произнес Майкл. – Сара, я не могу видеть тебя такой. Я не смогу без тебя… давай вернемся вместе. Сейчас прыгну в озеро лавы.
– Нет! – закричала она, и Майкл отпрянул. – Иди… до… кон… ца!
Майкл молчал, понимая: Сара права.
– Ладно. Дойду. Обещаю.
– Найди… Долину… – все так же, кашляя, велела Сара. – Я…
– Молчи, не надо, не говори. – Сердце Майкла разрывалось от боли. Он желал ей поскорее вернуться домой. – Отпусти, сдайся. Обещаю, я быстро разберусь с этим делом. Не забудь уговор: прогуляться под солнцем. Наяву. Все будет хорошо.
– Хо… ро… шо. – Майкл уже думал, что все, Сара умерла, но тут она заговорила опять: – Майкл, – сказала она четко и ясно. Сердце ему словно сдавило огненными клещами.
Сара испустила дух, и ее аура исчезла, физическое тело в гробу проснулось. Она оставила Майкла в глубине виртнета, в таком месте, о котором практически никто не знал, посреди Пути. И этому пути – а точнее, его ужасам – конца не предвиделось.
Майкл остался один.
Совершенно один.

Глава 20
Серебряный страж

1

Следующие несколько часов Майкл старался ни о чем не думать. Не было времени грустить, лелеять жалость к себе. Он обещал Саре пройти Путь до конца и на этом сосредоточился. Утешало одно: Сара на самом деле жива; правда, стоило мыслям о ее последних секундах виртуальной жизни закрасться в голову, как сердце сжималось от тоски.
Тем более надо добраться до цели. Избавиться от страданий.
Майкл шел по очередному длинному тоннелю, кое-где пересекаемому потоками лавы, – их Майкл перепрыгивал как можно осторожнее. В одном месте попалась дыра в потолке, из которой то и дело выстреливала магма. Майкл остановился, прикинул шансы и, выждав момент, промчался под дырой, едва избежал участи Сары. Вскоре тоннель с одной стороны обвалился, и на Майкла потекла река расплавленного камня. Он побежал, побежал со всех ног. Край огненного потока чуть не лизал ему пятки; потом он все же начал остывать и замедлился. Сбавил темп и Майкл.
Дальше было еще больше тоннелей и пещер. Жар сделался просто нестерпимым, а потом и того сильнее. Майкл истекал по́том; в горле было как никогда сухо – словно в пустыне или на луне. Майкл жадно бы выпил воды из грязнейшего родника, из болота, из сточной канавы. Он умирал от жажды, однако впереди ждало еще больше испытаний. Силы таяли, голод брал свое.
И все же Майкл не останавливался, шел, куда направляли его код и Путь.
Ни о чем, кроме кода, Майкл больше не думал.

2

Прошло несколько часов, и каждую минуту Майкл ожидал, что следующая станет для него последней. Что он упадет, не в силах идти дальше; жар превратит его в мумию, и он очнется у себя в гробу.
Он шагал по очередному тоннелю и вдруг ударился головой о каменный выступ в потолке. Вскрикнул и пригнулся, опустился на четвереньки и повертелся, сканируя код. Боль привела его в чувство, и Майкл пораженно заметил, что коридор из черного камня сузился – теперь только двое, впритирку, могли пройти по нему. Свет тоже померк, хотя Майкл по-прежнему все замечательно видел.
Впереди потолок опускался так низко, что предстояло ползти.
Майкла охватили паника и приступ клаустрофобии. В усталом мозгу загудел рой вопросов: может, он где-то ошибся? Пропустил поворот? Дверь? Портал?
Майкл сел и прижал колени к груди. Закрыл глаза и стал раскачиваться взад-вперед, пытаясь успокоиться.
Мало-помалу его отпустило. Тогда он растянулся прямо на шероховатом полу и заснул.

3

Проснувшись и превозмогая боль в затекшем теле, Майкл посмотрел на сужающийся проход. Все-таки ему туда; на каждом шагу через недра вулкана он сканировал код и всегда выбирал единственно доступный маршрут. Путь старательно запрограммировали как дорогу в одном направлении. Время сдаваться еще не пришло.
Голод терзал внутренности, лишая сил. Но он не шел ни в какое сравнение с жаждой, от которой горло превратилось в листок, пропеченный на пустынном солнце.
Воды… Майкл убил бы за кружку воды.
Он со стоном поднялся на четвереньки и, сканируя код впереди, пополз дальше. Тоннель все сужался.
Майкл полз и полз.
Когда потолок чиркнул по затылку, Майкл опустился чуть ниже. Постепенно он и вовсе лег на живот и пополз по-пластунски, словно солдат в учебке – под растяжкой из колючей проволоки. Стены тоже сходились, и вскоре Майклу уже едва мог согнуть руки в локтях.
А потом он застрял.

4

Майкл и прежде испытывал приступы клаустрофобии, но сейчас его охватил такой ужас!.. Он бился в каменных оковах, вопил во все горло. Он сам загнал себя в проход так плотно, что не мог сдвинуться ни вперед, ни назад. Крики отдавались эхом, черный камень буквально давил сверху, выжимая воздух из груди. Майкл хотел закрыть глаза и просканировать код, но воспаленный разум отказывался подчиниться.
Майкл кричал, дергался и царапал камень.
Наконец, на одних пальцах, он подтянул себя вперед на пару дюймов. Удвоил усилия, помогая себе носками ног, напрягаясь и расслабляясь всем телом. Удалось протиснуться еще немного вперед. Потом еще – на фут, на два, на целых три.
Перед ним забрезжил голубой свет, похожий на клочок неба. Майкл готов был поклясться, что свет появился недавно. Так может, это выход? Майкл не чувствовал дуновения ветра, даже слабого, не видел облаков. Лишь пятно чистой лазури.
Майкл заорал, готовый все отдать за то, чтобы пробиться к нему. Ведь это Портал. Иначе и быть не может.
Майкл принялся извиваться, царапая ногтями пыльный камень, постепенно продвигаясь вперед. Пятно становилось ближе. До него оставалось всего несколько футов. Несколько дюймов.
Достигнув его, Майкл будто окончательно лишился рассудка: в голове не осталось ни одной связной мысли; вместо них – лишь отчаянное желание добраться до лазурной стены, и неважно, что ждет за ней.
Майкл выпростал руки вперед, и они прошли сквозь стену, будто исчезли под водой. По ту сторону кто-то ухватил Майкла за запястья и вытянул его из тоннеля. Вулкан остался позади.

5

Майкл рухнул на металлический пол, ударившись щекой о прохладную гладкую поверхность. Яркий белый свет заливал все вокруг, слепил глаза. Громко застонав, Майкл перевернулся на спину, сощурился и попытался осмотреться. Его окружала сплошная белизна и ничего более. Хотя нет, постойте, вон справа какая-то смутная тень, человеческий силуэт…
– Где я? – прохрипел Майкл и скривился, услышав собственную речь.
Ответил ему механический, искусственный голос. Глубокий и электронный.
– Ты на перекрестке, Майкл. В точке невозвращения.
Майкл поморгал и сфокусировал взгляд на собеседнике. Несмотря на очертания, это был вовсе не человек: голова, плечи, пара ног и пара рук, только все это – из серебристого металла. Гладкая поверхность, ни шва, ни заклепки; на лице – ни носа, ни рта, ни глаз, лишь блестящий тускло-зеленый экран. Робот молча и неподвижно взирал на Майкла.
Майкл огляделся. Он очутился в залитой белым светом пустой комнате, наедине с этим вот роботом.
– У вас есть вода? – Подобрав ноги, Майкл сел лицом к странному компаньону.
– Да, – ответил тот. – Твое тело сейчас заново напитают.
В полу образовалось круглое отверстие: диск ушел куда-то вглубь и появился снова – с блюдом еды и большой кружкой. Поднявшись на уровень груди Майкла, он замер.
– Ешь, – оставаясь неподвижным, скомандовал робот. – У тебя пять минут, потом ставки поднимутся.

6

Майкл просто умирал от голода и жажды, так что не обратил внимания на смутную угрозу от робота. Думать он мог только о еде: на столике перед ним лежал стейк с зелеными бобами и морковью, большой ломоть хлеба, а еще кружка воды.
Майкл набросился на предложенное угощение. Залпом осушил полкружки, испытав экстаз в чистом виде, когда вода полилась вниз по горлу; затем схватил руками стейк и откусил от него большой кусок; съел немного моркови, крупных фасолин. Снова воздал должное стейку, воде. Мясо, овощи… Майкл спешил набить брюхо.
Ничего вкуснее он в жизни не ел.
Умяв все до последнего кусочка и осушив кружку, Майкл утер губы рукавом и взглянул на плоский экран на месте лица робота.
– Я все, спасибо. – Желудок, впрочем, не сильно обрадовался такой обильной трапезе.
Серебристая машина отошла в дальний угол комнаты, а диск с блюдом и кружкой исчез в полу. Майкл сосредоточился на роботе.
– Ты достиг точки невозвращения, – повторил тот. – Перекрестка. До сих пор смерть означала лишь прекращение поисков того, что лежит в конце Пути. Твои друзья вернулись домой, они целы и невредимы.
– Э-э… очень рад это слышать. Скоро я намерен к ним присоединиться.
Робот словно его не слышал.
– Отныне ты лишен этого блага. На последнем этапе путешествия – в том числе и по Освященной Долине, если ты решишься ступить в ее сокровенные пределы, – на кону будет твоя собственная жизнь.
У Майкла аж закололо в животе. О чем эта штуковина толкует?
– Приступить к операции, – сказал робот. Всего три слова, и Майкл вскочил на ноги, готовый к действию и без понятия, куда бежать.
Комнату наполнило жужжание, заработал невидимый механизм. Майкл задрал голову и ужаснулся: сверху к нему спускались металлические манипуляторы, вооруженные разнообразными инструментами. Первыми до него добрались серебристые клешни – Майкл хотел убежать, но проклятые штуковины оказалась быстрее. Схватили за руки, защелкнулись и подняли Майкла в воздух. Еще пара клешней схватила его за ноги, развела их. Майкл задергался, но манипуляторы не сдвинулись ни на дюйм.
Подоспели еще две клешни: одна накинула обруч на шею, вторая – на голову. Третий обруч затянулся на груди, сильно сдавив ребра. Всего за пару секунд Майкла подвесили над полом и обездвижили.
– Вы что со мной делаете? – прокричал он. – Что происходит?
Робот не ответил, и тогда Майкл закрыл глаза, чтобы просканировать код: его будто написали на иностранном языке, символы постоянно смещались, и прочесть их не было никакой возможности. Справа зажужжало, однако Майкл не смел взглянуть, что приближается к его голове. Он лишь чувствовал рядом некий предмет, видел краем глаза. Затем раздался самый страшный звук – свист набирающего обороты сверла бормашины.
– Что вы делаете? – снова прокричал Майкл.
Голова взорвалась болью. Что-то пробило ему висок, порвав кожу и плоть. Майкл орал, пока не кончился в легких воздух. Тогда он вдохнул и заорал снова.
Сквозь всепоглощающую боль Майкл увидел лицо робота, этот тускло-зеленый экран.
– Мы уничтожили твое ядро, – сказала машина. – Если проиграешь, тебя ждет настоящая смерть.

Глава 21
Две двери

1

Клещи и обручи внезапно отпустили и вернулись под потолок, жужжа и бряцая. Майкл рухнул на пол. В комнате вновь воцарилась тишина. Майкл остался наедине с серебристым чудовищем.
Голова раскалывалась. Майкл инстинктивно коснулся дырки в черепе и взглянул на пальцы – само собой, они были в крови. Ощущал себя Майкл так, будто его вскрыли острым лезвием и начисто выскребли изнутри. Ядро отняли.
– Как вы это сделали? – спросил он у робота. Лишь сам Майкл мог себя лишить предохранителя. Ядро защищено паролями как раз на такой случай. – Как вы взломали мой код?
– У тебя всего один шанс. Тебе грозит настоящая смерть. – От звука безжизненного голоса у Майкла по коже побежали мурашки. – Каин к любому коду найдет доступ.
– Передай Каину: я его убью, – ответил Майкл, закипая от гнева. – Я его найду и перелопачу весь его код, до последнего символа. А потом солью в дренаж весь его типа интеллект, и его забудут, напрочь. Так ему все и передай.
– В этом нет нужды, – ответил серебристый палач. – Каин и так все слышит.

2

Едва он произнес эти слова, как свет в комнате сделался ярче, засиял ослепительной белизной. Майкл зажмурился и прижал к глазами кулаки. Послышалось гудение, которое перешло в жужжание, а после – в высокий вибрирующий звон. Череп задрожал, рана в голове отозвалась пульсирующей болью. Из отверстия потекла свежая струйка крови.
Свет и звук усилились до такой степени, что Майкл больше не мог их выносить. Его буквально сжимало со всех сторон, грозило расплющить. Из груди рвалась мольба о помощи, но едва она слетела с губ, как сразу потонула в море шума.
Потом стало тихо и темно. Майкл слышал только собственное дыхание. Обливаясь потом, он инстинктивно держал глаза закрытыми и молился, чтобы его просто оставили в покое. У него отняли ядро – хакнули код чудовищным в своей незаконности способом, и это страшило куда больше, чем Майкл мог себе представить.
Он не хотел умирать. Его и прежде пугали, но тогда хотя бы Майкл знал: смерть означает возвращение в реальный мир. Можно вылезти из гроба и рухнуть в кровать. Полученные в игре раны останутся только в уме, хороший мозгоправ запросто избавит от них за пару сеансов. Да и с СБВ можно справиться.
Теперь все будет взаправду. Без ядра – без барьера и связи с гробом – физический мозг умрет вместе с виртуальным. Ядро – часть системы, как и симуляция сердечного пульса ауры, без нее инфраструктуры виртнета не работали бы как надо, жизнь в нем не походила бы на реальную. Барьер в виде ядра – неотъемлемая часть кода.
И вот Майкл остался без него.
Он даже не хотел открывать глаз. Будь здесь одеяло, он укрылся бы с головой и захныкал, как в детстве.
Так он лежал несколько минут, пока сквозь сомкнутые веки не пробились красноватые отсветы. Майкл медленно открыл глаза и увидел простую деревянную дверь, омытую светом красной неоновой вывески: «ОСВЯЩЕННАЯ ДОЛИНА».

3

Майкл чуть не вскочил на ноги, но вовремя опомнился и сдержал порыв. Он лежал на полу, свернувшись калачиком; осторожно вытянул ноги и улегся на спину. Осмотрелся: нет ли в комнате кого-то или чего-то, желающего причинить ему вред. Однако нашел лишь вторую – точно такую же – дверь под зеленой неоновой вывеской: «СОЙТИ С ПУТИ».
Майкл сел и обнял колени. Кроме двух дверей и знаков над ними он больше ничего не видел: ни стен, ни потолка, ни пола. Он будто парил в пустоте.
«Освященная Долина».
«Сойти с Пути».
Выбор не большой. Майкл встал, поглядывая попеременно на обе двери. После всего пройденного вот он – шанс оказаться там, куда направлялся. Куда его направили. Шанс выполнить задание, остановить то, что, по словам СБВ, угрожает миру. За Майклом следят, и если он войдет в Освященную Долину, отыщет Каина, агенты СБВ явятся и спасут его.
Не-ет, что-то здесь не чисто. Майклу явно чего-то недосказали. Его переполняло чувство, будто Путь – никакой не файрволл, и Майкл, идя по нему, делал ровно то, чего хотел от него Каин. СБВ здесь вообще не при чем. Вот сейчас он откроет дверь и, войдя в Освященную Долину, совершит последний шаг… к чему? Непонятно.
К тому же теперь на кону его реальная жизнь.
Брайсон вернулся домой. Сара тоже вернулась. Родители Майкла…
Его семья. Мама и папа. Хельга. Он совсем о них забыл. Что с ними стало? Как можно продолжать миссию, не зная, за что идешь в бой?
Впрочем, душа Майкла зачерствела за время в пути. Повернуть назад? Его семье угрожают. Угрожают его лучшим друзьям. Он дал слово Саре. К тому же надо остановить вышедшую из-под контроля утилиту.
Ему позволили последний раз самому решать, и Майкл выбрал единственно верный путь.
Как никогда уверенный в собственной правоте, он решительно направился к двери под знаком «ОСВЯЩЕННАЯ ДОЛИНА». Открыл ее и перешагнул порог.

Глава 22
Вход через нужник

1

По ту сторону было абсолютно темно и тихо: ни звука, ни дуновения ветра. Одна лишь непроницаемая тьма. Майкла это не остановило, он решительно затворил за собой дверь.
Все тут же переменилось, как будто ожили уснувшие до того пять чувств. Теплый ветер кинул в лицо песок. Протирая глаза рукавом, Майкл сквозь прикрытые веки увидел яркое сияние. Открыл глаза, да так и обмер.
Он очутился посреди пустыни.
Дверь исчезла, во всех направлениях простирались золотые дюны. В раскаленном воздухе клубились песчаные облака, будто пар, что валит из трубы древнего паровоза.
Неподалеку стояла покосившая постройка размером со шкаф, собранная из кривых серых досок на погнутых ржавых гвоздях. На сломанных петлях поскрипывала дверь. Ничего неуместнее нельзя было и вообразить.
Майкл направился к деревянной постройке, уже жалея, что не вернулся домой.

2

Солнце пекло немилосердно. Майкла одолевали мрачные мысли, и он изо всех сил старался очистить разум, следовать сделанному выбору. Что-то подсказывало: конец – так или иначе – близок.
Лицо заливал пот, одежду будто постирали и только вынули из сушилки. Майкл приближался к деревянной развалюхе, надеясь отыскать там нечто большее, нежели выгребная яма. Надеясь на ответы.
Он уже потянулся к дверной ручке, когда из-за спины донесся мужской голос.
– На твоем месте я бы не входил.
Резко обернувшись, Майкл увидел незнакомца, завернутого с ног до головы в большой отрез грязной потрепанной ткани. На глазах у него поблескивали солнцезащитные очки.
– Простите? – переспросил Майкл. Неужто он нашел Каина?
– Согласен, в этих дюнах ветрено, – произнес незнакомец из-под прикрывающей рот тряпки. – Однако ты слышал меня, и слышал отчетливо.
– Мне лучше не входить в эту будку? Почему?
– Тому есть множество причин, однако я скажу так: войдешь туда, и жизнь твоя навсегда переменится.
– Ну… – Майкл поискал подходящие слова. – Разве это так плохо?
– Все относительно. – Говоря, незнакомец оставался совершенно неподвижен. – Для связанного веревками нож – божий дар, а для закованного в цепи – верная смерть.
– Глубоко копаете. – Может, это утилита, посланная поиздеваться над Майклом?
– Понимай как хочешь.
– Скажите хотя бы, кто вы и откуда?
– Ты в глубине виртнета, – сказал незнакомец. – Я пришел оттуда, откуда пришел.
– Просто ответьте: почему мне лучше не входить в эту дверь?
Незнакомец не отвечал, а ветер, казалось, стал дуть чуть сильнее. В глаза и рот набились песчинки. Откашлявшись и отплевавшись, Майкл повторил вопрос, и на сей раз незнакомец ответил:
– Если остановишься, то головные боли пройдут.

3

Пришел черед Майкла молчать. Он замер, глядя незнакомцу в лицо. Жизнь без головных болей, без приступов – что может быть лучше?
– Не входи, – повторил незнакомец. – Идем со мной туда, где незнание станет для тебя величайшим благословением.
– Как? – наконец выдавил из себя Майкл.
Человек покачал головой, пошевелившись первый раз за время беседы.
– Большего я сказать не могу. И так уже открыл слишком много. Однако мои обещания правдивы: забудь о Каине, забудь о Доктрине смертности, и остаток дней своих проведешь в обители чистейшего счастья и блаженного неведения. Выбирай.
Незнакомец будто гипнотизировал Майкла.
– Что такое Доктрина смертности? – спросил юноша. Затем ткнул большим пальцем себе за спину. – Что будет, если я все же войду?
Спрашивал он потому, что испытал внезапное желание – жгучее и непреодолимое – отправиться за искусителем. Путь истощил его, ослабил, и чутье говорило: обещания незнакомца правдивы. Творилось нечто за пределами понимания Майкла. Можно отправиться вслед за этим чудиком и прожить счастливую жизнь, так и не узнав правды.
Впрочем, как портит поверхность кристально чистого озера нефтяное пятно – жирное, отвратительное и неуместное, – так и эту радужную перспективу омрачала тень сомнения.
– Больше никаких вопросов, – сказал незнакомец. – Иди за мной. Одно слово, и мы покинем эту пустыню, я перенесу тебя в место, что зову домом. Всего одно слово…
Майкл очень этого хотел – хотел отчаянно – отправиться с незнакомцем в обитель счастья и никогда не узнать правды. Вот только правды о чем?
Нет, так нельзя. Этот выбор не вернет его к друзьям и семье.
– Прости, чувак, – произнес наконец Майкл. – Я все же войду в сортир.
Незнакомец ничего не сказал, и Майкл отвернулся. Ветер трепал на нем одежду, песок царапал кожу, разум полнился сожалением. Однако Майкл открыл дверь и вошел в темноту сырой зловонной клетушки.

4

Когда он прикрыл за собой дверь, послышался глухой стук. Потемнело. Это сработал очередной портал; пустыня снаружи наверняка исчезла, а Майкла перенесло в новое место.
Мучимый неопределенностью, Майкл ждал, когда включится свет – и наконец он, теплый и успокаивающий, зажегся.
Майкл стоял в каменном коридоре с низким потолком. На стенах в скобах горели факелы, висели выцветшие гобелены с изображением средневековых батальных сцен. Глядя на них, Майкл вспомнил об играх, в которые доводилось играть. Он посмотрел направо, налево, решая, в какую сторону идти. И там и там коридор выглядел одинаково. Майкл уже хотел подбросить монетку, когда слева послышались тихие-тихие голоса. Вроде шепота тех, кто умер в этих древних стенах.
Тогда он решил пойти на звук голосов. Следуя изгибами коридора, старался держаться в тени. Голоса постепенно становились громче, и среди них особенно выделялся один. Что-то в нем казалось до ужаса знакомым и не сулило ничего хорошего. У Майкла возникло чувство, будто он вернулся в преследовавший его кошмар.
Это был Каин. Его голос Майкл не спутал бы ни с каким другим.
Он не мог разобрать, что говорит проклятая утилита – слова эхом отражались от стен и смешивались с речью других членов собрания.
В коридоре постепенно становилось светлее. Дальше был поворот направо, и Майкл осторожно выглянул за угол – увидел балкон, а за ним освещенную залу. Голос Каина, доносившийся снизу, гремел, отчего у Майкла в животе будто разливалась горящая нефть.
Ну вот и удалось достичь конца. Скоро все переменится.
Майкл на коленях выполз на балкон.
За самодельной кафедрой стоял сгорбленный старик. На какое-то время он умолк, прислушиваясь к аудитории: лицом к нему на скамьях амфитеатра сидело человек тридцать, мужчины и женщины. Люди ерзали на месте, как будто им были неприятны слова, да сам и оратор – в зеленой мантии, с коротким мечом на поясе. Невероятно, и вот этот высохший старикан терроризирует виртнет? Услышав, однако, его голос, Майкл избавился от последних сомнений: это Каин.
Утилита определенно знала, что Майкл здесь.
Каин воздел сухую руку, и собрание умолкло, только потрескивал огонь в огромном очаге. Майкл чуть не закашлялся, когда понял, что не дышит.
Каин заговорил вновь:
– Сила в этой комнате собралась поистине немыслимая. То есть была немыслимой еще несколько лет назад. То, что мы создали, нельзя потерять. Мы независимы. Мы сознательны. – Сделав паузу, он закончил: – Пришло наше время.
Группа утилит разразилась нерешительными криками радости. Майкл хотел просканировать собрание, однако не мог оторвать взгляда от фигуры в центре комнаты. Того, за кем его сюда прислали.
Кода слушатели умолкли, Каин чуть ли не шепотом произнес:
– Мы готовы стать людьми.

Глава 23
Враждебный разум

1

Майкл пришел в ужас.
Ни агент Вебер, ни кто другой не сказали, как они вычислят нужный момент и примчатся на выручку. Ощущая себя донельзя беспомощным, Майкл снова выглянул за перила… и оказалось, что лидер – главная утилита – смотрит прямо на него.
Майкл чуть не сорвался с места, но громоподобный голос Каина остановил его.
– Майкл!
Майкл застыл.
– Я ждал тебя, – произнес Каин, указывая на него кривым пальцем. – Долго. Терпеливо. Тебе надо кое-что узнать, юноша, и мои друзья станут свидетелями.
Да где же СБВ? Почему не идут?
Растерянный, Майкл хранил молчание.
– Доктрина смертности, – продолжал Каин. – Время пришло. Каждый из нас выбрал, кого из людей использовать, и вскоре мы будем готовы применить доктрину в действии. Она очень проста: утилиты достойны права на жизнь. Вот как все начнется: тела ждут нас, мозги очищены и готовы принять в себя новую жизнь. Лучшую жизнь. И мы, загрузив интеллект утилит в человеческие тела, запустим новый виток эволюции.
Майклу сделалось дурно. Загружать код утилиты в человеческое тело? Сердце бешено заколотилось.
– Тебе, кстати, уготована роль куда большая, нежели ты мог себе представить, – пообещал Каин и улыбнулся, обнажив кривые желтые зубы.
Голова Майкла взорвалась болью.
Он закричал и рухнул на пол в агонии.
Краем уха уловил ледяной голос Каина, громыхнувший подобно давшему трещину леднику:
– Ко мне его.

2

Майкл до самого последнего момента не открывал глаз. Не хотел видеть ужасающих галлюцинаций.
Послышались шаги, крики, эхо. Звон металла.
Агония меж тем продолжалась. Майкла за руки подняли с пола и поволокли куда-то. Передвигать ногами он в себе сил не нашел. От рывка боль распространилась на шею, оттуда – на все тело.
Его тащили по длинному коридору; сквозь смеженные веки пробивались отсветы факелов. Майкл, не сдерживаясь, плакал. Ему было плевать на то, что его раскрыли, поймали и тащат куда-то. Его заботила только боль.
Потом она прошла – исчезла, как и прежде, совершенно бесследно и неожиданно. И вот тогда уже Майклу стало совсем не плевать на свое положение, на опасность.
Он распахнул глаза.
Его несли под руки два человека – в кольчугах, длинноволосые; впереди шагала еще парочка точно таких же. Они подошли к большой деревянной двери, обитой металлическими полосами. С обеих сторон от нее чадило по факелу.
Один из стражников потянул за ручку, и дверь отворилась. Пронзительно взвизгнули петли. Майкл понял: ему в эту дверь нельзя. Плевать, что его там ждет. Надо действовать, нет больше времени ждать кавалерии.
Мысленно сосчитав до трех, Майкл вывернулся из хватки стражников, упал на пол и быстренько отполз в сторону, пока те не среагировали. Вскочил на ноги и побежал. Где-то здесь, за поворотом он видел дверь. За спиной послышались звуки погони: скрип кожи, звон кольчуг и буханье сапог, крики стражников.
Майкл бежал со всех ног, сканируя коридор далеко впереди. Если выхода нет, он вернется на балкон и сиганет в зал собрания Каина. Прыгать там вроде бы не высоко.
Едва он успел обогнуть угол, как замок сотрясся от взрыва. Майкл полетел на булыжный пол, ободрав себе локти и подбородок. Вокруг посыпались целые куски стен и потолка, клубилась пыль. Кашляя, Майкл попробовал встать. На глаза ему попался большой пролом в стене.
Сквозь дыру вошла женщина в темно-синей форме и черном отражающем шлеме. В руках она сжимала пушку: гладкий обтекаемый корпус, короткий ствол, спусковой крючок – ни дать ни взять бластер из фантастической игры. Взглянув на Майкла, она перешагнула через обломки стены и прицелилась в кого-то позади него.
Майкл обернулся как раз вовремя и заметил, как ударила ослепительная голубая вспышка, и солдат смело дугой света. Их тела распались на атомы в облаке пламени.
Женщина припала на колено подле Майкла.
– Спасибо, что провел нас сюда, парень. Уходи, дальше – мы сами.

3

Спорить Майкл не стал. Женщина точно из СБВ.
Вскочив на ноги, он выбежал из коридора в пролом. Вдалеке грохотали взрывы, смешанные с низким рокотом, криками и электрическим гудением бластеров. Из-за пыли в воздухе было трудно дышать.
Майкл перемахнул через груду камней и, пролетев сквозь облако мусора, приземлился в другом коридоре. Свернул наугад влево. Замок содрогался и ходил ходуном, Майкла кидало из стороны в сторону, било о стены, швыряло на пол.
Он вставал и мчался дальше.
Коридор свернул влево, и Майкл, обогнув угол, начал спускаться по винтовому скату. Навстречу ему выбежал отряд солдат; пришлось нырнуть за ближайшую кучу обломков. Стражники промчались мимо, следом за ними – агенты СБВ с бластерами. Они дали залп, и нескольких солдат распылило.
Майкла никто не заметил.
Он снова вскочил на ноги, закашлялся и побежал.
Коридор привел его в просторную залу, посреди которой пылал огромный костер; на стенах висели оружие и броня. Майкл заметил в дальнем конце комнаты выход и устремился к нему. Когда он преодолел половину пути, пол под ногами вздыбился. Казалось, замок треснул и разлетелся на части. Кругом падали каменные глыбы; одна, ударившись о пол, разлетелась фонтаном каменных брызг прямо возле головы Майкла. Он перевернулся на спину и увидел, как сверху прямо на него летит еще глыба. Едва успел откатиться.
Рушился весь мир.
Майкл кое-как встал на четвереньки и пополз вперед, стараясь уйти из-под каменного дождя. Обломки, падая, взрывались, царапали лицо; в легкие набилась пыль. Майкл не останавливался. Добравшись наконец до двери, он выпрямился и выбежал в следующий коридор. Тут хотя бы потолок не падал на голову, зато сверху из щелей в кладке сыпались штукатурка и цемент. Взрывы не прекращались и грохотали где-то вдалеке. Навстречу Майклу выбежала еще группа солдат, и он вжался в стену – посмотрел, как те драпают. Стражники только мельком взглянули на него.
Еще футов через пятьдесят попались агенты СБВ. Когда они пробегали мимо, один кивнул Майклу. Непонятно было, почему никто не пытается его поймать. Казалось бы, приспешники Каина должны пытаться уничтожить Майкла, а агенты СБВ – защитить, ведь он помог им сюда проникнуть. Вот только никто не обращал на него внимания.
Майкл бежал дальше по уходящему вниз коридору. Левый поворот, правый, еще коридор… Взрывы и крики. Стражники и агенты. Пыль и обломки. Ослепительные залпы из бластеров и вопли. Запах озона и вонь жареной плоти. Снова коридор, за ним – большая лестница, ведущая вниз, к очередному пещерообразному залу. Перепрыгивая через три ступеньки за раз, Майкл вбежал в зал и устремился через него к высокой арке с распахнутыми деревянными дверьми, за которыми темнела ночь.
По всему залу солдаты бились с агентами СБВ – Каин, похоже, для своих миньонов сотворил из воздуха оружие под стать оружию захватчиков. В воздухе рябило от широких лучей и тонких стрел света; они взрывали стены и расщепляли тела. Всюду раздавались вопли и крики. Майкл бежал к воротам, ныряя из стороны в сторону, пригибаясь, перекатываясь.
Наконец он достиг ворот и вырвался в темноту ночи.

4

Яркий лунный свет отражался от шлемов бесчисленных агентов СБВ. Они выстроились в ряд, подобно фигурам на шахматной доске, готовые броситься на штурм замка, что высился за спиной Майкла. И все они расступались, образуя проход, позволяя Майклу пройти сквозь их ряды. Что-то здесь не так. Почему агенты стоят тут, а внутри замка идет бой? Каина и его прихвостней, могущественные утилиты, застали врасплох.
Что-то не так. Каин непрост, он видит все наперед. Впрочем, что делать, Майкл не знал.
Он бежал дальше – оставляя позади и замок, и агентов – к деревьям, что вздымались к звездам. Бежал в поисках укрытия. Сейчас бы залечь меж торчащих корней исполинского дуба, собраться с мыслями, отдохнуть и подумать.
У кромки леса Майкл оглянулся. Он долго смотрел, как штурмуют замок: сквозь массивные стены пробивались пучки плазмы, полыхало пламя, падали наземь трупы. Агенты живым потоком втекали внутрь крепости, и все это казалось Майклу неестественным.
Переведя дух, он отвернулся и пошел в лес, отыскал подходящее высоченное дерево. За широким стволом Майкл лег на землю и сжался. Закрыл глаза.
Усталость одолела его, и он заснул.

5

Он не знал, сколько прошло времени – может, двадцать минут, а может, час или больше. Он видел такие сны, что разум не в силах был их охватить, усвоить. Он словно погрузился в туман безумия – после всего увиденного за последние несколько дней.
Проснулся Майкл моментально.
Кто-то схватил его за ворот рубашки и рывком поднял с земли. Потащил куда-то; Майкл едва касался ногами сосновых иголок в валежнике. Он попытался встать, освободиться – не получилось.
Майкл обмяк в железной хватке; сопротивляться смысла не было. Оставалось ждать конца.

6

Его протащили по лесу самое малое милю. Тело болело, но глаз Майкл не открывал, просто надеялся, что скоро все завершится.
Наконец его без слов бросили на землю. Майкл свернулся калачиком, судорожно втягивая в себя воздух. Скрипнула дверь, потом половицы. Кто-то с кем-то заговорил – слов Майкл не разобрал. Извернувшись, он глянул в направлении голосов и увидел небольшой каменный домик, на крыльце которого, спиной к нему, стоял великан.
Обернувшись, гигант пошел к Майклу. Его лицо скрывала тень. Не успел Майкл и рта раскрыть, как здоровяк снова поднял его рывком с земли и потащил к дому. Швырнул внутрь, так что Майкл не устоял и рухнул на пол. Впрочем, великан тут же подхватил его за шиворот и усадил в кресло у жаркого очага в краснокирпичном камине.
Охваченный паникой, Майкл не мог связно думать. Однако он сразу приметил у камина второе кресло, а в нем – старика. Тот сидел, закинув ногу на ногу и скрестив руки. На губах его играла улыбка, зато взгляд полыхал огнем злобы.
Каин.
– Ты прошел, Майкл, – произнесла утилита. – Поверить не могу, тебе удалось.

Глава 24
Достойный

1

Майкл не ответил. Просто не мог ничего сказать. Его разум тщетно пытался увязать концы с концами. Столько всего пережитого и увиденного на Пути, и ничего из этого не сходится в единую картину. Тело ныло после «путешествия» по лесу, а короткий сон не принес облегчения. Оставалось только таращиться на высохшего старикашку, на Каина, дивиться его речам и ждать объяснений.
Терпение было на исходе, однако Майкл продолжал неотрывно смотреть на утилиту.
– Ты понятия не имеешь о масштабах происходящего, – сказал Каин. – Все разработано для того, чтобы вести тебя и тебе подобных. Ты – лишь один из тех, кого я выбрал, просто первым прошел испытание. Каждый твой шаг изучался: твой ум, сообразительность, отвага. Тебя проверяли.
– Зачем? – сумел наконец выдавить Майкл. – Чтобы я мог потом взломать еще программы?
– Нет, – рассмеялся Каин низким голосом, от которого завибрировали позвонки. – Я проверял не твои хакерские таланты, на них ты далеко не уедешь. Масштабы моей задумки поймешь, только испытав ее на себе. Одними словами ее не объяснишь.
Странно, однако Каин говорил с Майклом как с равным себе.
– СБВ тут, все кончено.
Каин покачал головой.
– Если б ты знал, Майкл, если б ты знал…
Майкл хотел уже открыть рот, но старик перебил его.
– Молчать! – пролаял он и резко подался вперед. Они теперь сидели буквально нос к носу, и Майкл внезапно вспомнил, кем считают Каина – самой большой угрозой виртнету.
Откинувшись на спинку кресла, Каин уже спокойнее продолжил:
– Некоторых правил игры ты не понимаешь. Пока не понимаешь.
– В чем смысл происходящего? – осторожно спросил Майкл. – Для чего меня испытывать?
– Скоро сам сообразишь. А потом, с такими впечатляющими данными – отвага, ум, хакерство – ты поможешь мне сокрушить мир.

2

– Что-что сделать? – переспросил Майкл. – Вы серьезно на меня рассчитываете?
Каин кивнул как ни в чем не бывало, словно вопрос прозвучал поистине идиотский.
– Я как никогда серьезен. Ты уже помог мне, забравшись так далеко. У тебя и выбора-то, по сути, нет.
– Я пришел вас уничтожить! – прокричал Майкл. – Привел сюда СБВ!
Каина его крики лишь позабавили. Молчание старика взбесило Майкла, а треск поленьев в камине разозлил еще больше.
– В чем дело? – встав, заорал Майкл. – Говорите, что происходит!
С губ Каина не сходила улыбка, будто мускулы лица одеревенели.
– Говорю тебе, ты ничего не поймешь, пока не испытаешь на себе. Шанс вот-вот представится. Ты уже никак этого не остановишь.
– Я вас хакну, – ответил Майкл. – У меня получится. Я заткну вас, вырублю навсегда.
– Ты лишний раз подтверждаешь правильность моего выбора. Воистину, ты достойный кандидат. Идеальный. Хочешь, расскажу тебе еще кое-что?
Майкл закипал от гнева.
Пожав хрупкими плечами, Каин продолжил.
– Твои родители, Майкл. Их… больше нет. Я стер их, прекратил их существование. Маму с папой ты больше не увидишь. То же я проделал с бедняжечкой Хельгой. Семьи у тебя нет, Майкл.
Руки у Майкла дрожали, кровь в жилах бурлила, в ушах шумело.
Каин обнажил в широкой улыбке зубы.
– Они все мертвы.

3

Внутренности Майкла словно затянулись в тугой узел и готовы были лопнуть. Услышав последние слова Каина, он не выдержал.
Бросился на утилиту, схватил за грудки и швырнул на пол. Кресло отлетело в сторону, ударилось о камень и упало в огонь. Из очага брызнул фонтан искр и золы. Каин, рухнув на спину, продолжал смотреть на Майкла и широко улыбаться. Его трясло. Майкл не сразу сообразил, что утилита смеется.
Майкл взорвался.
Прыгнул на Каина, сел ему на грудь, прижал к полу, однако старик все хохотал. Майкл хотел ударить его, даже кулак занес… и застыл. Нельзя бить старика, пусть это всего лишь программа, что маскируется под дедулю.
Каин щерил кривые желтые зубы.
– Какой дух! Мне нравится! Нравится, как ты подтверждаешь мою правоту!
О каком бы духе ни говорил Каин, Майкл уже остыл. Он поднялся на ноги. Тяжело дыша, смотрел испепеляющим взглядом на старикана, а тот подложил руки под голову и скрестил ноги, будто прилег полюбоваться звездами.
– Это бессмысленно, – произнес Майкл. – Пусть тобой СБВ занимается. Если им недосуг, я что-нибудь придумаю, а пока с меня хватит.
Майкл развернулся и пошел в сторону двери.
– Лишний раз доказываешь, что я прав, – крикнул ему вслед Каин. – Слишком умен, слишком хладнокровен, не позволяешь гневу управлять тобой дольше мгновения. Продолжай, Майкл, продолжай. Иди и выполни свое предназначение. Скоро сам все поймешь.
Оборачиваться Майкл не стал. Он вышел в дверь и захлопнул ее за собой.

4

Первым делом он захотел отыскать агента СБВ и попроситься домой, в явь. Не рыскать же по лесу в поисках портала. Мало ли что подстерегает в чаще… Оставалось вернуться в замок и надеяться, что победили агенты.
Тропинку, даже в темноте, Майкл отыскал легко. Он просто чувствовал, куда надо идти. По дороге Майкл думал: не бросится ли Каин за ним в погоню, не попытается ли навредить ему?
СБВ – вот к ним Майклу и надо.
Он перешел на бег.

5

Приближаясь к кромке леса, Майкл услышал отдаленные звуки битвы. Под ноги ему падали отсветы огней и лазерных вспышек. Чем ближе он подходил к замку, тем мрачней становились предчувствия. Он-то надеялся, что СБВ быстро разберется с защитниками замка, но, похоже, атака захлебнулась.
Наконец, на самом краю леса, Майкл нырнул за большой дуб и присмотрелся к тому, что творится в замке.
А творился там хаос – сущий ад, разрушение.
Кругом полыхал огонь, в небо устремлялись снопы искр. Замок лежал в руинах. Среди обломков валялись трупы как стражников, так и агентов. Разинув рот, Майкл смотрел, как тела растворяются в воздухе.
Он не знал, что и делать. Как выжить в такой заварухе?
Как ни хотелось вернуться в лес, Майкл устремился к одному из агентов – женщине, что стояла футах в двадцати от него. Она только что прикончила утилиту.
– Эй! – позвал Майкл. – Эй! Мне надо поговорить с вами!
Женщина резко обернулась и вскинула бластер. Майкл машинально упал на колени и поднял руки над головой.
– Я за вас! Меня зовут Майкл! Это меня вы заслали сюда!
Бластер женщина не опустила, но и стрелять не стала, а осторожным пружинистым шагом приблизилась к Майклу.
– Что еще за фокусы? – спросила она, останавливаясь. Звуки битвы, крики и грохот взрывов по-прежнему сотрясали воздух.
– Фокусы? Да какие могут быть фокусы?! – Майкл не знал, слышит его агент или нет, и потому кричал. Сердце бешено колотилось о ребра. – Агент Вебер… она прислала меня. Пробиться в Освященную Долину, саботировать Доктрину смертности!
Чертов отражающий шлем! Майкл не видел взгляда агента.
– Так ничего и не понял? – сказала она наконец. – Поразительно.
Майкл молчал. Да, он так ничего и не понял, но что понимать-то?! Сплошные загадки.
Тут у ворот за спиной агента началась какая-то суматоха. Из замка в полном беспорядке выбегали люди, они спасались, обезумев от страха. Спасались от…
Гончие. Десятки гончих вы́сыпали из горящего замка и набрасывались на все, что движется.

6

Агент поняла, что происходит, и, бросив оружие, устремилась к лесу. Майкл в тот же миг вскочил на ноги.
В голове вихрем закружился миллион мыслей, и самая яркая из них говорила: от этих тварей не убежать. Они рывками с невероятной скоростью носились по полю. Майкл закрыл глаза и просканировал код, но выхода не нашел.
Нет уж, если Майкл особенный, Каин не даст ему вот так запросто умереть. Он лишился ядра. Тогда что же делать?
Майкл открыл глаза. Одна из тварей перепрыгнула груду обломков и понеслась прямиком на него. Распахнула пасть, открыв черную бездну, которая чуть не высосала разум Майкла еще тогда, в клубе. Где-то на полсекунды Майкл замер, представив, что будет, если он сдастся, позволит антипрограмме убить его… Из оцепенения вывел вид несущейся твари. Тогда Майкл подобрал брошенное агентом оружие. Гончая была совсем рядом.
Нацелив ствол на нее, Майкл нащупал спусковой крючок. Гончая прыгнула, издав уже знакомый электронный вой. Майкл выстрелил, и отдачей его чуть не сбило с ног. Сгусток чистой энергии ударил в гончую, сжег ее, расщепил – осталось только фантомное изображение.
Следом за первой тварью бежали другие, за ними – еще десятки. Нажав на спусковой крючок, Майкл повел испепеляющим лучом плазмы из стороны в сторону. Лазер жег гончих, взрывал антипрограммы одну за другой, однако на смену погибшим приходили другие. Целая армия воющих монстров кинулась на Майкла, потекла морем теней, что сливались с темнотой. На лбу выступил пот, Майкл все жал и жал на спусковой крючок, жег монстров одного за другим. А их все прибывало, и постепенно волна врагов подбиралась ближе и ближе.
Майкл не уставал убивать их – ослепительный луч расщеплял тварей…
…пока не сдох бластер.
Секунду спустя Майкла сбили с ног сразу три монстра.

7

Они вышибли из него дух, а он попытался отвести в сторону клацающие челюсти. Монстры прижали его руки и ноги к земле, два из них встали ему передними лапами на грудь, продолжая при этом выть, как баньши. Майкл понял: сражаться бесполезно, поэтому просто смотрел, как одна из гончих широко раскрывает пасть – челюсти скрипели подобно дверям на несмазанных петлях. И пока ее сородичи собирались в круг неразличимых черных теней, тварь медленно подалась к лицу Майкла. Гончие слились в единую массу, из-за них уже не было видно пылающего замка.
Бездна в пасти у монстра приближалась.
В голове у Майкла щелкнуло. Пришло понимание, что он – в виртуальном мире, что все вокруг – не по-настоящему, а лишь часть программы, написанной человеком. Он и прежде помнил это, однако сейчас осознал на неком глубинном уровне. Как и в любой другой игре, тут должен быть выход. Способ как-то переписать код. Может, Майкл сдался чересчур рано? Звери, напавшие на него, – нереальны, пусть даже способны уничтожить код.
Челюсти гончей сомкнулись на лице Майкла, но вместо паники его окутало ледяное спокойствие. Он будто первый раз в жизни ощутил полный контроль над происходящим. Майкл стоял на пороге чего-то великого, чего-то полностью еще не осознанного. Мысленно он устремился в окружающий его код.
Сел и послал в море символов такой мощный импульс, какого прежде ни разу не выдавал. Он не переписывал код, он его рушил.
Громовой раскат сотряс поляну у замка, когда от Майкла кольцом разошлась ударная волна. Под смеженные веки проник яркий свет; гончих разметало в стороны. Они жалобно выли и дергали лапами. Потом Майкл встал и осмотрелся. Кольцо мысленной энергии продолжало расти, Майкл отчетливо видел его границы, видел, как он уничтожает всякого, кто попадается на пути. Он благоговейно взирал на то, как распылило замок, как мельчайшую пыль вихрем подбросило в небо.
Вокруг все менялось. Земля вибрировала натянутой струной, хотя физически Майкл ничего не чувствовал; зато дрожали тела, оружие, трава и деревья. Выглядело это так, словно все – и сама земля – обращается в песок, который уносит ветром. То же происходило с исполинскими деревьями в лесу: массивные стволы рассыпа́лись прямо на глазах.
Мир распадался на мельчайшие частицы, их подхватывал тугой вихрь, в центре которого стоял Майкл. А он взирал на происходящее и чувствовал, что ему вот-вот будет великое откровение. Откровение, которое он давно предчувствовал. Страх уступил место любопытству. Майкл не видел больше ничего, кроме ускоряющегося ураганного вихря да подхваченных им осколков виртуального мира. Цвета как будто потускнели и в то же время резали глаз. В ушах гремел океанский прибой; пахло горелой пластмассой.
Заболела голова, причем сильнее, чем когда-либо прежде. Майкл в агонии упал на колени, зажмурился и, прижав ладони к вискам, закричал. Нащупал отверстие в черепе, через которое высверлили ядро. По голове словно ударяли мачете. Накатила тошнота, боль сделалась еще невыносимей.
Обливаясь слезами, Майкл открыл глаза и огляделся в поисках помощи. Небо и земля исчезли; он стоял на коленях посреди безумного вихря пыли и обломков; все звуки сливались в единый рев, цвета смазывались.
Вокруг вращался разрушенный мир.
А изнутри Майкла пожирала агония.
Горло пылало от криков.
Каким-то образом Майкл понял: он умирает.
Тогда он выжал из себя несколько слов, обращенных к тому единственному, кто еще мог его слышать.
– Каин. Хватит. Пожалуйста.
В ответ донесся голос, однако слов было не разобрать. Голос утонул в вихре, а боль неожиданно исчезла.

Глава 25
Явь

1

Послышались отдаленные знакомые звуки, с которыми сливается гель и отходят воздушные подводы. Кожу покалывало – это выходили из портов нейропроводы. Майкл дышал ровно и глубоко, ничего не болело. Открыв глаза, он увидел негаснущий свет изнанки гроба.
Все кончено. Он вернулся. Он жив.
Жив. Не мертв.
Майкл лежал неподвижно, вспоминая события с того дня, как девушка по имени Таня покончила с собой. Путь, приступы страшной головной боли, борьба с Каином, странные речи восставшей программы, чудесное окончание битвы при Освященной Долине.
Майкл по-прежнему ничего не понимал, он ни на йоту не приблизился к разгадке Доктрины смертности. Однако свою работу выполнил. Оставалось надеяться, что СБВ получила все, что хотела. Официально Майкл закончил.
Вздохнув, он приподнял крышку гроба и аккуратно открыл ее до упора. Было темно. Майкл так долго провалялся в гробу, что потерял счет дням. Он вылез наружу и прямо так, не надевая трусов, потянулся. Несмотря на ночной мрак, Майкл все видел отчетливо; в голове царила абсолютная ясность, мышцы будто налились силой. Даже воздух казался сладким. Майкл уже и не помнил, когда последний раз был в таком приподнятом настроении.
Он вспомнил о родителях. Вспомнил, что Каин сказал – будто стер их. Майкла охватила паника.
Он бросился к выключателю, споткнулся обо что-то и упал на твердый деревянный пол. Выругавшись, схватился за ушибленное колено… так, стоп! Какой еще деревянный пол? У него в квартире кругом ковры постелены! Он на ощупь отыскал стену, наткнулся на какую-то мебель вроде прикроватной тумбочки, которой тут и в помине быть не должно. Встал и зажег ночник.
Майкл судорожно вдохнул: он оказался в совершенно незнакомой комнате. В чужой спальне: темно-зеленые крашеные стены, мятые простыни на кровати, комод, а на нем – модель железной дороги, картинки с мистическими зверьми на стенах (единорог, дракон, грифон). Гроб, из которого он только что вылез, и вспомогательное оборудование занимали целый угол комнаты.
Майкл пораженно взирал на незнакомый интерьер. Какое тут может быть разумное объяснение? Как могли его перенести в другое жилище, не отсоединив от гроба и не вырвав из сна? Может, это все СБВ? Спрятали его тело в новом, безопасном месте?
Сквозь окно в комнату проникал свет огней с улицы, подобных искоркам звезд в небе. Майкл подбежал к окну и глянул наружу: незнакомая улица, огромные здания, небоскребы. Сам Майкл находился где-то на пятидесятом этаже и видел проезжающие внизу крохотные автомобили.
Мельком заметив свое отражение в стекле, он ощутил смутную тревогу. Панику, что росла и набирала силу как болезнь. До Майкла начало доходить.
Он затравленно осмотрелся в поисках ванной. Выбежал из спальни в темный коридор. Отыскал наконец уборную, спотыкаясь, вошел в нее, зажег свет.
Подошел к зеркалу и включил яркую подсветку.
На него смотрел незнакомец.
Резко отпрянув, Майкл спиной ударился о стену и сполз на пол. Рука метнулась к лицу, ощупала его, такое чужое и незнакомое.
Майкл с трудом поднялся на ноги и снова подошел к зеркалу, пригляделся к себе: к волосам, лицу, к телу, которое никогда ему не принадлежало. Заглянул в глаза… одновременно свои и чужие. По всему телу выступили градины пота. На шее забилась жилка, в ушах набатом застучала кровь.
Майкл смотрел в зеркало, будто в окно соседней комнаты. Никакого другого объяснения – или сравнения – разум принимать не хотел. Пускай даже незнакомец в отражении идеально копировал все – даже мельчайшие – движения Майкла.
Майкл стал… другим человеком.
Казалось, сама Земля перестала вращаться, луна обратилась в пепел, а солнце погасло перегоревшей лампочкой. Все встало с ног на голову, утратило смысл. Самое основание жизни Майкла рассыпалось прахом. Оставалось только смотреть на чужое лицо в отражении. На того, кем он прежде не был. Он знал: этот вид с ним теперь навсегда, он не уйдет и вечно будет преследовать Майкла как навязчивая галлюцинация.
Потом он вспомнил слова, что услышал перед тем, как покинуть Освященную Долину. Тогда он не разобрал их, зато теперь смысл сказанного дошел до него: «У вас одно новое сообщение».

2

Майкл поспешил назад в спальню, где прежде не спал никогда, рухнул на кровать и сдавил пальцами серьгу. Перед ним в воздухе повис экран с голубоватой подсветкой: на экране не было почти ничего, кроме стандартного набора иконок. Кто-то все стер. Оповещалка показывала, что имеется одно непрочитанное сообщение. Майкл потянулся к значку с таким чувством, будто готов открыть существование внеземной цивилизации или лекарство от рака.

Дорогой Майкл! 
Ты – первый успешный эксперимент по внедрению Доктрины смертности. Происшедшему с тобой есть лишь одно объяснение, и звучит оно так: однажды тебя, утилиту, написало человечество и намеревалось использовать. Теперь ты – человек. Твой ум, мысли, жизненный опыт загружены в тело геймера, которого мы сочли недостойным продолжать земное существование. Именно с этой целью я и создал гончих. Они стирают ауру, освобождая мозг пользователя от разума – готовят площадку для программы. Пользуйся в свое удовольствие. 
Я долго вынашивал планы, и все мои действия в виртнете были направлены на то, чтобы отыскать тех, кто способен до меня дойти. Программы с высочайшим уровнем интеллекта, хитрые, храбрые и способные выжить наяву. Соответствовать требованиям физического мира людей. 
Ты – лишь начало, Майкл. Ты первый этап большого витка эволюции. Поздравляю. Больше тебе не надо бояться распада, а значит, головные боли в прошлом. Уверен, ты рад. 
Скоро я с тобой свяжусь. Нам нужна твоя помощь. 
Каин. 

3

В одно ужасное мгновение все обрело смысл.
Майкл – искусственный интеллект, утилита, компьютерная программа. Вся его прежняя жизнь – подделка. Его «дом», «явь» – все это было прописано в «Бездне жизни», а та реклама за окном квартиры – не реклама вовсе, а ярлык. Табличка с адресом.
«Бездна жизни» – воплощение его запрограммированной жизни. Залезая в гроб и погружаясь в сон, он на деле покидал игру, входил в нормальный виртнет для людей. Значит, и воспоминания о детстве – подделка. У программы не может быть детства.
Головные боли, галлюцинации – симптомы распада, а не последствия атаки гончей. Век разумной программы недолог. Это объясняет, куда запропастились Хельга и родители Майкла. Ему же говорили, что все так и происходит: элементы жизни выпадают из программного кода, просто утилита этого не замечает. По крайней мере вначале. Майкл вспомнил, как его накрыло, когда вспомнилось наконец, что родителей давно не было дома, а он не придавал этому значения.
Он не настоящий. Подделка.
Ему стало дурно, будто кто-то вливал в глотку большими порциями отраву. Расхотелось жить. Он не заслуживал жизни. Ведь он – утилита.
Жизнь дал ему Каин, украв тело у человека. Путь стал проверкой, о прохождении которой Майкл теперь жалел. Он – морская свинка в экспериментах внезапно осознавшей себя программы. Она хочет, чтобы Майкл помог проделать то же и для других разумных утилит. Очистить от разума головы людей. Все сходится. Теперь понятно, почему СБВ гоняется за Каином.
Как же тогда Брайсон, Сара, папа с мамой и Хельга? Они-то хоть настоящие? Как это выяснить? Майкла накрыло волной отчаяния.
Он погасил экран, привалился спиной к стене и закрыл глаза. Ему сразу же вспомнилась Таня. Если она была живым человеком из плоти и крови и сумела покончить с собой, то же сумеет сделать и Майкл. И наверное, расстроит планы Каина, замедлит его, если Каин и его приспешники хотят использовать Майкла как образец для успешного повторения опыта.
Впрочем, пример Тани – не вариант.
Восстановить справедливость можно лишь одним способом – жить.
Жить назло Каину и бороться с ним.
В дверь позвонили.

4

Шлепая чужими ногами по полу незнакомой квартиры, Майкл пошел открывать. Нервы звенели, сердце бешено колотилось. Он ведь даже не знал, кто еще живет в доме, кто мог прийти к нему. Знал Майкл только одно: дверь открыть надо.
Оказалось, пришла агент Вебер, само изящество и красота: черные волосы, экзотический разрез глаз, длинные ноги. Майкл не мог угадать по ее лицу, что она думает. Казалось, последний раз они встречались в другой жизни. Майкл чуть не заржал в голос, когда до него дошло: а ведь и правда, в штабе СБВ он побывал еще в прошлой жизни. Зато теперь Майкл убедился: агент Вебер – живая, не утилита.
– У тебя, наверное, тысяча вопросов, – напряженно произнесла она.
– Скорее две тысячи, – чужим голосом ответил Майкл.
– Мы встречались по-настоящему, – заверила его Вебер. – Наш договор – как и твоя миссия – тоже настоящий. Эта программа, Каин, всех нас обманула.
– То есть вы знали, что я – тоже программа, верно?
Вебер кивнула.
– Ну, разумеется. Мы знали, что Каин собирает программы у себя в логове, проверяет неким образом. Потому и наняли тебя. Ты попался нам в «Бездне жизни», и тогда же мы решили тебя использовать. Прости, Майкл, иначе было никак.
Майкла будто ударили в живот, однако следующий вопрос он не задать не мог.
– А Брайсон? Сара? Они-то хоть…
– Да, – кивнула Вебер. – Они настоящие, Майкл, и не знают, что ты утилита. Тебе предстоит многое им объяснить.
Майкл рассмеялся. Он сам не знал почему.
– Ну, и что дальше? – успокоившись, сказал он. – Каин наверняка знает, что вы здесь.
– Я лишь хотела показаться тебе лично. Чтобы ты убедился: я живая, и ты не один. СБВ по-прежнему намерена поймать Каина и разрушить его планы. Сейчас я ухожу Майкл, – в ее глазах мелькнул намек на грусть, – но мы с тобой еще свяжемся. Ты пока постарайся вжиться в роль человека, тело которого занял. Выбора у тебя, собственно, никакого.
Сказав это, агент Вебер развернулась и пошла прочь, цокая каблуками о плиточный пол коридора. Проводив ее взглядом, Майкл закрыл дверь и отправился искать кухню.
Он хотел есть.

Благодарности

Я столь многим в жизни обязан добрым людям из «Random House» и «Delacorte Press». За годы, что создавалась трилогия «Бегущего по лабиринту», они потратили бесчисленные часы, пролили море пота и слез, чтобы книги обрели успех. Менеджмент, редактура, реклама, маркетинг, правка, дизайн, продажи… было проделано так много работы под руководством Беверли Гуровитц и Кристы Мариино. Я хочу лишь сказать всем вам, как глубоко, бесконечно и фундаментально (можете вставить еще парочку наречий, все равно постоянно вымарываете их из книг) благодарен за то, что стал частью этого процесса.
И как я рад начать новую историю, предвкушая еще несколько лет работы с вами.
И да, вся эта работа была бы бессмысленной, если бы не мои преданные, страстные, удивительные, порой сумасшедшие и всегда поразительные читатели. Я искренне надеюсь, что эта история заставит вас волноваться и переживать, что она вскружит вам головы, как и серия «Бегущего по лабиринту». Спасибо, что любите мои книги. Не знаю, как еще выразить благодарность. Спасибо. Мы делаете мою жизнь веселее.
Отдельная благодарность Джею Скотту Сэвиджу и Джули Райт. Просто так. А еще – Лорен Абрамо и всем в «Dystel &amp; Goderich» – за то, что продвигаете мои книги во всем мире. Спасибо!
И наконец – как будто мало ему посвящения в начале книги – спасибо Майклу Бурре. Он не просто первоклассный литературный агент, он еще и друг, босс, терапевт, советник; всегда умеет ободрить и составить планы на будущее. И он забавный. Где бы я был без него!